Чтение онлайн

Я молча присел рядом и, вытащив с полки первую же попавшуюся книгу, последовал примеру жены. Тихо. Спокойно.

Она лишь негромко хмыкнула, но ничего не сказала.

Внезапно я понял, что читаю какую-то хрень: 'Покажите, как вы её любите. Пусть ваш юный молодой запал вольет соки в её уставшее тело...'

Переворачиваю страницу и мои очи вылезают из орбит: 'Как сожительствовать с женщиной вдвое старшей чем вы?'

Медленно, не привлекая лишнего внимания, поворачиваю голову влево. И лицом к лицу сталкиваюсь с воплощенным кошмаром.

– В-вот оно что, Поттер?!
– прошипела Лестрендж, отшвырнув книгу.
– Учишься кадрить старушек?!

Она грациозно и хищно поднялась, и я понял: сейчас кого-то снова приструнит Магия. Вздохнул тяжко и попытался обрисовать ситуацию:

– Гхм, Белла, послушай... эта книга первая, что попалось мне в руки.

– Ах во-от оно что!!
– этот ответ, вместо того, чтобы утихомирить, ещё больше её разозлил: - А знаешь ли ты, невежественный полукровка, что во многих древних библиотеках, как и здесь, стоят определенные чары? И если волшебник берет книгу не думая, то библиотека подсовывает ему то, что он больше всего хочет прочесть!

Я сглотнул. И пробормотал вполголоса:

– Ах вот оно что... а я то думал.

– Каковы будут теперь твои оправдания?!

– Никаких, - отвечаю холодно. Быть может, когда-то в прошлой жизни я бы и стал оправдываться. Но не сейчас. Все пережитое перевернуло что-то внутри. Холод никуда не делся, и таится на задворках души.

– Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? Вся эта твоя экспрессия... гнев. Я понимаю, такой твой характер и его не переделать, но... не слишком ли по-детски? Ты вспыхнула, лишь увидев заголовок, и не подумала, а вдруг он пытается найти точки соприкосновения подсознательно?

– Не подумала!
– буркнула Беллатриса, отворачиваясь.
– Да и мне все равно!

– Поверь, Белла, - хочется добить.
– Самого не прельщает мысль, что когда мне будет только сорок, тебе будет под шестьдесят...

– Да пошел ты!
– выплюнула она и, развернувшись на каблуках, помчалась из комнаты.

– Стой, - холодно отказал я и коснулся Бузинной палочки. Словно невидимая рука ухватила женщину и проволокла от двери к камину, усадив обратно в кресло.
– Я тебя ещё не отпускал.

– Сдохни, Поттер! Не дождусь момента, когда Темный Лорд прикончит тебя! Убедился, насколько велика его мощь?! Даже Дамблдор не устоял, даже Грин-де-Вальд! Что уж говорить о тебе, щенок! Ты не протянешь с Ним и минуты, а минуту - только потому, что Ему захочется поиграться перед убийством!

Холод с одной стороны, а пламенное безумие с другой заполоняли душу.

– Я убью его, Белла, - от моего тона стены покрываются инеем.
– Я уничтожу гоблинов, а затем твоего хваленого... Лорда!
– последнее слово буквально выплевывается. Кисти рук удлиняются, становясь смертоносным оружием.
– Ты разве забыла Кто я, и Что Я?!

Она судорожно сглотнула и вжалась в кресло.

– Не будет так как ты думаешь! Не будет так, как они все думают! Я не сгину в одной из многочисленных бесцельных битв! Я либо уничтожу врагов, либо весь мир сгорит вместе с нами! Да будет так!
– и ухватив её голову, рычу прямо в лицо: - Так и будет!

Стремительным броском вырываюсь из комнаты. Не хочется натворить бед, а потом жалеть.

Дышу полной грудью под звездным небом. На плечо ложится холодная ладошка.

– Не стоит так нервничать, Господин, - успокаивающе шепчет Маришка.
– вы переполошили всех братьев. Мы же связанны с вами отчасти... вы чувствуете нас, а мы вас многократно сильнее.

– Я же просил без официоза...

– Ваша ярость, безусловно, была сильна. Вот только что делать беднягам, которым сейчас бы в бой, в жаркую битву? Мы теперь всю ночь не уснем, ваш гнев незаменим в бою, но в мирное время...

– Разве сейчас мирное время?
– хмыкаю равнодушно.
– Я это не всегда контролирую. А по поводу того, что делать? Пусть пойдут потренируются. Быстро спать захочется.

– Ну почему же?
– губы Маришки оказались в жаркой близости от уха, - есть ещё одни способ...

И повела за собой. Хм, а почему бы и нет?

Миг, когда меня сорвало с полуобнаженной вампирши и швырнуло, как котенка о стену вонзился в память навеки. Вначале я приходил в себя, слабо водя головой по сторонам. Пытался разогнать кровавую пелену перед глазами. Затем уставился в потолок. А после, как до меня дошло...

ЧТ-ТО?!! Я что, теперь ни с кем, кроме НЕЕ?..

Вот это подлая, гадкая, невероятная подстава от судьбы! Это же ни в какие ворота не лезет! Чудовищная несправедливость!

– Простите, господин... я не знала, что у вас подобная клятва, - лепетала Маришка неподалеку.
– Просто хотела ребенка от вас...

Ах, захотелось ребеночка с демонической кровью?! Понести от 'высшего существа', что может быть желаннее?!

Однако и сам тоже, хорош. Повелся, как последний...

– Госпожа... Владыка!
– запыхавшийся вампир вломился в дверь лишь кратко стукнув.
– Там пожира... Лестрен... Там вашей жене плохо!

Проклятье! Только что из-за нее меня сорвали с горячей бабы, а теперь ещё иди, лечи её! Что там могло стрястись?!

Реальность оказалась куда хуже ожиданий. Беллу трясло и корежило. Она плакала, вцепившись в растерзанную подушку, а рот раскрывался в беззвучном крике.

– Что с ней?!

– Это магия брака...
– запыхавшаяся вампирша влетела следом.
– Когда кто-то из супругов надрывает самые основы взаимного сосуществования - получают оба, так как всегда оба виноваты в случившемся. Похоже, что вы, господин, благодаря своей природе не так сильно ощутили откат. А вот она...

Видя, что ей становиться все хуже, я, не зная, что предпринять, просто прижал её к себе и поделился силой. Внезапно, будто свет в комнате померк, а от наших тел расстилалось светло-голубое сияние. Громадные светящиеся купола. Сферы соприкоснулись, и будто золотая лава заструилась по стыку. Граница пенилась, искрилась, и две сферы поменьше перетекли в Единую, пылающую ярче Солнца. Я ощутил необыкновенное тепло и умиротворенность.

– Покинь нас, - не нужно чужим это видеть. Маришка, не отрывая глаз от невообразимого зрелища кивнула, и пятясь вышла.

Дыхание Беллатрисы успокоилось. Тело перестала бить дрожь и боль покинула исстрадавшееся лицо.

Она обвила меня руками и бессознательно закинула ножку. Я не двигался, лишь прижал её посильнее, без единой мысли любуясь волшебной песней. Не хочу ни о чем думать, оценивать, просто хочу лежать и вдыхать эту теплую эйфорию. Золотое единое солнышко наших душ греет словно теплая печечка, унося все мысли и тяготы.