Чтение онлайн

Наступила звенящая тишина.

– За сим позволь откланяться, из-за тебя я и так проигнорировал требование явиться в вагон старост... Подумай над сказанным, и выбери правильную сторону. Помнишь, я тебе предлагал дружбу, давно, на первом курсе, в этом же поезде? Быть с магами, а не с Грэйнджер, или Уизли, Предателями Крови, предателями Магии! Всех благ.

Коротко кивнув, Драко Малфой покинул купе. Двое громил присоединились к предводителю, оставив меня одного. Думать, сопоставлять, делать выводы. Менять Поттеровские представления о хорошем и плохом. Сколько всего навалилось за последние дни...

Дверь купе приоткрылась, и я, желавший побыть наедине, недовольно нахмурился: кого там опять принесла нелегкая? В дверях оказалось лицо той, кого я меньше всего ожидал увидеть.

– Привет, Гарри!
– тоненьким, чудным голоском проворковала симпатичная девчушка китайской наружности. Черные волосы собраны в тугой хвост, очень смазливое восточное личико и длинные ноги, хотя общая плоскость серьезно портит картину. Чжоу Чанг - первая школьная любовь Поттера.

– Здравствуй, Чжоу, - уверенно киваю неловко жмущейся девушке, - проходи, садись.

Китаянка, умилительно заалев, шагнула в купе. Вначале, немного испугалась, оставшись наедине со мной, а затем, глубоко вздохнув, взяла себя в руки. Только она собралась присесть напротив, как я, моментально отреагировав, нежно ухватил тонкую ручку:

– Проходи, садись, как ты?
– и нежно сажаю девушку рядом с собой, приобняв.

– Ой, Гарри, все путем... ты так изменился, - ещё больше покраснела Чжоу, оглядев оценив пристальным взглядом, и пробормотала: - Вырос.

– Ты даже не представляешь, насколько, - ответил я, нахально подмигивая. Если мне не изменяет память, в каноне Чжоу довольно долго ныла, и страдала, переживая гибель дражайшего Седрика Диггори. Мой план прост: либо она принимает правила игры, и я рано или поздно раскручиваю её, благо времени в школе будет достаточно, либо пугается, и валит на все четыре стороны. После Стюарт, особенно проявлять нежность и чуткость к женскому полу не хочется совершенно, да и внезапное вторжение, прервавшее бесценное уединение, подействовало на нервы. Понимаю, что веду себя неадекватно, да и можно ли назвать адекватными мои предыдущие дни? Сколько всего навалилось, новый мир, новое тело с дурацким гормональным взрывом, когда все бесит, а думается как сквозь туман.

– Я не против выяснить это... потом, - с намеком произносит Чжоу. Затем, помедлив, исступленно восклицает:

– Гарри, прости, но мне нужно знать, как погиб Седрик!

– Всмысле, как погиб?
– недоуменно переспрашиваю.

– Ну, что им-менно, на турнире, - её голос прерывается, дрожит на осеннем ветру, - стало п-причиной... смерти...

Ах, вот как значит...

– Мне кажется, - довольно-таки холодно отвечаю, - в прошлом году директор Дамблдор дал вполне подробные объяснения произошедшего.

– Д-да, дал..., но в Пророке...

– Ты веришь мне, или этой дурацкой, лживой газетенке?
– изображаю оскорбленную святость, - я столько пережил, той ночью... когда возродился Волан-де-Морт, - Чжоу содрогнулась - на моих глазах, погиб Седрик, затем он возродился... пытал меня... мне пришлось драться с ним на дуэли. С Темным Лордом. Один на один.

Её глаза пораженно расширились. Затаив дыхание, девушка не отрывая взгляда вслушивалась в прочувствованную исповедь. Благо, с её возрастной категорией - проще простого.

– Затем он чуть не убил меня. Такое везение, я притянул портал с Кубком, мне удалось уцелеть... знаешь, меня теперь почти каждую ночь мучают кошмары... мне снится злополучный Третий тур, вся та боль..., а ты говоришь, что не веришь мне?!
– я склонил голову и спрятал лицо в ладонях.

– О Гарри! Нет, я совсем не это имела в виду!
– раскаиваясь, пробормотала Чжоу, а затем попыталась отнять мои руки от лица.
– Ну Гарри, прости, я не хотела...

