Чтение онлайн

— Рыба, лети мухой! Доложи там! — крикнул Мозоль.

Боец с тремя автоматами на плече сделал рывок, но через пару метров снова перешел на шаг, такой небыстрый, что в холл первого этажа все вошли одновременно.

Внутри Олег обнаружил ровно то, что и ожидал: жесткие деревянные скамейки вдоль застекленных стен да квадратные кадки с засохшими растениями по углам. Из окошка пропускного бюро торчал ствол крупного калибра, но человека за ним видно не было. Потолок украшала пупырчатая алюминиевая фантасмагория, пол был набран из разноцветных кусков мрамора. Подобные интерьеры Гарин наблюдал всю свою жизнь с тех пор, как получил диплом и впервые устроился на работу. Изменилась только проходная: бандиты снесли вертушку, чтобы не мешала.

Рыба ушел в какую-то узкую дверь слева, а Мозоль повел гостей прямо — туда, где, по представлениям Олега, должна была находиться лестница. Типовой проект не удивил и тут: холл закончился поворотом на площадку с шеренгой лифтов по одну сторону и широким лестничным маршем по другую. А посередине болтался молодой мужчина. Сверху спускалась цепь с кожаными проклепанными наручниками для недетских забав — на этой игрушке он и висел. По иссиня-белым рукам можно было догадаться, что висит он уже давно и радости никакой не испытывает. Рядом, на второй цепи, покачивался крюк из нержавейки вроде тех, за которые цепляют туши на мясокомбинатах. Судя по следам на стали, этот инструмент здесь тоже иногда использовали.

— Мозоль… — жалобно промолвил узник.

— Глохни. В следующий раз будет хуже.

— Куда уж хуже-то…

— О-о! — многообещающе протянул Мозоль. На этом его общение со страдальцем было окончено.

Бандит указал Столярову на лестницу и начал подниматься следом, держась метрах в двух позади.

— За что повесили-то? — не выдержал Гарин.

— За руки, — ответил Мозоль. — Это на первый раз.

Больше Олег спрашивать не стал.

На третьем этаже бандит велел гостям свернуть и, обогнав их, направился по широкому коридору. Вероятно, здесь располагалось руководство НИИ: пол был паркетным, двери массивными, а на стенах кое-где еще остались черно-белые эстампы в латунных рамках.

Мозоль дошел до последней двери и остановился. Наклеенные буквы были сбиты, но светлые следы на древесине информировали, что это кабинет генерального конструктора.

— Кто бы сомневался, — фыркнул Столяров.

За дверью был казенный предбанник с рядом мягких стульев для комфортного томления посетителей. На столе секретаря стоял монитор, принтер, телефонный аппарат и благоухающий маслом РПК. В отличие от того, что внизу, этот пулемет бесхозным не был.

— Я сегодня без шоколадки, — сказал Михаил.

Пулеметчик, сидевший вместо секретарши, смерил полковника взглядом и расслабленно переместил зубочистку из одного уголка рта в другой.

— Завтра принесешь две, — произнес он с неявной угрозой, и Столяров, оценив стиль ответа, сдержанно кивнул.

Мозоль толкнул обитую дерматином створку и посторонился.

В кабинете генерального конструктора Скутер ничего не менял. Кроме кресла, которое для него притащили, вероятно, из самого зажиточного офиса в соседнем корпусе. Кожаная спинка была такой высоты, что даже рослому человеку могла служить одновременно и подголовником. Скутер же, мужчина пропорций до обидного скромных, смотрелся в громадном кресле как ребенок на папиной работе. Впрочем, вряд ли кто-то ему об этом говорил.

— «Хлопушки» привезли? — спросил Скутер, хотя по его лицу было ясно, что он уже обо всем осведомлен.

— Лучше, — заверил Михаил.

Главарь опустил глаза и побарабанил по столу.

— Базу как нашли? — осведомился он.

— Геша сказал.

— Так вы его живым видели?

— Конечно. Он за деньгами приходил.

