Чтение онлайн

Веселый оказался парень. На финальную встречу пригласил. С победителем зоны будут играть. Встреча — через две недели.

— Пойдем? — спросил Димка и посмотрел на всех — на маму, на дядю Володю и Алену.

— С удовольствием, — сказал Сомов и тоже посмотрел на маму.

Но мама сказала:

— Дима, какая встреча? Ты же в лагере будешь!

Вот тут Димка действительно запечалился:

— А как же крокодил? И завод…

— Ну при чем тут завод? — пожала плечами мама.

— Мастер мне велел, чтобы я опять приходил. Дядя Володя, ведь правда?

— Был такой разговор, — подтвердил Сомов.

— У них рабочих не хватает, — объяснил Димка. — В отпуске шесть человек.

— Ты что же, — удивленно уставилась на сына Надежда Сергеевна, — работать на заводе собрался?

— Ага, — кивнул Димка.

— Володя, объясни мне, я что-то не совсем понимаю.

Сомов объяснил. Даже частично привел горячую речь Сергея Сергеевича, которую тот произнес в столовой.

— Наденька, не ругай нас, — сказал он. — Ну походит Дима немного, поглядит, руками чего-нибудь сделает. Ему только польза. И мне приятно. Диме там все рады, хорошо приняли. И помощь опять же. Вот сегодня на обед заработал. Дима, понравилось тебе на заводе?

— Очень понравилось! — горячо подтвердил Димка, надеясь, что мама поймет и откажется от путевки. — Жалко, — добавил он, — что завтра суббота. А потом — еще целое воскресенье. — И Димка вздохнул.

— Я уши в месткоме прожужжала: нужна путевка, нужна путевка, — сказала Надежда Сергеевна. — Мне выделили ее, осталось только деньги внести, и вдруг… В какое положение вы меня ставите? Выходит — несерьезный я человек. Так? Дима, — тронула она сына за руку, — там же лес, речка, походы…

— Здесь тоже хорошо, — упрямо сказал Димка. — И речка недалеко. И ребята в футбол играют. Я видел. И крокодила не доделали…

— Без ножа режете. Бессердечные! — Надежда Сергеевна нахмурилась.

И вдруг Владимир Иванович встрепенулся. Быстро подошел к ней, взял под локти и, подняв, поставил на стул.

— Это мы-то бессердечные? Без ножа режем? Опомнись, Наденька. И улыбнись. Сейчас же улыбнись!

Надежда Сергеевна не выдержала, улыбнулась, в точности, как и на фотографии, и соскочила на пол.

— Вот это лучше! — удовлетворенно проговорил Сомов. — Наденька, я же забыл про байдарку! Моя старая уже прохудилась, но в магазин «Турист» на днях поступят новые, разборные. Я рекламный проспект видел. Отличная вещь! Все поместимся. Вот славно и поплаваем тогда.

— Понятно, — все еще улыбаясь, сказала Надежда Сергеевна. — Как говорится: забил последний гвоздь. Если уж новую байдарку обещаете, путешествие по реке… Что ж, хорошо, пусть я буду отныне несерьезным человеком! Но если ты, Дима, потом заскучаешь, будешь жалеть…

— Да ты что! — запротестовал Димка и даже вскочил с места.

— Ладно, ладно, шустряк! Решено. Посмотрим, насколько ты человек серьезный. Не всем же несерьезными быть в нашей семье.

Поужинав, снова принялись за крокодила.

Оставшиеся звенья спины опиливать было потруднее. Ведь туловище утончалось, переходило в длинный хвост, и звенья следовало делать все меньше и меньше. Димка это и сам понимал, а на рисунке-схеме, которую дядя Володя начертил, и вовсе это хорошо было видно. Однако Димка уже приспособился, и не робел, когда требовалось пропилить даже самую тонкую бороздку. На этот случай имелись в ящике напильнички чуть потолще стержня для шариковой ручки. «Надфельные» называются.