Я поднял голову и заглянул прямо в зрачки тянущей мои руки девушки. Мгновение замерло. Рельсы перестали стучать, сердце билось слишком громко, стрелки часов остановились... лишь мои руки в её руках. А её глаза - в моих глазах. Она посмотрела на мои губы. Я поцеловал её.

Целовалась она неуверенно, будто впервые. Слегка влажные губы практически не проявляли активности, но девушка не отстранялась, предоставляя действовать мне. Скучно, я люблю поактивнее. Придется все брать в свои руки. Оторвавшись от неё, ещё раз взглянул в глаза. Повторил, смело ухватив за шею и талию, прижимаю к себе.

Теперь Чжоу смотрит на меня по другому. Симпатия симпатией, а чувствовать уверенность парня во всех аспектах отношений для девушки очень важно - одна из основ надежности. На подсознательном уровне. Абсурдно звучит, казалось, опытность парня должна наоборот настораживать, но нет... лишь в силу определенных причин, и то не всегда женский пол правильно трактует подобную 'уверенность'.

– У тебя уже были девушки?
– нетерпеливо выпытывает Чжоу.

– Давай на сегодня закроем тему бывших, идет?
– уклонившись от прямой лжи, отвечаю неоднозначно. В коридоре, совсем рядом, прогрохотала тележка:

– Я закажу что-нибудь выпить, идет? Поднявшись под согласный кивок девушки, открываю дверь купе и сталкиваюсь нос к носу с каштановолосой гриффиндоркой.

– Где Рон?
– спрашиваю злостно сцепившую зубы Гермиону.

– Сейчас подойдет.

– Хоть на людях, веди себя естественно, по рукам?
– наклонившись к самому уху, негромко шепчу.
– Ты ведь не хочешь вызвать подозрений?

– Возможно, к этому я и стремлюсь!
– с вызовом, но все же шепчет в ответ Грэйнджер.

Тем временем Чжоу, оказывается, слегка наклонилась, высматривая, насколько близко я прислонился к гриффиндорке. А по моему возвращению с четырьмя банками магловской колы, стала чуть скованнее, и ушла в себя. Следя за пейзажем, между прочим кладу её ладонь в свою. В ответ Чжоу кладет голову мне на плечо. Так и едем, а Грэйнджер и бровью не повела.

Все стихло, пока дверь купе стремительно не распахнулась, и напротив нас с Чжоу бухнулся младший сын Уизли. Рон не преминул отметить свистом увиденную картину, от чего Чанг напряглась, а я предупреждающе покачал головой: Рон - не доводи. Рон понял.

– Что нового, Гермиона?
– спустя пару минут молчания решился развеять тишину Уизли.

– Ничего важного!
– раздраженно бросила Гермиона.
– Хочешь знать - возьми свежий Пророк, и прочти, если тебе он глаза не мозолит!

Только сейчас я заметил лежащую рядом, напротив, принесенную Грэйнджер газету, так и не открытую.

– Ну и прочту!
– насупившись, сказал Рон, цепко ухватил свежий номер, и пораженно уставился на первую страницу.

– Сокрушительный удар по Министерству! Преступление года! Сотрудники министерства зверски убиты в Лютном переулке! Первый подозреваемый - Сириус Блэк!

– Ничего себе!
– даже угрюмая Гермиона не смогла сдержать шока.
– Читай!

'Джонатан Эйвери и Джон Нэрроу, министерские сотрудники из отдела *****, в понедельник, двадцать восьмого августа, в результате жесточайшей схватки были найдены обезображенными и зверски искалеченными в одной из знаменитейших гостиниц Лютного переулка, принадлежащей, к слову, последней наследнице древнейшего и почетнейшего рода Стюартов. Владелица дома, обведенная вокруг пальца обманом и маскировкой, не разглядела в одном из постояльцев смертельную угрозу, за что чуть не поплатилась, будучи атакованной обезумевшим преступником. На счастье для нее, в бой вступили отважные герои - Эйвери и Нэрроу, по счастливой случайности оказавшиеся поблизости. Их имена никогда не будут забыты! Министерские бойцы решительно вступили в безнадежный бой, с гораздо более превосходящими силами, и сделали все возможное и невозможное для ликвидации угрозы, позволив мисс Стюарт, раненой, благополучно скрыться. Но преступнику не ведомы честь и достоинство. Жалкий трус после убийства гнусно надругался над телом бедного Джонатана, выместив на нем всю свою злобу и извращенную суть.