Чтение онлайн

— В кого?

Ну вот, опять началось — я украдкой взглянул на Риту — нет Сава, в этот раз все гораздо серьезней, твоя спутница близка к панике.

— Рита…

— М-Маргарита.

Да чтоб тебя, даже в таком состоянии не забывает меня поправлять.

— Маргарита, — как можно спокойнее говорил я — представь, что за нами гонятся не люди, а Тихушники.

— Я не могу — срывающимся голосом ответила Рита и тут же разревелась — я не смогу убить человека, они же не Твари какие-нибудь, а люди.

Не Твари. По мне, так они хуже Тварей. Есть шанс избавится от бича побережья, не разваливая при этом страну, а нам этого не дают сделать, еще и убить хотят. Ладно, пора что-нибудь предпринимать, большая машинка — а судя по высоте фар она таковая — уже пошла на обгон.

— Слушай сюда, красавица — девушка продолжала всхлипывать — ты слышишь меня?

— С-слышу…

— Как только остановлюсь, прячься за переднее колесо, двигатель они не прострелят, и будь готова бежать в болото по моей команде, поняла? — Она еле заметно кивнула, но меня такой ответ не устроил. — ПОНЯЛА, спрашиваю? — с нажимом повторил я.

— Да поняла я, поняла…

Ну и славненько, может еще и не все потеряно.

Но меня смущает некоторая странность в поведении преследователя, в принципе, поэтому то я Рите и сказал не стрелять без моей команды. Если в преследующей нас машине находятся те, кто хочет нас убить, то почему они сами не стреляют, ведь позиция идеальная. Стрельни они нам в заднее колесо — а у нас резина не безвоздушная, а такая же старая, как и УАЗ, наполненная воздухом — на полном ходу. Все! Машину я не удержу, как пить дать, завалюсь набок или пойду кубарем. Так нет же, выжидают чего-то. Но думать некогда, пора действовать, тем более их машина уже не позади, а чуть сбоку, и вот-вот начнет обгон.?

На ледовой дороге, мы — имея в виду и Пашу — выжили каким-то чудом, не иначе. Такой шанс увернуться от неминуемой смерти дается лишь раз и, кроме как божьим промыслом, я это объяснить не могу.

Когда я ударил по тормозам, пропуская вперед преследователя, каково же было мое удивление — в свете фар УАЗа я увидел, что это «Тигр» Паши-сотоварищи. Я предполагал, что уж они-то не должны догадаться, куда мы с Ритой рванули. Однако Искандеры оказались гораздо сообразительнее охраны Райского острова.

Поняв, что мы тормозим, Ледоход за рулем «Тигра» сделал то же самое. Но законы физики никто не отменял. Мы остановились быстро, как более легкое транспортное средство, а вот почти десятитонный «Тигр» замер в добрых пятидесяти метрах впереди.

Рита сделала так, как я ей и велел, выпрыгнула из машины, — развернутой мной, во время торможения, боком к «тигру» — и присела у переднего колеса. Я тоже не зевал и покинул транспорт в мгновение ока. Ну а так как с Ритой все понятно, — она не собиралась стрелять в людей — мне пришлось забрать у нее «Вихрь». Лежа на льду и выглядывая из-под машины я был готов открыть огонь в ту сторону, где еле-еле, из-за разбушевавшейся стихии, виднелись очертания внедорожника. Но мне этого делать не пришлось. От него к нам шел Паша с поднятыми руками, без доспехов, но с «Ксюхой» и орал, чтобы я не стрелял и что он хочет поговорить. Наше с Ритой положение нельзя назвать доминирующим, поэтому я не стал отказываться от переговоров, хотя прекрасно понимал, что ничего хорошего от них нас не ждет.

Из этих переговоров выяснилось, почему по нам не стреляли во время езды. Паша связался с Ломом по рации и пересказал ему сказанное мной. Он уговорил авторитета выслушать меня и если окажется, что моя информация действительно поможет избавить Побережье от Мурашей, то воры нам помогут.

