Чтение онлайн

После заключения Брестского мира и выхода из войны большевиков больше не могла устраивать классовая самодеятельность пролетарских низов под лозунгом «Грабь награбленное». В работе «Очередные задачи Советской власти» Ленин попытался сменить тактику, временно приостановив дальнейшее наступление на капитал, снизить темп национализации, шире использовать частные предприятия и буржуазных специалистов.

Весной 1918 г. Ленин по-прежнему собирался строить экономику, опираясь преимущественно на военную силу; он лишь предлагал в тактических целях сделать акцент на организацию производства и управление тем, что уже было захвачено. Ситуация всеобщего распада требовала восстановления дисциплины, налаживания учета и контроля, поднятия персональной ответственности. Идея устойчивого и долгосрочного соглашения Советского государства с предпринимательскими кругами была положена в основу программы государственного капитализма.

Во многом отличались от программных установок Ленина предложения заместителя наркома финансов И. Э. Гуковского, уже в апреле 1918 г. предложившего комплекс мер, весьма близкий к тому, что впоследствии получило название «новая экономическая политика». Под ее влиянием Ленин радикально изменил содержание первоначального варианта статьи «Очередные задачи Советской власти». Однако в тот период для Ленина «военный коммунизм» был единственно возможным способом навязать социализм неподготовленной стране.

Смена тактики не помогла большевистской власти переломить тенденцию тотального обобществления. Классовый пролетарский эгоизм брал верх над общенациональными интересами, вел к обострению социально-экономических отношений в стране.

В рядах большевистской партии революционный экстремизм подпитывала группа «левых коммунистов», которую возглавляли Н. И. Бухарин, Н. Осинский, К. Б. Радек. «Левые», убежденные в скором крушении мировой империалистической системы, призывали покончить с частной торговлей, отказаться от мер поощрения буржуазных специалистов, укрепления трудовой дисциплины.

Идеология и практика «военного коммунизма». К осени 1918 г. в стране складывается жестко централизованная социально-экономическая система, получившая со временем название «военный коммунизм».

«Военный коммунизм» стал первым широкомасштабным коммунистическим экспериментом. Многие его черты были стихийным результатом действия Гражданской войны и связанной с ней разрухи. Но в целом «военный коммунизм», по первоначальному замыслу большевистских лидеров, преследовал более широкие цели. По свидетельству Л. Д. Троцкого, Советское правительство рассчитывало постепенно, «без нарушения системы» перейти к подлинному коммунизму. Ближайшим прообразом военно-коммунистической системы стала чрезвычайная политика, проводившаяся во время Первой мировой войны в Германии и известная как «военный социализм». Быстрое утверждение военно-коммунистических начал в общегосударственном масштабе не в последнюю очередь связано с общей экономической и культурной неразвитостью России, отсутствием в ней гражданского общества и демократических традиций.

Основой военно-коммунистической модели стала безудержная искусственная централизация и милитаризация власти, производства, распределения и снабжения. Важнейшей политической особенностью «военного коммунизма» являлось понимание диктатуры пролетариата как власти, опирающейся непосредственно на насилие и не связанной никакими законами. В условиях начавшейся Гражданской войны и разрастания экономического кризиса Совет рабочей и крестьянской обороны во главе с Лениным сконцентрировал всю полноту власти в стране, одновременно расширились полномочия центральных исполнительных органов власти (правительства, наркоматов, ведомств). Плодились новые чрезвычайные органы (например, система чрезвычайных уполномоченных Совета обороны (ЧУСО) по снабжению Красной Армии и флота). В чрезвычайные органы превращались главки и комитеты ВСНХ. В основе систем управления лежали простые принципы, доступные при разваливающейся экономике и малоквалифицированных кадрах: монополизация произведенного продукта, централизованное распределение, натурализация обмена, приказной (директивный) метод управления, принуждение к труду.

В финансово-экономической сфере «военный коммунизм» проявился в ориентации на полную ликвидацию денег, кредита, банков, в организации в рамках государственного хозяйства безденежных расчетов и натурализации экономики. По предложению Ю. Ларина (М. З. Лурье) широко использовался печатный станок для подрыва экономической автономности и экспроприации состоятельных слоев. К 1920 г. печатный станок Наркомфина превратился в пулемет, «который обстреливал буржуазный строй по тылам его денежной системы, обратив законы денежного обращения буржуазного режима в средство уничтожения этого режима и в источник финансирования революции». Результатом такой политики стала гиперинфляция, превращение денег в раскрашенные бумажки – коробок спичек стоил миллионы совзнаков. В результате разрушения финансовой системы экономика переходит к натуральному обмену.

