Чтение онлайн

Немного постояв, Минот тоже сел, протянув ноги. Взбудораженные бесцеремонным вторжением рыбы заметались по дну бассейна, иногда высовывая головы из воды.

— Эх… — Лиззи слабо улыбнулась. — До сих пор не верится, что мы на Сарохаре! Если бы мне семь лет назад сказали, что мы полетим на соседний материк, я бы ни за что в это не поверила!

Он промолчал. Зелёные осины едва слышно зашумели листьями, закрывая голубое небо. Ольмир давно поднялся над городом, и для людей раздался знакомый сигнал на завтрак. Минот закрыл глаза. «За анимагенами — будущее Аревира, — эти слова говорила Лупо и ноты-инструкторы, обучающие его на «Орхидее», — и вот мы на Сарохаре. Что же будет дальше?»

— Вульпи и Кари… — он запнулся, подумав, что не стоило сейчас об этом вспоминать. — Жаль, что не увидят окончания войны.

Лиззи медленно кивнула. После смерти Корво и Бэтли она думала, что самое страшное позади. Что окружающие её друзья никогда никуда не исчезнут, но гибель этих анимагенов буквально сбила её с толку. Она никак не могла принять, что весёлого Вульпи и доброй Кари больше нет, и уже ничего не может вернуть знакомого верещания вперемешку с щёлканьем крюка. Даже смерть Лункса она восприняла не столь остро, хотя и не могла удержаться от слёз, вспоминая этого язвительного рыся. «Это неправильно! — Лиззи поморщилась, сжимая кулаки. — Почему они? Почему вообще кто-то должен умирать? Почему эта ненависть… забирает лучших?»

— Я вернусь в комнату, — она тяжело вздохнула, нехотя поднимаясь на ноги, — хочу позавтракать. Ты со мной?

Минот кивнул. Смоул и примир ещё не кончились, но этих припасов осталось слишком мало, поэтому они почти полностью перешли на органику. Как бы они не относились к Прайму, но его решение встроить в тела анимагенов биореакторы оказалось на удивление полезным. По дороге назад Лиззи заметно повеселела, наконец, открыв душу и решив проблему. Глядя на подругу, Минот и сам невольно улыбнулся, мысленно отпуская её. «В конце концов, я хочу, чтобы она стала счастливой, — твёрдо решил он, вздохнув полной грудью, — и это её выбор. «Ле Мо Сивали».

— Ого! Смотри! Смотри, Харси! — восхищённо воскликнула Кири, дёргая его за ухо. — Какие огромные небоскрёбы! Я такие только на фотографиях видела!

Аполотон и правда выглядел великолепно. Сизые тела высотных зданий, обрамлённые позолотой и светодорожками, ярко сияли даже в свете дня. Серебристые поезда со свистом проносились по красным линиям путей, всюду горели неоновые вывески и фигуры, а среди небоскрёбов проносились энергомобили на антигравитационной подушке. Насколько Урси помнил, в прошлом этот город занимал первые места в конкурсах по красоте, чистоте и опрятности. Хотя эти времена давно прошли, но Аполотон и поныне являлся настоящей жемчужиной Кайлити.

— Да перестань! — возмутился зайчонок, тщетно пытаясь вырваться из её хватки. — Хи-иру! Ну скажи ей!

— Хватит ныть! — Кири прижалась носом к стеклу иллюминатора, возбуждённо махая хвостом. — Лучше посмотри на это! Какая красота…

Они сидели почти у самого носа транспортного турболёта, направляющегося к городскому аэропорту. Позади слышались разговоры и смех других анимагенов, в основном анротов, решивших переселиться в Аполотон. Жители «Огня», воевавшие бок о бок с «технократами», не слишком негативно восприняли аннексию. У многих появились друзья и подруги в Новом Кайлити, к тому же, война показала, что между их фракциями практически нет различий. Анимагены стали единым народом, несмотря на все прошлые обиды и недопонимания, и это хоть немного успокаивало Урси, с мрачным видом наблюдающего за приближением сизых небоскрёбов. Хара положила голову ему на плечо, обняв за торс. Она не могла передать словами, как соскучилась по нему, да и нужны ли были сейчас какие-либо слова? «Души ты трепет вызываешь, когда касаюсь я тебя, и свет во мне ты пробуждаешь, сгораю я в любви огня… — пропела она про себя, закрыв глаза и сжав комбинезон мужа. — Хорошо хоть ты вернулся. Не знаю, что бы со мной случилось, если бы и ты… нет! Хватит! Никто больше не умрёт!»

— Хара, — тихо позвал Урси, взяв её за руку, — всё хорошо?

— Да, — прошептала она, не открывая глаз, — теперь — да.

Раньше, они как-то не придавали значения таким маленьким милым моментам. Урси был занят работой в Архивах и делами Совета, Хара же решила уйти с головой в музыку. Виделись они редко, хотя и созванивались при первой же возможности. Но когда случилась история с Наследием и грянула война, разделившая их, они поняли, насколько им не хватает друг друга. Прикосновений, неловких слов, чувственной близости… «Только с тобой мне хочется быть слабой, — Хара глубоко вздохнула, распрямляясь и с улыбкой посмотрев на вновь задумавшегося Урси, — но вместе мы всё преодолеем. Так что не раскисай, косолапый, у нас ещё вся вечность впереди!»