Как я только не убеждал Искандера, что Лом врет, но мне пришлось согласиться на это предложение. Паша просто отказывался верить в то, что нормальные люди — к коим он относит братву — могут не желать избавиться от летней напасти. В итоге мне пришлось согласиться на его требования, тем более что за спиной Искандера имелся весомый аргумент, в лице четырех мордоворотов с направленным на нас с Ритой оружием.

Про заговор элит я упоминать не стал, как и про то, что Мурашей так и так будут истреблять с помощью американцев. Иначе никто из нас не доживет даже до разговора с Ломом. Авторитетам плевать на разборки чиновников и кто будет править на Побережье. И живы мы лишь потому, что Лом хочет знать, как избавится от летних Тварей. И так будет до тех пор, пока из нас не выбьют всю информацию без остатка. Поэтому нужно срочно придумать, как нам с Ритой выйти сухими из воды до того, как нас доставят в Сочи.

Внешне я вел себя спокойно, не показывая напряжения, договорились же, вроде как. Но я снова и снова пытался что-нибудь придумать и, как назло, в голове один «фарш». А Рита, не зная что ее ждет, улыбается и строит Испанцу глазки перед фарами УАЗа. Паша, пока его коллеги пытались связаться с братвой по рации из «Тигра», оказывал ей ответные знаки внимания и «обзывал» ее сеньоритой, а себя Пауло. Та в ответ улыбалась и радовалась, что ей не придется стрелять в людей. И только я понимал что нас с Ритой ждет после того, как из нас выбьют всю информацию. Но, как говорится, не судьба.

Никто, из нас троих не видел приближение ракеты, да и захоти мы ее увидеть — не смогли бы, не та погода. Но зато видели последствия от ее попадания в «Тигр» Искандеров. Мне даже показалось, что я слышал ее звук за мгновение до того как внедорожник разорвало на части, примерно такой — «ВИ-ИЖ-ЖЬ».

От взрывной волны меня, Риту и Пашу откинуло на несколько метров, а УАЗ завалился набок. Продолжи мы с Ритой сидеть в нем, сомневаюсь, что обошлось бы без серьезных травм. А так, всего лишь ударились об лед и побывали под дождем из того, что некогда было бронированным внедорожником и льдом, на котором тот стоял.

С охами, ахами и такой-то матерью, мы стали осматривать себя и друг друга, спрашивая все ли в порядке. Но пронесло, у Риты ушиб левого локтя от неудачного падения, у Паши появился синяк под левым глазом, оставленный прилетевшей ледышкой, а мне повезло больше других, не считая звона в ушах, все остальное в целости и сохранности.

Пока «Пауло» и «Марго» охали и ахали и последняя сквозь слезы объясняла первому что случилось, я занялся осмотром льда и главное, что меня интересовало — уцелел ли груз в перевернутой машине Риты.

Закинув автомат за спину, я, не спрашивая разрешения, позаимствовал у Риты фонарик из подсумка. Не хотелось ее отвлекать от такого «полезного» дела, как лить слезы. В нашем нынешнем положении это просто «архиважное» занятие.

Первое что мне бросилось в глаза под светом фонарика, это огромная полынья, доходившая почти до УАЗа и широкие трещины по всему льду, который взрывная волна очистила от снега. Лед стал похож на паучью сеть с разной толщиной нитей. Некоторые трещины настолько широки, что в них могла свободно провалиться нога. Но не это пугало меня. Вода! Весь лед покрыт водой из полыньи, проступающей сквозь трещины. У меня нет никакого желания мочить свои сапоги, которые после обязательно обледенеют, а ведь нам еще предстоит идти по болоту. И обувь, покрытая ледяной коркой, совсем не лучшее подспорье в этом деле, так и до могилы недалеко. Но, как бы я этого не хотел, все равно приходилось шлепать сапогами по воде. Нам не пройти через болото, — без захода в развалины и «стрижки» «нычек» Искандеров — без того груза, который находится в УАЗе.