Чтение онлайн

— Ах ты ж… — достав фонарик, свечу им в салон, прямо туда, где маленькое зачуханное чудовище хрупким тельцем, выгнувшимся в дугу, защищает курицу, которая больше него в размерах раза в два. — Ну морда! — наглая и рыжая.

— Что там? Что случилось? — Вера, схватившись за мое плечо, становится на носочки и заглядывает внутрь.

— Пополнение, — вздохнув, я мысленно прощаюсь с курицей. Тянусь к кошаку, пытаюсь схватить за шкирку, но тот снова фырчит и слабо рычит. Машет лапой, пытаясь меня задеть, но я уже на опыте и быстро убираю руку.

— Это кот? — поднырнув подо мной, Вера ныряет головой в салон. — Ой, привет, сладенький, — говорить мимимишным голоском. — Булочка, ты как тут оказался? — она медленно тянет к нему ладонь.

Я перехватываю. Не хватало еще, чтобы этот заморыш поцарапал ее и наградил какой-нибудь инфекцией. Ладонь зависает в нескольких сантиметрах от кота, и эта мелкая зверюга вместо того, чтобы наброситься на Снегурку, любознательно к ней принюхивается. А потом и вовсе, обнаглев от доброты, трется о кончики ее пальцев.

— Рыжулик, ты испугался, да? — она ласково чухает его за ушами. Кот, прикрыв глаза, сладко урчит.

— Да он охерел. Курицу сожрал.

— Испугался, маленький, — не замечая моих возмущений, продолжает сюсюкать с рыжим недоразумением Вера. — Да ты сладкий рыжик, ой какой мурчалка, — она берет кота, тот послушно и доверчиво льнет к ней, когда Снегурка прижимает его к груди и так же, как оказалась в машине, выбирается из нее, проехав своей пятой точкой прямо по моему лобку.

Член тут же подскакивает, как истинный джентльмен, желая поздороваться и познакомиться поближе. По пояснице прокатывается горячая волна, и я уже почти распускаю лапы — тянусь к Вере, но на полпути сжимаю кулаки и скрещиваю руки на груди.

Рано. Еще слишком рано, майор. Пациент скорее в ахуе, и не поймет моих топорных подкатов.

Мы выпрямляемся, смотрим друг другу в глаза. Рыжее чудовище довольно урчит, обожравшись и отогревшись в руках моей Снегурки. А я уже по одному взгляду на Веру понимаю, о чем она меня сейчас попросит.

— Саш, а можно мы его заберем? — она гладит котенка, тот делает вид, что он самый милый буська в мире. — Пожалуйста, — ну вот снова она это делает! Взгляд такой, что слово «нет» стирается из лексикона. — А потом я увезу его с собой.

— Вер…

— Ты не подумай, я не сумасшедшая кошатница. Просто праздник скоро, и мне кажется, это судьбоносная встреча, понимаешь? — тараторит она, глядя с такой любовью на кота, что я в очередной раз поражаюсь женской способности с первого влюбляться в самых убогих из всех. — Я лет пять решалась завести кота, а тут он, — она чухает пиздюка за ушами и гладит между ними. Тот кайфует, расслабившись в ее руках. Я же медленно обтекаю, потому что, начинаю сдаваться слишком быстро. Поселить незнакомку у себя дома? Запросто. Позволить ей притащить кота? Я двумя руками и одной ногой за. — Я не могу оставить его на улице. Если для тебя это слишком, ты скажи. Я тогда, наверное, попробую вызвать такси и уехать в город.

Вот так, майор, и бывает. Еще вчера ты был одиноким волком, который планировал напиться и забыться в Новый год, а сегодня тебе привалило счастье в виде красавицы-Снегурки и наглого чудовища. И я, конечно же, соглашаюсь подселить и его, потому что «мы заберем».

Как-то все слишком уютно в моей холостяцкой берлоге.

В гостиной возле камина стоит елка, украшенная только гирляндой, но уже так красиво, что игрушки кажутся лишними. На окне еще какая-то мигающая, вроде, Вера назвала ее шторой. Переливается, и сразу так красиво и умиротворенно как-то. Стоило в доме появиться женщине, как он тут же преобразился.

И мне тоже это все вдруг стало очень надо. До этого жил себе спокойно, всего хватало, а теперь сложно и даже неприятно представлять, как дом опустеет и вернется к базовым настройкам.

Кот с круглым от количества съеденной курицы пузом растянулся на диване. Вера его помыла и высушила своим феном, так что малец обживается в доме. К елке, слава богу, остался равнодушен. Я сооружаю нам со Снегуркой мини-ужин: кромсаю бутерброды с красной рыбой и икрой. По телевизору уже идет новогодний огонек или как он там теперь называется. Я пяткой отбиваю ритм и думаю о том, что давно не чувствовал себя таким счастливым.

И пока я плаваю в теплом ощущении, Вера медленно и как-то совсем уж неуверенно появляется в дверях кухни-гостиной.

Меня как магнитом тянет к ней. Повернув голову, застываю с ножом в руке, пялясь на свою Снегурку. Она в бордовом вязаном костюме. Кофта обтягивает полную грудь, выделяет тонкую талию. Юбка красиво очерчивает бедра, а разрез демонстрирует острую коленку и смуглое бедро. Образ завершают комнатные чуни, которые ничуть не портят картинку.

Я сглатываю слюну и прочищаю горло.

— Вер, ты бы предупредила, что будешь такой роскошной, я бы рубашку надел, чтобы хоть немножко соответствовать, — произношу хрипло, дурея от шикарной картинки перед глазами.

— Да это так... — смущается еще сильнее. Щеки становятся соседнего с костюмом оттенка. Она подходит ближе, останавливается в двух шагах от островка, втягивает носом запах соленой рыбы. — Ой, а у меня же гора еды с собой. Давайте достанем из холодильника. Зря везла ее с собой, что ли? Вы, наверное, голодный.

— Ты, — поправляю ее. — Давай на ты, Верунь, м?

— Да как-то неуд... — она прерывается на полуслове, когда встречаемся взглядами. Поджимает губы и сцепляет в замок пальцы. — Ладно. Я постараюсь.

Я тоже постараюсь не рассказывать в ближайшие пару часов, в каких местах я голодный, хотя Вера мой аппетит пробуждает на раз-два, о чем красноречиво напоминает член в штанах. Он вон уже снова таранит головкой молнию, требуя познакомиться поближе с нимфой, поднимающей его по щелчку пальца.

— Я помогу. Скажите... скажи, — исправляется, снова наткнувшись на мой недовольный взгляд, — что нужно делать. Порезать что-то или, может, салат разложить в салатники, разогреть еду.

— Иди сюда.

Откладываю нож и споласкиваю руки. Вытираю их полотенцем. Когда поворачиваюсь, Вера уже стоит в паре шагов от меня. Взгляд сам собой падает в ее декольте. Во рту снова полным-полно слюней. Рефлекс отменный, как у собаки Павлова.

Подхожу вплотную к Снегурке. От нее снова пахнет чем-то вкусным. Вера даже не дышит, когда мы оказываемся в считанных сантиметрах друг от друга. Один вдох — и ее грудь коснется моей. Предвкушение разливается в венах и покалывает кончики пальцев. Мозг барахлит, отказываясь работать и отдавая право управления инстинктам, которые вопят, что мне нужна Снегурка немедленно. Прямо на этой кухне.