Чтение онлайн

— Да?.. — растерянно выдыхаю в его губы. Кончики наших носов встречаются. Я задерживаю дыхание. Тело покалывает, по венам льется кипяток, и становится так жарко, что хочется в срочном порядке снять всю одежду. Желательно, с майора.

— Ты смотри, если мне долго не отвечать, я принимаю решение сам, — его взгляд сверкает. Наши губы едва касаются, но между нами тут же появляются отвратительные сантиметры. Саша отводит волосы от моего лица, заправляет прядь за ухо и поглаживает большим пальцем скулу. Рвано выдыхаю. Ресницы трепещут, а вся я вот-вот сама наброшусь на майора. — И дальше останется только расслабиться и получать удовольствие.

Четыре пальца ложатся на мою шею, а подушечка большого давит на подбородок снизу, вынуждая меня поднять голову. Саша смотрит на меня не мигая. Зрачок расплылся по всей радужке, но меня не пугает тьма, она слишком заманчивая.

Мои ладони опускаются на его грудь, я легонько щупаю упругие мышцы и скольжу вверх, к мощной шее.

— Ммм, значит, выбрала второй вариант? — усмехнувшись, спрашивает майор, и наклоняется, крепче стиснув руку на моей талии.

За окном свистят и бахают салюты. Высыпавшие на улицу люди поздравляют друг друга с наступившим. По телевизору играет новогодняя песня, оттеняя веселой мелодией удары сердца в груди, разносящиеся эхом по каждой клеточке тела.

Наши губы встречаются. Движение осторожное, но я… я слишком перенервничала. А еще я знаю, что люди не занимаются сексом спустя три часа после знакомства. Я не такая. И то, что майор меня спас, не значит, что я должна отблагодарить его подобным образом, даже если сама всего очень сильно хочу.

— А давай посмотрим фейерверк? — отстраняюсь первой, игнорируя фейерверк, вспыхнувший между нами. — Там что-то очень красивое на улице.

Салют, блять.

Сейчас преждевременный залп случится у меня в штанах, потому что нельзя соблазнительно тереться о моего друга и демонстрировать все свои прелести, а после держать дистанцию. Ну в самом деле, какие, нахуй, фейерверки на улице. Между нами так искрит, что мы можем организовать свой, и он будет гораздо приятнее. Но Вера уже собирается, и я, втянув воздух, уговариваю себя еще немного потерпеть.

Жди, и ожидание будет вознаграждено. Давай, майор, это ведь как сидеть в засаде. Всего лишь нужно выждать удобный момент, а дальше все пойдет как по маслу.

Но чем дольше мы с Верой оттягиваем неизбежное, тем сложнее держать себя в руках. Особенно когда они так и тянутся к ее аппетитным выпуклостям.

— Вер, ну куда ты так летишь? — кричу ей вслед, когда Снегурка толкает входную дверь и теряется на улице.

Влезаю в ботинки и иду следом. Куртку набрасываю на ходу.

Нагоняю Веру, когда та останавливается посреди двора и, задрав голову, смотрит, как вспыхивают в небе фейерверки разных мастей. Подхожу со спины и, совсем оборзев, обнимаю ее.

Тоже смотрю на небо, ярко-ярко там. И волшебно, как в детстве. Но сильнее всего меня ведет от Снегурки, которая наконец расслабляется в моих руках. И это уже ни хрена не волшебство, а колдунство какое-то. Иначе свою обсессию я объяснить не могу. Не влюбился же я с первого взгляда?

Мы стоим так, пока залпы не начинают стихать, а крики «С Новым годом!» звучат все реже.

— Красиво, да? — запрокинув голову сильнее, Вера упирается в мою грудь макушкой. Сама смотрит на меня и пьяненько улыбается.

В ее глазах отражаются салюты. Сама она — непомерно счастливая. И я рядом с ней становлюсь такой же. Будто и правда Новогоднее чудо случилось.

— Очень, Верунь, — соглашаюсь и, наклонившись, целую ее в холодный нос. Убираю с ее лица волосы. Такая она куколка, с какого ракурса ни глянь. На мгновение даже задумываюсь, точно ли она настоящая. Сжимаю покрепче, чтобы убедиться наверняка. Сама что ни на есть живая. Ожившая мечта, в которой я не признавался даже самому себе. — Не холодно с голыми ногами-то?

— Немножко свежо, — игриво хмыкает.

— Давай тогда в дом. Быстро! — схватив ее за талию покрепче, разворачиваю в сторону дома и отпускаю.

Вера бежит к лестнице, высоко поднимая колени, чтобы не набрать в ботинки снег. Она звонко хохочет, а после резко тормозит, выставляя в стороны руки.

— С Новым годо-о-о-о-ом! — кричит во все горло. Кто-то даже отвечает ей. — Ура-а-а-а! Юху! — она кружится на месте.

Остановившись, смотрю на нее. Все-таки особенные создания — женщины. Вроде ничего такого не делает, а радость дарит. Даже не только радость — наполняет все вокруг счастьем. И мне рикошетом достается, да так хорошо, что я всерьез задумываюсь поселить у себя Снегурку на ПМЖ. В доме и на члене.

— Вер, а иди-ка ко мне, — прошу, протягивая ей руку.

Снегурка касается указательным пальцем губ, хмурит брови. Склонив набок голову, с серьезным видом изучает меня.

Улыбнувшись так, что сияет весь мой мир, медленно качает головой.

Похуй, не гордый — сам подойду.

Делаю шаг навстречу — Вера отступает. Еще один — та же реакция.

Не готова моя Снегурка к новым тесным контактам. А значит, нужно возвращаться в засаду.

Но так хочется уже из нее вылезти и перейти к более интересной части, чем игра в кошки-мышки.

Жди, майор — напоминаю себе.

Жди, и ожидание будет вознаграждено.

Да хер там! Жди, и так и останешься сидеть у разбитого корыта, так ничего годного и не сделав в жизни.

К тому же, надо быть полным дебилом, чтобы упустить такую сладкую красоту, которая со всех ног летит к дому.

Нагнав Снегурку в два счета, хватаю ее за руку. Она, дернувшись, поворачивается ко мне лицом. Стоит на ступеньку выше, так что мы с ней оказываемся одного роста. Воздух между нами вмиг становится горячим. Пар, вырывающийся изо рта, прячет от меня нежный румянец на щеках Веры.

Мы пялимся друг другу в глаза так, будто наконец встретились спустя лет двадцать разлуки, не меньше. Моторчик в груди сжимается, а после запускается с ускоренной силой, перекачивая по венам легкую радость и острое предвкушение.

Опускаю ладонь на ее талию, прижимаю к себе. Вера ахает, хватается за мои плечи, но не предпринимает никаких попыток сбежать. Будто знает, что не отпущу и все равно возьму свое.

— Саш… — рвано выдыхает, но больше ничего не успевает сказать, потому что я впечатываюсь в ее губы.