Чтение онлайн

– Евгений! Когда вы, наконец, поймете, что живете в обществе порядочных людей?

Дальше шли перечисления заслуг каждого из соседей, при этом особое внимание уделялось Жекиной бабушке, до недавней поры культурному, интеллигентному человеку. Затем монолог уходил в сторону нереализованных возможностей, которые открывались ему непосредственно с рождения. Длился процесс воспитания всегда не менее получаса и заканчивался одной и той же фразой:

– Не будь Женя скотиной, будь человеком.

Вчера Жека не пел и даже не топал, когда возвращался ночью домой, это он точно помнил, но холодок под рубашкой все равно пробежал.

– Здравствуйте, Тамара Сомовна, - несколько заискивающе, поздоровался он.

– Здравствуйте, Евгений! Я вот что хочу вам сказать.

Вступление было нетрадиционным, поэтому несколько ошарашило и несмотря на робость заставило поднять глаза, чтобы убедиться действительно ли это была Томсон. Да это была она, а вот выражение лица незнакомое. Уголки ярко красных напомаженных губ, несколько приподнялись и выразили некое подобие улыбки. Глаза тоже не смотрели строго и назидательно.

– Так я вроде вчера не пел, - застенчиво проговорил Жека.

– Куда вы все торопитесь. Я и рта не успела открыть, а вы уже с оправданиями. Сегодня у меня совершенно иной повод для разговора. Скажите, Евгений, это действительно, что вы изобрели способ летать на обычных досках?

– Ну...
– промычал изобретатель, раздумывая, каким боком его летучая доска могла нарушить соседкин покой.

– Не скромничайте, - продолжала Томсон, - я всегда была уверена, что врожденная интеллигентность пробьет себе дорогу, и вы станете порядочным человеком.

На сей раз примеры праведной жизни уложились в пятнадцать минут, и дальше последовало предложение принять активное участие в реализации творческих начинаний. Правда, для начала, как выяснилось, потребуется одна персональная доска. Уяснив суть вопроса, Жека внутри себя с облегчением выдохнул и вытерев ладонью пот со лба сказал:

– Вы, Тамара Сомовна, просто читаете мои мысли. Я, как раз, когда летел домой, думал, что нужно будет предложить вам такую доску. Ведь вы так много участвовали в моей судьбе. Правда, не знал, как это сделать. Стеснялся. Теперь со следующей партии я первым делом к вам. А сейчас извините, времени совсем в обрез.

– Да, конечно. Так я жду, - милостиво отпустила его Томпсон.

Освободившись от ее нравоучительного внимания, Жека пулей влетел на свой пятый этаж и здесь нос к носу столкнулся с соседкой по площадке Аллой Аркадьевной - сухонькой, маленькой и очень подвижной для своего преклонного возраста старушкой.

– Женек, привет! Не откажи в любезности, помоги старой карге.

– Бог с вами, Алла Аркадьевна, уж кому-кому, а вам я хоть целую пилораму притащу - летайте на здоровье.

– Издеваешься, пострел. Смеешься над бабкой. Мне о душе не забывать нужно, а ты меня на доске летать прилаживаешь. У меня, Женек, кот к вам через балкон сбежал, зараза такая.

– Так у вас же ключ от нашей квартиры есть.

– Есть, но я его вчера на вашей тумбочке и забыла, а дверь захлопнула. А ты говоришь летать. У меня борщ на плите, побежала я. Занесешь?

– Засекайте, через тридцать секунд у вас.

Миша, свободный от домашних забот, имел возможность некоторое время посвятить освоению нового вида транспорта. Разучив пару небесных финтов, он уже, как летун-профи, лихо завернул к магазину выполнять поручение Босса. Знакомая на лицо продавщица провела краткий инструктаж по ассортименту продуктов для пикника, необходимого оборудования и рецепта приготовления шашлыка для начинающих. После того, как все необходимое было упаковано в пакеты и оплачено, она улыбнулась, поблагодарила за покупку и спросила, когда ждать доски, которые сегодня утром заказал муж.

На выходе Миша чуть не сбил со стремянки рабочего азиатской наружности, который прилаживал растяжку над входом в цокольный этаж с призывной надписью "Мы открылись", а сбоку на стене свежая вывеска утверждала, что курсы полетного мастерства "Икар" работают с утра до вечера без обедов и выходных.

– Оперативность, однако, записаться что ли, - хихикнул про себя первооткрыватель летучести досок.

И все-таки это была прелюдия, а что такое настоящее признание и слава, Босс ощутил на себе, как только перешагнул порог до боли родной квартиры на двух разведенных между собой жильцов.

– Вовчик, - вдруг ни с того ни с сего обратилась к Боссу его бывшая жена. Ни как обычно "Эй" или "Але", а вот так прямо "Вовчик" и при этом многозначительно улыбнулась, посмотрела глазами снизу вверх наискосок и облизала кончиком языка верхнюю губу. Такой подход может кого угодно вышибить из седла, но Вовчик сам был не промах, тем более наполовину бывший офицер. Поэтому переходя на язык противника, вспомнил термины десятилетней давности и сказал:

– Зайчонок, я тебе пол квартплаты после обеда завезу. Нету с собой налички. В офисе оставил.

– Это сущий пустяк. Не отвлекай ценное время на ерунду.

– То есть?
– поразился Босс.

– У нас с тобой много друзей и близких. Они тоже тебя искренне уважают. Я уверена, что тебе будет крайне приятно подарить им по маленькой летучей дощечке. Если, конечно, есть финансовые затруднения, то я помогу. Пусть не все, ну хотя бы часть. Ведь дальше дороже будет. Все говорят.

– И сколько у меня друзей и близких?
– спросил Босс

– Сорок три, - ответила жена.

– Это ты серьезно?

– Минимум восемнадцать. Ну не жадничай, Вовчик. Мы же с тобой не чужие люди. Помнишь, как нам завидовали. Ошиблись, развелись, сглупили. Все поправимо.

Босс понял, что пора линять. Сказал неопределенное "будет день, будет пища" и бочком, бочком в ванную, а потом в свою комнату переодеваться. Комната была небольшой метражом, но предельно функциональной. Книжный стеллаж сработан своими руками еще во времена семейной жизни. Если отодвинуть один блок с книгами, то можно попасть в нишу, где размещался одежный шкаф. По центру книжной стенки был оборудован проем с поворотным столом, на котором во всей красе и полной боевой стоял макет танка Т-72 - особая гордость хозяина комнаты. На противоположной стороне, распятая между полом и потолком, покоилась боксерская груша, а на стене в качестве экспоната висели перчатки. Эти предметы последние пятнадцать лет пребывали в полном покое, хотя, как и все в комнате, содержались в образцовом порядке.

Босс достал из гардероба шорты с накладными карманами и тенниску на выход, надел, осмотрел себя в зеркало, поправил волосы, местами отмеченные сединой. В принципе готов, не на смотрины, небось, собрался. От полтавских котлет с брокколи на гарнир и рюмки-другой вискарика наотрез отказался, отговорился громадьем дел и, завернув вираж, шмыгнул из окошка в просторы июльского неба.

Дорога летела и вилась вдоль леса и поля, через речки и мимо деревушек. Губернаторский мерс скакал по этой дороге, как игривая козочка, а сам губернатор пытался поймать взглядом текст на деловой бумаге, но тщетно.