Чтение онлайн

Я ещё раз говорю, что тайна нашего Камня сама по себе очень проста, но для людей она недоступна, поскольку им не хватает дара рассуждения. Иными словами, она трудна для людей, не хотящих быть людьми. Это первая причина, почему лишь немногие могут создать камень. Вторая — хотя Теория и очень проста для тех людей, кои всё-таки суть люди, то есть умеют рассуждать, практика для них бывает утомительна: надо год и больше быть у печи, чтобы, когда нужно помогать естеству, отказываться от множества дел и занятий, сидеть у себя дома, ибо и приход друзей может расстроить работу, заставить философа отойти, когда он должен быть на месте. А если сосуды стеклянные, а материя хрупкая, всё может разбиться, и придётся начинать сначала. Скажи мне, у кого хватит на всё это терпения? Запереть себя дома на целый год и только и делать, что смотреть в печную заглушку? Это ли свойственно человеку, желающему свободы?

Третья причина очень возвышенна: подними глаза к Небу, и ты увидишь её. Там — некое провидение, мудро управляющее всеми вещами: оно установило в мире прекрасный порядок, заботится о том, чтобы всё сохранялось и не рушилось; некто, научившись делать золото, перевернёт Вселенную; научившись делать Камень, он сделает золото и серебро вещами обыденными, нельзя будет вести торговлю, молоко и золото будут в одну цену, — а ведь именно редкость вещи придаёт ей значение — и в мире настанет беспорядок. Вот почему Бог закрыл эту тайну от большинства людей. Он поместил её в глубинах наших сердец, наклонности и намерения коих знает. Он видит, что большинство, узнав эту тайну, использует её себе в проклятие, будет поступать дурно и невежественно. Ясно, что большинству она не будет во спасение, каковой была для таких великих душ предыдущих веков, как Архелай, как Авиценна. К тому же Бог видит, что если все узнают нашу тайну, то ничего другого и делать не будут, презрят все занятия, хотя были для них предназначены. Итак, из тысячи трудящихся очень малое число понимают и достигают, да и те не видят высокой цели труда — они возвеличивают себя или обогащают своих родных, а иные хотят купить себе наслаждения и тем устроить для себя земной рай.

Вот почему Бог сокрыл Начертание работы (l'Yssüe de leur labeur), не позволяя проникать в неё дурным намерениям. Тот, кто приступает к работе, не должен иметь иной цели, кроме помощи бедным, учреждения больниц, избавления пленных, славы Божией. Кто преследует иные цели, напрасно тратит время и усилия. К тому же не только намерения должны быть у Философа добрые, но и жизнь святая. По причинам, ранее изложенным, он нуждается в помощи свыше. Бог и не доверяет тайну своим врагам, но только чистым сердцем, свободным от мирских желаний и посвятившим себя исключительно Ему одному.

И, наконец, если большинство людей ищет лекарств для исцеления от болезней, то делают они это, как правило, во грехе: страх недуга или смерти у них больше страха Божия. Но наш Камень лечит все болезни, в том числе почитаемые Медиками неизлечимыми. Вот почему, сын мой, хотя Камень доступен и прост, так мало достигают успеха в его изготовлении. Я мог бы указать тебе и другие причины, но вижу, что и так рассеял твои предрассудки и что ты хочешь того лишь, чтобы я указал, как изготовить камень. Я и сам этого желаю, но прежде всего надо поведать тебе, что такое есть наша материя.

Все пытающиеся понять нашу работу спотыкаются на том, что труженики всегда говорят о разных материях, в то время как материя одна. Бог, единый в трёх лицах, запечатлел в материи свой образ, потому и она тоже едина, а из этого единства происходят три царства — минеральное, растительное и животное; все реки происходят из одного источника — из одного зерна много хлеба, из виноградной косточки — много вина. Всё исходит из единого (unité), — говорит Божественный Платон, — и в единое возвращается. Вот почему материя, лежащая в основании нашего богатого Камня (nostre riche Pierre), точно так же лежит и в основании всех металлов, и она, без сомнения, едина. Это единство, как и во всём естестве, проявляется во множестве, оставаясь единством.