— Да, вся вечность, — неожиданно рассмеялся он, мягко сжав её руку, — мне необычайно повезло, что ты у меня есть.

— Опять эти нотовские штучки! — заворчала синяя беот, усмехнувшись. Она и забыла, что Урси слышит её мысли. — Наловчился он тут, понимаешь ли…

— Я не применял телепатию, — он поцеловал её, отчего Хара смущённо поджала уши, — у тебя на лице всё написано.

— Вот же ж!..

Турболёт заходил на посадку. Несмотря на то, что Урси, как Старший Советник, летел со всеми, пилотам была дана команда после разгрузки взять курс сразу на Шпиль. Альвен решил, что им нет смысла жить в отдалении от своего нынешнего места службы, и любезно предоставил квартиру в жилом крыле, по размеру площади во много раз больше их дома в Сольтене. Урси на самом деле было всё равно, где его поселит Прокуратор — он твёрдо решил, что не успокоится, пока не настанет мир. Хара хоть и скептически, но всё же согласилась на такие условия. Жить в разрушенном доме, который они не успели обустроить заново, показалось ей не слишком лестной перспективой. Главное, что уцелела её гитара, а на остальное зайчихе было плевать. Куда радостней восприняли эту новость дети. Хиру и Капи тут же начали планировать, куда отправятся гулять в первую очередь, и Урси уловил мысль в голове сына, что тот и вовсе намерен мимоходом присмотреть себе жильё, совершенно не планируя возвращаться в Сольтен. «Наверное, так будет лучше, — ему ничего не оставалось, кроме как смириться с выбором сына, — ты уже взрослый, Хиру. Главное, не забудь проведать нас, когда появятся внуки». Харси и Кири также рвались смотреть Аполотон, как и старшие дети, впервые оказавшись в большом городе. Правда, в случае Харси Урси уже не был уверен — младшему сыну ещё предстояло закончить обучение телепатии, и едва ли Риабилл, отвечающий за подготовку нотов в Технократии, позволит ему остаться без образования.

— Не вертись, — Капи усердно стирала остатки примира с перемазанной мордочки младшей сестры, не желающей пропустить и секунды проносящихся за стеклом видов Аполотона.

— Ну-у! — заканючила та, отмахиваясь. — Вон, смотри! Вот это фонтанище!

Они пролетали над зеленеющим парком, посередине которого раскинулся большой фигурный фонтан. Каменные вихри искрили журчащей водой, стекающей с застывшего водоворота, с сиющей шестиконечной звездой на навершии. Хотя зима только вступила в свои права, в городе всё цвело как летом. При человеческой власти в Аполотоне редко запускали уличные тепловые установки на роботах в целях экономии, однако анимагены, не имеющие денежной системы, регулярно вводили их в действие. Ресурсов на складах «Нового Рассвета», а также новых поступлений с шахт и заводов хватало с лихвой, тем более что для оборудования использовались распространённые металлы и пластик.

— Он, наверное, ещё и ночью светится! — предположил Харси, также прильнув к иллюминатору. — Хиру! — он резко повернулся к брату, сидевшему позади. — Пойдём сюда сегодня?

— Сходим, — кивнут тот, внимательно рассматривая карту города на наручном проекторе, — говорят, что ночью Аполотон очень красив.

— Это правда, — подтвердил Урси, — его не просто так называют «Золотым городом».

— Я помню только погоню, пожары, трупный пепел с неба и стрельбу, — Хара ухмыльнулась, увидев выражения их лиц, — ладно-ладно, не слушайте меня. Этот посёлок и правда изменился с тех пор.

Посадочные площадки аэродрома располагались у окраины западного района Механиков. Тут, в основном, стояли производственные комплексы и сборочные цеха, в которых трудились роботы и анимагены-операторы. Вообще, автоматизация производства не требовала участия живых работников, однако анроты не привыкли лениться, поэтому каждый энергомобиль, турболёт или иная техника или оборудование являлась ручной работой. Анимагенам не привыкать к труду, и менталитет не позволяет им безвозмездно забирать блага и услуги.

С шумом и свистом, турболёт опустился на пустую площадку, раскрывая створку транспортного шлюза. Аэродром окружала стена высоких деревьев, дабы звуковые волны не вредили зданиям, но уже за ними высились сизые строения, в окнах которых сверкали лазерные вспышки и электрические сполохи. Тёплый ветер свободно гулял по открытому пространству аэропорта, и Капи с некоторой завистью посмотрела на выходивших анротов позади. С каким удовольствием она бы сейчас расправила крылья, подставляя лицо потокам воздуха и ощущая непередаваемое чувство свободы и лёгкости полёта! «Главное, что мы теперь далеко от фронта, — канарейка невольно вздрогнула, вспомнив ужасы войны, — и Кири теперь рядом со мной, — лисичка продолжала вертеться на месте, стараясь рассмотреть подъехавшую к транспорту пассажирскую машину, — и пока она мала, я должна нести за неё ответственность. Мама, папа, — она прижала к груди висевший на шее медальон и закреплённое за ним перо, — я вас не подведу!»