Чтение онлайн

Олег остановился и, придерживаясь рукой за пустую витринную раму, тяжело сглотнул. Судя по симптомам, близился сильный приступ мигрени — и уйти от него было некуда, Гарин это знал. Против воли он начал выискивать место, где можно было бы спокойно пересидеть, прислонившись к чему-нибудь спиной.

Задыхаясь и облизывая сухие губы сухим языком, Олег почти на ощупь свернул в какую-то несуществующую дверь, давным-давно вырванную вместе с петлями. По виду это было крошечное кафе на три столика — впрочем, ни столов, ни стульев внутри не оказалось. Гарин осоловело огляделся и пошел в дальний угол, чтобы просто сесть на пол. Он невольно вспомнил голодную, но здоровую собаку и поймал себя на том, что люто ей завидует. На этой противоестественной мысли он за что-то зацепился ногой, раскинул руки, влетел макушкой в какой-то твердый угол — и подняться уже не смог.

— Заноси осторожней.

— Э, куда вперед ногами-то?

— Да какая разница?

— Нет, переворачиваем.

— Давайте уже быстрее, жрать охота!

Олег приоткрыл глаза, но сквозь поволоку увидел только серые и светло-зеленые пятна. Они качались, от этого делалось уютно. Вскоре Гарин сообразил, что качается он сам, но это ничего не изменило. В горизонтальном положении ему было настолько удобно, что он не возражал бы встретить так мировую термоядерную войну — лишь бы не двигаться.

— Ну все, заносим.

— Перехвати за край, вдвоем не протиснемся.

Голоса звучали где-то вверху и совершенно не касались разума Гарина. Он понимал каждое слово, но уследить за мыслью не мог. Да и не стремился. Олег уже понял, что спит, и догадывался, что начинает просыпаться, — с той же обреченностью, с которой школьник смотрит на циферблат за пять минут до сигнала будильника. Впрочем, учиться Гарин любил, а иначе он не был бы, как говаривал дедушка, в таком большом порядке.

Олег проморгался и обнаружил, что его несут на куске истертого линолеума, содранного в каком-то общественном месте. Руки-ноги не просто двигались, но и слушались. Голова, кажется, тоже.

— Ты чего брыкаешься? — возмутился кто-то сверху. — Он очухался! Выгружаем.

Углы импровизированных носилок отпустили. Олег как лежал на листе линолеума, так и рухнул вместе с ним на пол. В поле зрения попали двери туалета и ванной, по которым Гарин сразу узнал свою квартиру.

«Темновато, лампочку надо поменять», — успел подумать Олег, прежде чем окончательно пришел в себя.

— Принимай полутруп, — объявил кто-то сзади. — Туловище второй категории: мозга мало, мышцы вообще отсутствуют. Но, учитывая автомат с рожками и неработающий лифт, доплатить все-таки придется. Выпить есть?

Столяров проворно открыл на кухне шкаф.

— Коньяк? Виски? Или без лишних понтов? — спросил он.

— Без лишних, — согласился человек и, бесцеремонно перешагнув через лежавшего Гарина, прошел к столу.

Теперь Олег увидел, что это Геша — бандит, который стерег его, пока Михаил обсуждал со Скутером размер дани.

Столяров достал бутылку водки и озадаченно осмотрелся, потом присел на корточки и начал поочередно открывать нижние дверцы.

— Олег, у тебя стаканы, оказывается, есть!

— Сам в шоке, — буркнул тот, неуверенно поднимаясь.

С Гешей были еще три человека, все они тоже проследовали на кухню, и там сразу стало тесно, хотя и не так, как в прошлый раз. Олег втолкнулся последним и привалился к стеночке у двери, пряча глаза и от Столярова, и от Добермана.

Михаил расставил на столе восемь стаканов и, деловито пересчитав присутствующих по головам, один убрал. Литровую бутылку он поделил на семерых с подозрительной точностью. Геша, не дожидаясь приглашения, взял свою порцию и кивнул Олегу:

— Твое здоровье.

Бандит жахнул без малого сто пятьдесят граммов одним глотком. Потом замер, благостно моргнул и коротко, вкусно выдохнул.

— Все, больше не предлагай, — сказал он. — Не смогу отказать.

— Так и не надо отказывать? — демонически произнес Михаил.

— Нельзя. Скутер человек не сентиментальный. «Бей своих, чтоб чужие боялись», — это не он придумал. Но он развил и довел до совершенства.

Остальные трое бандитов выразили молчаливое согласие и вразнобой выпили, хотя и не так красиво, как бригадир. Столяров тоже сделал глоток — большой, чтобы не быть уличенным в неуважении к компании.

— Ну, теперь рассказывайте, — поддержал он.

— Рассказывать особо нечего, — ответил Геша. — Ехали по Профсоюзной, у «Теплого Стана» остановились по нужде. Смотрим — в кафешке тело лежит. Сначала решили, что жмур. Пригляделись — дышит, да и ряха знакомая. Небось шаурмы с собачатиной натрескался, вот и скрутило! — Он жизнерадостно рассмеялся. — Ну, погрузили болезного в машину, и сюда. Это же твой хлопец? Вот и принимай. Если скажешь, что зря привезли, тогда… — Геша замялся.

— Что? — Михаил вздернул брови.

— Тогда мы с пацанами сильно расстроимся.

— А! Не расстраивайтесь, пацаны, вы все правильно сделали, — объявил полковник. — И бог вам за это простит пару каких-нибудь грехов. Каждому, — заверил он.

— Какой бог? — не понял Геша. Умиротворенная улыбочка сползла с его каменного лица медленно и так выразительно, что он мог даже не продолжать. — Если бы я интересовался богом, я бы ушел в монастырь. Логично?

— Да, — сказал Столяров. — Сколько?

— Десять, — ответил Геша так же коротко и емко.

— Десять чего? «Хлопушек»?

— Тысяч, дорогие друзья. Или вы думали, что я тяжести для своего удовольствия таскаю?

Трое подручных Геши ненавязчиво прикоснулись к оружию.

— Требуешь деньги за то, что человека в Зоне не бросил, — констатировал Столяров. — Грех на душу берешь.

— Слушай, то ты списываешь грехи, то обратно вешаешь… Тебя кто-то уполномочил этим заниматься?

Гарин незаметно погладил карманы брюк. На ощупь как будто бы ничего не пропало.

— Я расплачусь, — заявил он, прерывая неприятный торг. — Десять тысяч, да?

— Да, долларов, — монотонно произнес бандит.

— Полагаю, евро не хуже. — Олег уже почти достал пачку денег, но осекся.

— Десять. Тысяч. Долларов, — отчеканил Геша. — Вы мне заплатите. Не позже завтрашнего вечера. А пока я возьму у вас что-нибудь в залог. Справедливо?

— Но ведь евро дороже! — загорячился Гарин. — Что ты дурака валяешь?

— Дурака я не валял, а вез его от «Теплого Стана» и потом поднимал на седьмой этаж.

— Почему обязательно доллары?! — взвился Олег. — А если мы до завтра их не найдем?