Чтение онлайн

— Ну и чего ты злишься? Твоя дочь прекрасна и сильна. Она станет прекрасной женой какого-нибудь демона. — Разлив по стаканам самогона, подал один другу, говоря то, что он хотел бы услышать. Вот только пошли все в Бездну, эти предполагаемые женихи моей демоницы!

— Она сказала, что убьет своего мужа и станет вдовой в первую же брачную ночь. — Мрачно хохотнул друг, отпивая сразу половину стакана.

— С характером. — Хмыкнул, одобряя слова ханы.

Правильно, нечего даже смотреть на мою будущую жену. Пусть показывает характер, со мной всё равно всё будет по-другому.

— Она стравила моих воинов! Превратила их в истекающих слюной похотливых ублюднов, не способных нормально сражаться! Я уверен, эта гадина что-то с ними сделала! Мои сработавшиеся бойцы теперь не могут рядом находиться, не пытаясь зарезать друг друга! — В расстроенных чувствах Аделькар допил содержимое стакана, а тут и Атарис подоспела.

Вся такая дикая, скрывающая свою необузданность и нрав за милым платьицем, в цветах своего рода. Наслушавшись, видимо, разговоров об этой девушке, какой-то смертник решил заранее устранить угрозу в лице своей будущей Повелительницы. Я успел заметить только хитрый блеск глаз, а демоница уже смазанным движением оказалась позади теневого стража, не понимающего, куда делась нарушительница, не пользующаяся дверьми.

Едва удержал своего демона, решившего возбужденно зарычать, когда Атарис отдавала приказы! Он был готов ползать перед своей госпожой, моля хотя бы о капле внимания в его сторону. А вот интерес со стороны Аглаека воспринимал с яростью. Ну ничего, его тоже можно убить, если встанет на моем пути. У меня в любом случае во дворце ещё пять обормотов. А когда Атарис станет моей, будет ещё больше. Я буду стараться.

Последующие минуты показали, что я зря так рано начал считать демоницу своей. Если она будет несогласна, то от моего убийства её ничто не остановит. Истинной у меня нет, а значит, привет, перерождение что ли? Не, так не пойдет. Неужели придется искать истинную, а только потом делать Атарис своей?

В этот момент я встретился с сиреневыми глазами демоницы, в которых читалась насмешка с презрением, будто бы она прочитала мои мысли. Стало неприятно и отчего-то стыдно. А демоническая часть требовала пасть перед сильнейшей на колени и молить о прощении за свои порочащие истинную связь мысли. Темнейшая такое не прощает. Все её дети должны быть счастливы и свободны, сильны и благородны. Ведь именно такими она когда-то нас создавала.

Пытался осмыслить проскочившие мысли, но Атарис их спугнула, назвав красноглазым карасиком. Ну ещё прекрасным. Со всем согласен, но кто такие «карасики»? Она обозвала меня с сыном или всё же сделала комплимент? На душе было приятно, демон внутри почти пищал от восторга, что внешность пришлась по душе Темнейшей, и пока решил всё же считать сказанное комплиментом.

— Мы можем обсудить претензии на мою персону, Повелитель, но действительно ли этого вы желаете? — Томно мурлыкнула Атарис, заправляя за ушко прядь волос.

Ну, мне казалось, что она мурлыкнула, ведь все мои желания были сосредоточены где-то в районе паха. Мне даже Аделькар не был интересен. В конце концов, он сам разозлил демоницу, позволив себе поднять на неё руку. Сейчас регенерирует и будет как новенький — не впервой. А вот за Атарис хотелось наблюдать не отрываясь.

— У меня нет к вам претензий, прекраснейшая. — А вот я мурлыкнул.

— У Онгона учились, Повелитель? — Насмешливо хмыкнула хана, а я неосознанно кивнул.