Трагическая парадоксальность сложившейся в годы «военного коммунизма» ситуации проявилась в том, что сужение сферы товарно-денежных отношений, введение, казалось бы, в интересах пролетарского населения бесплатного распределения продовольственных продуктов, предметов широкого потребления, отмена платы за всякого рода топливо, квартирной платы и оплаты коммунальных услуг, платы за аптечные лекарства и произведения печати, ликвидация денежных налогов и взаимных расчетов между национализированными предприятиями не только не улучшили положения рабочих и служащих, а наоборот, подорвав заинтересованность в эффективном труде, усугубили его. Эти же меры способствовали широкому распространению иждивенческих настроений. Как отмечают современники, в годы «военного коммунизма» никто не жалел дефицитной электроэнергии, в реквизированном у «буржуев» жилье «везде горели люстры».

Поскольку деньги постоянно обесценивались, одним из важнейших элементов «военного коммунизма» стало установление прямого продуктообмена между городом и деревней. Цель этой политики – сосредоточение продовольствия в руках государства для обеспечения нужд армии и оборонных предприятий. Осенью 1918 г. в деревне последовательно были испробованы различные методы заготовки продуктов: частные закупки, натуральный продуктообмен, госзакупки по твердым ценам. Но наибольшие результаты дал метод распределения государственных заданий по губерниям. В январе 1919 г. по требованию Наркомпрода продразверстка была распространена на все губернии. В соответствии с декретом «излишки» продовольствия, оставшиеся от личного потребления крестьянина, изымались по твердым ценам, что в условиях гиперинфляции означало фактически бесплатную конфискацию. При этом часто у крестьян отбиралось и последнее продовольствие, что обрекало их на голод и разорение.

Оправдывая проводимую экономическую политику условиями разрухи, голода, блокады, большевистские вожди одобряли ее и считали необходимой, равно как и насильственные методы ее осуществления. «Пролетарское принуждение, – утверждал Н. И. Бухарин, – во всех своих формах, начиная от расстрела и кончая трудовой повинностью, является, как ни парадоксально звучит, методом выработки коммунистического человечества из человеческого материала капиталистической эпохи». В массовое сознание внедрялась мысль о неуклонном движении страны к коммунизму. Коммунистические утопии захватили многие умы. В годы «военного коммунизма» второе дыхание получает рожденный революцией энтузиазм. Широко стал пропагандироваться опыт рабочих-коммунистов депо Сортировочная Московско-Казанской железной дороги, которые в апреле 1919 г. вышли на субботник по ремонту паровозов. С момента своего рождения в 1917 г. Пролеткульт поставил задачу создания и распространения в массах новой коммунистической культуры.

«Военный коммунизм» помог большевистскому режиму выжить в условиях Гражданской войны, но его итогом стал глубочайший кризис.

Начало Гражданской войны. С середины 1918 г. российское общество вступает в особый период своей истории – период Гражданской войны. Формально ее начало было положено февральскими событиями 1917 г., в ходе которых были убиты десятки и около тысячи человек получили ранения. Насильственное смещение Временного правительства и захват большевиками государственной власти способствовали углублению и обострению противостояния в стране, но все это время столкновение различных социально-классовых сил носило локальный характер. Функционально на поверхности социальной жизни были иные явление. И лишь к лету 1918 г. вооруженное противостояние различных социальных групп приобрело масштабный характер.

В развязывание полномасштабной Гражданской войны свой «вклад» внесла каждая из противоборствующих сторон. Либерально-демократические партии, не сумев после Февраля 1917 г. провести необходимые реформы, не создав новую государственность, способствовали усилению социальной напряженности в стране. Особая вина в перерастании социальной напряженности в вооруженное противоборство лежит на большевиках. Провозгласив в своих программных документах идеалом социального равенства «уничтожение деления общества на классы», большевики фактически проигнорировали большой пласт вопросов, связанных с возможной адаптацией имущих классов к новой жизни, ограничившись немногочисленными туманными суждениями о необходимости диктатуре пролетариата «перевоспитывать миллионы крестьян и мелких хозяйчиков, сотни тысяч служащих, буржуазных интеллигентов, подчинять их всех пролетарскому государству и пролетарскому руководству, побеждать в них буржуазные привычки и традиции». Сама форма прихода большевиков к власти, первые шаги пролетарской диктатуры по ликвидации эксплуататорских классов, использование террора для удержания Советской власти подтолкнули значительную часть российского общества к вооруженному противостоянию. Нарастание напряженности в стране после разгона Учредительного собрания в январе 1918 г., заключение Брестского мира в марте 1918 г., чрезвычайные меры по организации хлебозаготовок летом в считанные месяцы углубили раскол российского общества и ввергли страну в пучину кровопролитной Гражданской войны.