Чтение онлайн

Мелкий с удовольствием, хоть и понарошку, давил на Славика.

– Не мути, Ибром, - подошел сзади Босс, - я тебе такого товара вагон за день нашинкую. И протянул обломок деревоплиты. Вон они почти все как новенькие лежат. Грузи в фуру и вези в свою Африку. Правда, летать их не научишь. Нельзя, знаешь ли, сковородку научить кино показывать. Пусть пока так летать учатся.

– Ах морды черножопые, ах твою мать, - очень искренне возмутился Ибром, - как лоха развели. Ну, ждите, я еду. По куклус клану соскучились, я вас...

– Ну- ну. Что- то вас тут всех по очереди кидают. Сплошная некорректность, а с виду не скажешь, нормальные мужики и в глазах никакого идиотизма, - удивился Жека, - да, и куклус клан вроде в Америке, или я ошибаюсь.

– Ну, ты говорилка, фильтруй базар, а то разговаривать нечем будет. Не срослось, значит, не срослось. Дрова себе оставьте - неграм на пальцах объясню, где косячок, а деньги уж как хотите, но я назад заберу. Расписка ваша здесь, все чин чином, - хлопнул по кейсу Мелкий.

– Нету денег, Ибром. Сгорели все, под чистую сгорели, - загрустил Славик.

– Это не ко мне. Я бабки дал, они взяли. Брали бабки, колдуны? Ась?

– Пожар, понимаешь - форсмажор, - вступился Славик.

– Это кто мажор? Ты мне, что предъяву лепишь? Бабло на бочку! Нету, пусть ищут. С завтрашнего дня десять процентов в день. Усвоили колдуны?

– Да веселенькая история, - сказал Мишаня, обращаясь к Жеке, - как ты говорил капитализм с человеческим лицом?

***

Людочка затаив дыхание наблюдала за происходящим из окошка своего кабинета. Конечно, о чем говорили было не слышно, но то, что общение шло на повышенных тонах, было ясно и без слов. От этого ее тонкой натуре стало жутко. Страх перешел в ужас, когда появился Мелкий. Лет десять назад он бесчинствовал в их районе, наводя ужас на палаточников и других мирных жителей. Она бросилась бежать прочь. Правда перед проходной дыхание сбилось и пришлось перейти на шаг.

– Опять жуков пошла рисовать, - подумал вахтер и занялся своим основным делом - нужно было правильно заварить чай. А эта работа, как известно, требует сосредоточения и не приемлет суеты.

Зареванная и растрепанная Людочка буквально врезалась в высокого, крепкого мужчину при входе в отделение полиции.

– Люська, ты что? Что случилось?

– Откуда вы меня знаете?
– глотая слезы, спросила она.

– Здрасьте пожалуйста. Окстись роднуля. Мы с тобой за одной партой сидели.

"Вместе пайку хавали", - чуть было не сорвалась с языка. Однако полицейский майор вовремя взял себя в руки и от шутки воздержался, не та ситуация.

– Я Жарков, Толик. Не узнаешь? Быть мне богатым!

– Толик, здравствуй. Извини мне сейчас срочно в милицию, то есть в полицию надо. Очень все важно.

– Пойдем если срочно.

– А ты что тут работаешь?

– Еще как. Не покладая рук, просто.

Жарков привел ее к себе в кабинет, налил стакан минералки, подождал, пока женщина успокоится.

– Рассказывай, кто тебя обидел.

– Нет не меня. И Людочка сбивчиво, с пятого на десятое выложила все что знала и еще больше того, что надиктовала ее перепуганная фантазия.

– Мелкий, говоришь? Давненько на слуху не было. Но криминала я пока не вижу. А с другой стороны, почему не поискать, если хороший человек просит, - размышлял вслух майор.

– Ты, вот что, Люсь, на работу сегодня не ходи. А то вон как разволновалась. Заболей на денек, что ли.

– Как же я заболею? У меня ничего не болит, кто ж мне боллисток даст. Зуб только, немножко. Иногда.

– Вот и иди, лечи свой зуб, а с боллистком что-нибудь придумаем. У тебя фамилия старая?

– То есть как старая? Обыкновенная. Разве фамилии молодыми бывают.

– Вот ты, господи! Замуж, замуж не выходила? Фамилию не меняла?

– Замуж нет. Замуж еще ни разу.

– Ну не суть. Сейчас не об этом. Иди в городскую стоматологию, лечись. Там тебе нужную бумагу дадут. А я к вам в гости на работу наведаюсь. Наши утром к вам на пожар ездили, и я, заодно, на огонек загляну.

– Нет, на огонек не получится, уже все сгорело.

– Это ничего, разберемся. Ты умойся только. Причешись, что ли. А то уж очень расстроено выглядишь. А тут дело простое. Решаемое. Иди Люсь, иди. Вечером я тебя найду. Поболтаем, посидим спокойно. Чайку попьем.

***

– Так вот колдуны, если бабок не будет, вы у меня без досок с небом познакомитесь. Я человек спокойный, но до поры. Для закрепления своей сентенции Мелкий схватил Босса за грудки и в назидание стукнул его кулаком по голове. Потом встряхнул, отпустил, отряхнул руки.

– Вот так, - сказал он, - усвоили?

– Усвоили, за всех ответил Босс и легко, как в юношеские годы на ринге, отправил свой кулак точнехонько Мелкому в подбородок. Ноги вместе со сто двадцати килограммовой тушей оторвались от земли, приняли более-менее горизонтальное положение и грузно шмякнулись на газон.

– Апперкот, - констатировал Жека.

– Как сейф грохнулся, - добавил Мишаня.

– Руки-то помнят. Так ты, Женек говоришь, - хмыкнул Босс.

– А он живой, - полюбопытствовал Жека.

– Я скорую вызову, - занервничал Славик.

– Не надо, не успеет, - обнадежил Босс.

– То есть, как не успеет, - совсем расстроился Славик.

– Да очухается. Такого с одного раза не убьешь. Если только еще попросит.

– Не надо, только не здесь.

– Да ладно, не егози. Считай ему. Считай до двадцати, если не встанет, скажешь аут и еще разок посчитаешь. Говорят, помогает.

– В боксе до десяти считают, - возразил Славик.

– Можно до десяти, но меньше двух раз не получится, - заверил Босс, - пойдем, - кивнул он компаньонам, - достанем. Человек проснется, а тут сюрприз.

Они зашли в бокс, сдвинули грязные, закопченные, мокрые листы металлического пола. Мишаня спустился в яму.

– Ты гляди, а тут сухо, - удивился он.

– Цело, - спросил Босс.

– Целее не бывает, - вытащил сверток Миша.

– А доски, смотри, хоть бы тебе что. Ни пылинки, ни соринки. Надо учесть на будущее, - размышлял Жека.

Ибром уже пришел в себя и что-то говорил Славику, опершись рукой на дерево.

– Извини, брат. Я тут запсиховал, - заговорил он, когда троица подошла к ним ближе.