Действительно, в своё время я достаточно много общался с хранителем академии, но до этого момента думал, что его манера общения никогда мне не пригодится. Зачем мне как-то флиртовать и плясать перед женщиной, когда она сама в любой момент готова поднять подол платья, удовлетворяя все потребности? В конце концов, мужчина — господин и повелитель для женщины. Мы приказываем — они исполняют.

Глаза демоницы заволокла Тьма. Аглаека испуганно всхрапнул, а я осознал, что всё это проговорил вслух. Кинул быстрый взгляд на друга, сильно предполагая, что вот-вот окажусь рядом с ним, а значит, ему пора отодвигаться. Аделькар посмотрел с насмешкой и как бы спрашивая, обделался ли я уже или ещё держусь?

— Значит, мужчина приказывает, а женщина исполняет? Удовлетворения хотите только? Да!… — в ярости демоница шипела так, что внутренние органы покрывались ледяной корочкой, а голова под воздействием её давящей силы опускалась всё ниже и ниже, с надеждой, что подобное поведение убедит в достаточной покорности. Но вдруг она резко замолчала и столь же стремительно повернулась в сторону стены. Я думал, она смотрит на моих стражей, но следующие слова это опровергли. Атарис явно разговаривала с кем-то невидимым. — Не смей мне указывать, как наказывать демонов! Они погубили моих дочерей! Веками воспитывали из воительниц бесхребетных стерв, только и умеющих теперь убивать невинных детей! Все они даже не достойны упоминать Инферно! — разъярённая… кто?.. выслушала ответ с поджатыми губами, осмотрела находившихся в гостиной демонов гневным взглядом и, с чем-то согласившись, кивнула.

Был у меня один вариант, как зовут демоницу, но так страшен в своем звучании ответ, что лучше пусть у меня отсохнет язык, чем произнесу истинное имя.

Атарис?

— Я знаю, как тебе тяжело и больно, Рис. Но ты пока ещё слаба, чтобы представать перед смертными во всем своем обличии. Дай времени своей душе созреть и прикрепиться к миру и его Источнику! Иначе я просто могу вновь тебя потерять! Я не хочу оставаться в этом мире одна! Я устала, слышишь?! Устала! — я смотрела на рыдающую Исиэль и хотела прижать этого ребенка к себе.

Как я могу смотреть на слезы той, кого сама принимала из чрева сестры? И в то же самое время я не понимала своих мыслей, эмоций и действий. Казалось, что просто схожу с ума, делая то, что делать не должна. Или же реагирую не совсем так, как отреагировала, видя это в своем мире. Я же посещала миры с жестким патриархатом. Так почему настолько болезненно принимаю к душе поведение демонов? Почему Исиэль сейчас говорит так, будто давно меня знает?

— Рис, позволь мне стереть эти несколько минут разговора. — жалобно попросила эльфийка, упорно стирая дорожки слез, не прекращающиеся литься из прекрасных синих глаз моей крошки.

Кивнула, соглашаясь. А потом, не знаю почему, показала взглядом Исиэль на подлокотник кресла с намеком на то, что она может сесть. Эльфочка просияла ярче солнышка и, стоило мне сесть в кресло, обхватила мою шею руками, утыкаясь носом в волосы.

«Не знаю пока почему, но если ещё раз сопрешь где-то вино, а уж тем более будешь его употреблять, то я тебя выпорю.» — с сомнением в голосе, так как не понимаю, как могу такое говорить, если сама вчера распила с ней вкуснейшее эльфийское вино, пригрозила остроухой егозе.

«Ладно.» — быстро согласилась со мной эльфа, но я не поверила. Ладно, потом разъясню, что молодым богиням вредно употреблять спиртные напитки смертных и лучше оставить данное занятие, пока не стукнет хотя бы пару миллионов лет.

— Ну а теперь мы можем обсудить ваши ко мне претензии. — растянула губы в угрожающем оскале, получив сигнал от Исиэль, что она подчистила воспоминания демонов до момента с Аделькаром.

— Зачем ты это делаешь? — спросил чуть заторможено Повелитель демонов, растерянно моргая.