— За какими еще деньгами? — нахмурился Скутер. — Что у вас за дела с ним?

— Дел никаких не было. А бабло он с меня требовал за спасение моего друга. — Михаил показал на Гарина, как будто без этого бандит не мог догадаться, о каком друге идет речь. — Твои люди подтвердят: Геша вчера десять тонн грина требовал. Я согласился. Но он раздумал брать. А сегодня опять пришел и потребовал двадцать.

Скутер поиграл желваками.

— Дальше что было? Адрес базы он зачем вам сказал?

— Геша взял деньги и ушел. А мы… — Столяров замолчал.

— Что «вы»? — каркнул Скутер. — Договаривай уже!

— А я пошел за ним.

— Зачем? Забыл что-то?

— Честно?

Бандит не счел нужным реагировать на этот вопрос, но Михаил упорно дожидался, пока Скутер не рявкнул:

— Да, говори честно!

— Я хотел его грохнуть, — признался Столяров. — Потому что порядочные люди так не поступают. Выставлять деньги за друга — это что за манеры? А потом еще удваивать сумму без всяких оснований! Это конкретный моветон, в натуре. Я бы ему в первый же день глаза вырвал, но я не хотел рисковать другом. Вот тебе честно, — закончил полковник.

— Интересный ты конь… — проронил Скутер. — Ну, дальше.

— Вышел за ним на улицу. Не сразу, а через пару минут, чтобы на лестнице не столкнуться. Уехать он не успел бы. А если и успел бы — не страшно, я бы его в другой день достал.

— Значит, ты подписал приговор моему человеку, — сделал вывод главарь. — А кто ты есть, чтобы такие дела решать?

— Это вопрос философский, — заметил Михаил.

Мозоль, стоявший рядом, нервно пошевелился и положил руку на автомат.

Скутер покрутился в кресле, еще больше усиливая образ безалаберного ребенка, и звучно приложил ладонь к столешнице.

— Ладно, судят не по намерениям, а по результату, — сказал он. — Кто замочил Гешу?

— Без понятия. Когда я вышел, он уже лежал на травке, во дворе никого не было.

— На травке… — задумчиво повторил Скутер. — Там ведь следы остались, правда?

Олег сжал кулаки и впился ногтями в мякоть. Всего предусмотреть невозможно, Агата Кристи доказала это тысячу раз, но проморгать такую деталь — это убийственная оплошность. Или самоубийственная, если заглянуть немного вперед. Заглянуть, однако, у Гарина не получилось. Скутер был непроницаем, словно надел «венец». Олег и не надеялся почесть его мысли, но хотя бы пощупать настроение, сыграть в «веришь — не веришь» он рассчитывал. Однако же сознание главаря было закрыто наглухо.

— Конечно, следы остались, — простецки ответил Столяров. — Крови много было. Машину испачкали.

— Кстати, о машине. Его «Инфинити» на месте?

— У подъезда осталась. Это было что угодно, только не угон, — засмеялся Михаил.

— Мозоль, возьми кого-нибудь и сгоняй за Гешиной тачкой, чего добру пропадать, — распорядился главарь.

— Прямо сейчас? — уточнил тот.

— Нет, через месяц! — вспылил Скутер.

Мозоль почесал большое небритое лицо и покинул кабинет.

— И следы там проверь! — крикнул главарь, но дверь уже закрылась.

Какое-то мгновение он боролся с собой, решая, догнать ли ему Мозоля в коридоре, но быстро сдался.

— Так… Ну а зачем ты его привез-то? — поинтересовался Скутер. — В смысле, хорошо, что привез. Но ты сам-то что хотел? Или просто мелкий прогиб? Тогда слабовато, я предпочел бы «хлопушками».

— Моему другу стало плохо, и твои люди ему помогли. Не бросили, привезли к нам на базу. Это по-человечески. И я тоже совесть имею.

— Ясно, ясно… Ну, ты же сам говоришь, что они с тебя деньги требовали?