Тем временем дядя Володя просверлил ручной дрелью дырочки в заготовках, куда они пропустят капроновую жилку. Крокодила можно будет в любую сторону изгибать, как змею.

А еще лапы надо было вытачивать и голову с глазами, зубами и верхней раздвижной челюстью. Много работы. Даже и хорошо, что наступила суббота. Часов пять провозились. Димка все четыре лапы крокодила сначала напильником округлил, а потом зачистил мелкой шкуркой.

Дядя Володя просверлил широкие ямки на двух звеньях и, смазав ямки клеем, вставил растопыренные лапы.

Здорово получилось, как на рисунке. Только там и когти были нарисованы. Взял дядя Володя тонюсенькое сверло, и скоро в лапах ямочки появились — для когтей. А это уж совсем ювелирная работа — дядя Володя сам принялся делать. Димка присмотрелся, как он, отпилив ножовкой тонкую пластинку, а затем, округлив ее, стал нарезать коготки, и сказал:

— Теперь и я смогу. Ведь шпильки вчера так же отрезал.

— И верно, — согласился Сомов. — Тогда продолжай.

У одних тисков им было тесновато. Владимир Иванович, покопавшись в глубине верстака, нашел тисочки поменьше.

— На таких будет тебе сподручней. — И, не мешкая, привернул их рядышком к верстаку. Совсем удобно стало. Димка — у маленьких тисков, отец — у больших.

А вечером Димка наблюдал, как дядя Володя кормит рыб.

В большой аквариум он бросал красных червячков, которых с жадностью расхватывали многочисленные обитатели зеленых подводных джунглей. Бросал и червячков совсем тоненьких, длинных.

— Это трубочники? — догадался Димка.

— Они самые. Тоже хороший корм.

— А где вы их берете? — насторожено спросил Димка.

— Ребятишки приносят.

— Какие ребятишки?

— Да с нашей улицы. Намывают в ручье для своих рыбок, и мне приносят… Ты видел, где у нас продовольственная база для этих малышей? — Дядя Володя кивнул на полку, заставленную небольшими аквариумами. — Идем, покажу.

Вот так история — сколько раз проходил Димка мимо огромной бочки у крыльца и не подозревал, что это и есть «продовольственная база»! Думал: этой водой Алена цветы поливает. А в ней, оказывается, несметное количество дафний, циклопов и еще каких-то почти невидимых рачков. Зачерпнул Димка воду стаканом — и правда: плавает что-то, мельтешит, копошится.

Хотел Димка спросить у дяди Володи, куда он рыб потом девает, да постеснялся. Вдруг не захочет сказать? Но под конец не удержался, спросил.

— Видно будет, — неопределенно ответил дядя Володя. — Пусть подрастут сначала.

«Так и думал, — огорчился Димка, — скрывает…»

— А ты плавать умеешь? — неожиданно поинтересовался Сомов.

— Могу немного. Не так, конечно, как эти… — Димка кивнул на бочку, стоявшую у крыльца.

— А мама?

— Ну, как рыба. Она и научила меня, когда ездили в Гагру.

— Тогда все в порядке, — подмигнул дядя Володя. — Не страшно, если перевернемся.

— На байдарке? А мы когда в путешествие поплывем?

— Сначала купить надо.

— Наверно, дорого стоит? — поинтересовался Димка.

— Что об этом печалиться! Не крейсер, не подводная лодка — хватит на байдарку.

«Точно, — опять немного огорчился Димка, — не хочет сказать. Видно, рыбками все-таки торгует…»

Да, беспокойная журналистская работа. Все люди в воскресный день отдыхают, а Надежда Сергеевна в спальне, в той самой небольшой комнате со шкафом, забралась с ногами на кровать, приготовила бумагу, достала блокнот, исписанный непонятным почерком, который даже машинистки не могут разобрать. Пролистнула страничку, другую, принялась водить глазами по стенке, машинально наматывать на палец золотистую прядку волос. Наконец придумала, взяла ручку.