Новолуние
Шрифт:
Мысли кружили в бешеном водовороте, и я откинулась на подушки. Смятение и усталость накрывали с головой. Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться, однако с пугающей быстротой провалилась в забытье.
Естественно, на спокойный без сновидений отдых рассчитывать не приходилось. Я опять попала в лес, в котором начались бесплодные поиски.
Скоро стало ясно, что сон не такой, как обычно. Во-первых, в чаще я бродила не по необходимости, а скорее по привычке: чем еще заняться в лесу? Кстати, и лес был совсем иной — с каким-то особенным запахом и светом. Пахло не сырой от дождя землей, а океанской солью. Хотя неба я не видела, судя по золотисто-зеленой листве смыкающихся над головой деревьев, светило яркое солнце.
Это же лес на побережье, рядом с Ла-Пуш! Значит, если я выйду к океану, то увижу солнце!
Я поспешила на слабый плеск волн.
Потом рядом возник Джейкоб — схватил за руку и потащил обратно в чащу.
— Джейкоб, что случилось? — спросила я. Лицо у моего товарища, будто у перепуганного мальчика, а волосы, как прежде, длинные и шелковистые, собраны на затылке в хвост. Он тянул изо всех сил, но я сопротивлялась. Не желаю возвращаться во тьму!
— Беги, Белла, беги! — побелев от страха, шептал Блэк.
Ощущение дежавю было таким сильным, что я чуть не проснулась.
Теперь понятно, почему место показалось знакомым. Я была здесь раньше, тоже во сне. Миллион лет назад, в совершенно другой жизни. Тот сон приснился после нашей первой прогулки с Джейкобом, когда он рассказал, что Эдвард — вампир. Похоже, сегодняшний разговор выкопал его из недр памяти.
Словно со стороны, я стала ждать продолжения того старого сна.
Сейчас из-за деревьев выйдет Эдвард: его кожа будет источать неяркое сияние, а глаза — темную опасность. Прекрасный, как ангел, он улыбнется, обнажая острые клыки…
Впрочем, я забежала вперед, сначала должно случиться кое-что еще.
Блэк отпустил мою руку и, неожиданно забившись в конвульсиях, упал на землю.
— Джейкоб! — закричала я, но было поздно. Вместо парня на земле лежал крупный рыжий волк с черными глазами.
А потом плавный ход сна изменился, как у сошедшего с рельсов поезда.
Это не волк из старого сна, а рыжевато-коричневый гигант, которого неделю назад на лугу я могла коснуться рукой. