Чтение онлайн

Так, Гудериану, выдвинувшемуся восточнее Орла, было приказано ликвидировать окруженные войска Брянского фронта, овладев ударом с востока городом Брянск, одновременно ведя «усиленную разведку» в направлении Волхова, Мценска и Тулы. Браухич, полностью потеряв чувство реальности, дополнительно пожелал, чтобы 2-я танковая группа также овладела Курском, а потом продвинулась в сторону Воронежа. Гитлер, в свою очередь, послал танковую группу на Рязань. Несколько позднее Ф. Гальдер направит Г. Гудериана на Горький, на что начальник штаба 2-й танковой группы ответит: «Сейчас не май, и мы не во Франции» [87] .

Полевым армиям предписывалось продвигаться на Калугу и Гжатск. 3-ю танковую группу переориентировали на Калинин, Торжок и Осташков — на соединение с группой армий «Север», которая к этому моменту также начала переброску своих основных сил к Волхову, готовя наступление на Тихвин. 4-й танковой группе следовало окружить Москву с севера и в дальнейшем продвигаться на Рыбинск и Ярославль.

Группа армий «Центр» развертывала веерообразное наступление в условиях распутицы, и ее ударные соединения быстро теряли пробивную силу. К середине октября наступление потеряло руководящую идею и было обречено на быстрое или медленное затухание.

Но пока еще оно продолжалось. 11 октября была взята Медынь, 12-го — Калуга. 14 октября 1-я танковая дивизия 41-го моторизованного корпуса группы Гота ворвалась в Калинин. Но в этот день фон Лееб официально заявил, что 16-я армия не может продвинуться навстречу Готу ввиду труднопроходимой местности, завалов на дорогах и минных полей. В действительности Лееб в эти дни планировал Тихвинскую операцию, и требования руководства ОКХ и фон Бока о прикрытии стыка армейских групп наступлением на Валдай казались ему неуместными.

Теперь фон Боку ничего не оставалось, кроме как прекратить наступление на Торжок, приобретающее характер опасной и бессмысленной авантюры, и вернуть 3-ю танковую группу на Московское направление. Ценой этого решения был разворот 9-й армии фронтом на север. Теперь на нее ложилась задача обороны стыка армейских групп. Это означало, что для наступления на Москву 9-я армия задействована не будет.

Но и 2-я танковая группа потеряла свободу маневра, вынужденная оказывать содействие то 2-й полевой армии (которую «тянуло» к югу — на Курск и Воронеж), то 4-й полевой армии, наступающей на Москву. Занятие Курска (2 ноября) исчерпало возможности войск Вейхса. 2-я армия остановилась и начала готовиться к зимовке.

Фон Бок понимал, что наступление остановилось, причем не в силу сопротивления противника — в середине октября Москву могли защищать 8–10 дивизий, — а вследствие нарушения взаимодействия германских войск. Он записывает в своем дневнике:

«В общей сложности все это можно оценивать только как ничто. Расчленение боевых порядков группы армий и ужасная погода привела к тому, что мы сидим на месте. А русские выигрывают время для того, чтобы пополнить свои разгромленные дивизии и укрепить оборону, тем более что под Москвой в их руках масса железных и шоссейных дорог. Это очень скверно!»

19 октября в Москве введено военное положение. Идет непрерывная переброска на фронт дивизий из Средней Азии, Дальнего Востока, Сибири. Формируются новые 16-я, 5-я, 43-я, 49-я, 35-я армии, восемь танковых и две механизированные бригады. К 22 октября немецкая разведка уже насчитывает в районе Москвы 38 стрелковых, 8 кавалерийских, 2 танковые дивизии и 17 танковых бригад. Эти цифры несколько завышены, но тенденция угадана верно. В этих условиях фон Бок остановил наступление, чтобы дать войскам передышку и перегруппировать свои части для новой стратегической операции.

Новое немецкое наступление планировалось «с листа» — не было ни времени, ни сил на подробный анализ ситуации и поиск оперативных возможностей. Части и соединения вводились в бой по мере готовности. Формально датой возобновления сражения было назначено 15 ноября, но в реальности 4-я армия переходила к активным действиям 18 ноября, а дивизия СС «Рейх» — только 19-го.

Планы были достаточно обширными: вновь речь идет о Рыбинске, Ярославле и Горьком, об огромном «кольце» в районе Москвы, — но никто не сомневается в нереалистичности этих замыслов. В действительности у немцев просто нет сил на двойной охват гигантского города, да и проблемы со снабжением 2-й танковой группы остаются крайне острыми. В результате фон Бок просто направил все три танковые группы прямо на Москву с двух направлений: через Тулу — Каширу и через Клин — Солнечногорск.

Развертывание «Барбаросса» достигло своей кульминационной точки.

На 15 ноября 1941 года на Восточном фронте действовали 9 немецких, 2 румынские, 2 финские армии, некоторое число итальянских, венгерских и словацких войск, а также 4 немецкие танковые группы, в ближайшее время переименованные в танковые армии. Рассмотрим эти силы с севера на юг:

• Армия «Норвегия» ведет безрезультатное и давно потерявшее надежду на успех сражение в районе Мурманска.

• Финские вооруженные силы (2 армии) обеспечивают блокаду Ленинграда с севера и поддерживают фронт на реке Свирь.

• 18-я армия блокирует Ленинград с юга и востока.

• 16-я армия наступает на Тихвин.

• 9-я армия фронтом на север прикрывает фланг группы армий «Центр» и обеспечивает какую–никакую связь между войсками Лееба и фон Бока.

• 4-я армия — единственная — готовится к наступлению на Москву. Ее поддерживают 2-я, 3-я и 4-я танковые группы, вымотавшиеся до предела.

• 2-я армия обороняется под Воронежем.

• 6-я армия наступает на Харьков.

• 17-я армия вместе с итальянским и венгерским корпусами наступает на Ворошиловград.

• 1-я танковая группа действует в Донбассе, пытаясь прорваться к Ростову. Здесь же находится 4-я румынская армия.

• 11-я немецкая армия, в командование которой в сентябре вступил Э. Манштейн, вместе с подчиненной ей, и 3-я румынская армия только что овладела Керчью и начала штурм крепости Севастополь.

Таким образом, естественное развитие событий, заложенное в директиве «Барбаросса», привело немецкие войска к следующему оперативному балансу: на направлении главного удара действует лишь одна общевойсковая армия из четырнадцати (считая венгерские, словацкие, итальянские контингенты за одну армию) [88] . Правда, к наступлению на Москву привлечены три танковые группы из четырех — но в конкретных условиях зимних боев за укрепленные линии обороны и в перспективе за миллионный город это не компенсировало нехватку пехоты. Да и танков в танковых группах оставалось немного. У Гудериана, например, — всего 150. Другое дело, что неисправные танки постоянно вводились в строй, и число боеготовых машин в танковых соединениях постоянно «плавало», никогда не опускаясь до нуля.

Зимой, в условиях холода и короткого светового дня использование танков было сопряжено с огромными трудностями. Ночью немцы не наступали. Утром надо было завести капризные, не рассчитанные на русские холода моторы машин. Попытки прогреть двигатели танков продолжалось несколько часов, в течение которых направление грядущей атаки становилось очевидным даже слепому и глухому. Потом следовала попытка наступления, причем танки практически не могли покинуть дороги с твердым покрытием — они вязли в снегу. А затем наступала ночь, и наступление прерывалось до следующего утра.