Наша материя хорошо всем известна и никому не известна, и хотя все носят её в себе, из ста тысяч разве что один об этом знает; ты и шага сделать не сможешь, не встретив её на своём пути, ибо она и вне тебя, и точно так же в тебе, и хотя, как я уже сказал, число знающих её очень мало, ищут её миллионы, но не находят.

Некоторые ищут её среди трав и растений, не понимая, что, как я уже тебе только что сказал — да и в книгах об этом писал — все вещи имеют одно начало (principe), каковое есть на Небе и на земле, у трав и животных, у камней и людей. Они воображают, будто бы неважно, откуда извлекать её, и не видят, что среди растений она принадлежит к иному роду, нежели у минералов, и из растений её не извлечь, не приводя предварительно в состояние первичной неразличимости (indifference), и это художеству неведомо, а было бы ведомо, так и искали бы её совсем в ином царстве. Дело это только самого естества, поскольку люди не знают соотношения стихий (elements), полученное ею при рождении.

Оставим травы садовникам, и пусть они готовят салаты для бедных Алхимиков.

По той же причине те, кто берёт для работы обычные стихии, грубо ошибаются, ибо стихии следует брать лишь в их первичной чистоте, а это не в человеческих силах. Только естество созидает исходное вещество в самом царстве; потом и художество может приложить к этому руку, но не ранее. Будь лишь уверен, что изготовить Камень можно лишь в рудном роде (genre mineral), в нём-то и содержатся все первоначала (principes); Замысел в том, чтобы довести металлическое естество до совершенства, а, следовательно, для этого надо пользоваться тем же естеством: растения не вырастить из собаки, а довести его до совершенства нельзя, выращивая камни, — растение происходит из растения. Если ты хочешь довести минеральное, рудное естество до совершенства, с ним и работай. Сначала найди общий принцип всех творений, а затем определи нужный тебе род, и только потом начертай свой план.

Тем не менее не буду заверять тебя в том, что всё среди металлов соответствует этому началу (principe). Ошибка большинства в том, что они берут золото, серебро или грубые (vulgaires) металлы, растворяют их в неочищенной азотной кислоте (eaux fortes), думая, что так обретут семенное богатство, способное порождать. Прав тот, кто думает, что есть неделимое единство, образующее металл, составленный ещё и из множества примесей, отделить которые — огромный труд. Но видя, что азотная кислота растворяет, понимаешь ли ты, как? Образованные от растворения мельчайшие частицы всё ещё тот же металл, но вовсе не его семя. Если взять (например) кусок человеческого мяса, руку или ногу, и ввести в женскую матку, родится ли от этого новый человек? Даже подумать смешно. А ведь это то же самое.

— Знаешь ли ты, что материя Камня должна быть подвергнута не прямому, а Философскому обжигу (doit estre calcinée Philosophiquement)? To есть без смешения с его собственным естественным сульфуром; однако уже сформировавшийся металл не может быть таким образом кальцинирован.

— Как сможешь ты свести металлы к их первоначалам (premiers principes), когда их состав столь твёрд и крепок? Как изъять примеси, возникшие при рождении? Я ещё никогда никого этому не учил.

Разве ты сам не видишь, что сложившийся металл — это испечённый хлеб? Испечённый хлеб не делается из самих Дрожжей. Потому оставь род металлический, который в металлическом естестве, и обратись к рудам (minéraux).

Не думай тем не менее, что сюда любые подходят: хотя большинство из них складывалось слаженно и неизгладимо несут на себе черты художества, металлическое семя в них ослаблено и даже совсем обессилено.

Но среди всех их ищи только ту одну, которая тебе необходима, — могу ли я сказать более ясно? В ней одной найдёшь ключи к великой тайне: там та Обитель, в которой я их скрыл. Это рудник (miniere) моих мудрых детей; там-то и найдёшь самое сильное металлическое семя — оно не успело ослабнуть и приобрести неизгладимые пятна. Там-то и есть материя, но, конечно же, это не материя. Возьми самую тонкую сталь (acier), проникни в её нутро и найдёшь столь долго искомую вторую материю Философов (seconde matiere des Philosophes), но без хорошо очищенной (raffiné) и обработанной руками доброго Мастера стали и не думай достичь цели. Эта руда (minéral) и есть сокрытый источник (fontain); если работаешь со сталью, найдёшь воду: что здесь можно добавить? Эта вода и есть Меркурий Мудрых Философов (Mercure des Sages Philosophes), мировые месячные (menstrüe du monde), эта вода и есть дух; она и вещество (corps), материя, но она же и душа; она и Сульфур, Сульфур несгораемый, баня (bain) стихий, в которой они вступили в брак (mariez) и соединились чрез тайну естества в рудном роде (genre minéral). Это вода, которая смачивает и не смачивает, вода жизни и вода смерти, убивающая и воскрешающая, горячая и холодная, сухая и влажная, вода, которая служит всем и которую никто не видит, вода лёгкая и неимоверной тяжести, чёрная вода белее снега, грязная, но светлая и хрустальная (crystalline), смрадная и воссоздаваемая в сладком запахе; она бесцветна, и в то же время она белая, чёрная, жёлтая, красная, зелёная и пёстрая, как цветник. Это вода нашего моря (nostre mer), Философы успешно плывут по ней, но суфлёрыXC и Алхимики терпят кораблекрушение. Почему так дует над морем? Это ветры — они специально пугают раздувателей огня. Наша вода — грубая, но она мать (mere) наших Богов, она даёт рождение семи планетам.

Чтобы понять, о чём я говорю, вспомни, что Бог, хотевший создать мир, создал первую материю (premiere matiere). Это чистая сущность (substance), которую мы можем назвать пятой сущностью (quint-essence). В ней содержится и заключается всё естество, она похожа на воду или на дым, пронизанный холодом и тьмой и способный расстилаться в длительности (continuité; курсив наш — В.К.) XCI . Дух Божий, носившийся верху вод (курсив наш — В.К.), явил отражённый свет своего Божественного Слова для того, чтобы разделить эту материю. Из самой чистой части он создал Небеса, эти сияющие своды вокруг земли, а из остального — неважно, более или менее чистого — нижний мир, также разделённый на две части. Из более чистой он создал пятую сущность (quint-essence), а из неё произвёл стихии (elements); эти юные и мощные стихии в действии произвели пары, осевшие в виде воды, а вода эта находится в состоянии безразличия, быть ей растением, металлом или животным. Однако чудесной рукой естества она соделывается всеми вещами: ты можешь только знать, что это происходит, но понять как — не можешь. Естество создаёт и растение, и животное, и минерал, оно творит чудо, разливая эту воду как универсальное семя (semence universelle) в разные лона (matrices); в частности, наш рудный род [166] — подходящее лоно для нужного нам рода, и он определён для металлического естества, в зависимости от степени чистоты. Это лоно формирует различные металлы, ибо на самом деле чтó у нас за металл, зависит только от большей или меньшей степени его чистоты. Посмотри, как естество действует, изливая это семя в минеральное царство, и ты увидишь, что цель этого соделать золото XCII , остальные металлы — только начальные степени золота (ors commencés). Всё зависит от примесей, встречаемых в рудных началах (principes mineraux) и от противоположных начал, добавленных к ним и мешающих вознести эту сущность (substance) до Солнечного Неба (Ciel du Soleil). Естество может войти в несовершенное тело (corps) только против своей воли, единственно ради доведения несовершенного или менее совершенного бытия (estre) до совершенства, то есть до завершения. Но я должен тебя со всей ответственностью предупредить, что прежде, чем металлическое семя попадёт в металл, естество располагает его в той соли, каковая есть наш рудник (notre minière); эта соль и есть истинная руда (mineral) или, если хочешь, наш истинный рудник, и если ты желаешь трудиться над Камнем, ты должен найти эту всеобщую (commun) соль, известную и неизвестную, вскрыть её нутро хорошо заточенным длинным кухонным ножом (coutelas). В этом случае увидишь нашу единственную Ртуть (Mercure) и истинную материю нашей работы, а более искать ничего не надо. Так или иначе, более ясно сказать невозможно, и если ты меня не понял, то ты вообще неспособен понять никакой тайны, а если понял, то уже знаешь всё. У тебя уже есть эта вода, сиречь наш Меркурий, единственное начало (principe) нашей работы, то есть работы с металлами — ты владеешь материей, больше тебе ничего не нужно, откажись от дальнейших поисков. Но прежде надо иметь эту соль, руду, где вода сокрыта, и сталь, чтобы её извлечь (хорошо пойми, что есть эта сталь), но обретя всё это, ничего уже больше не добавляй.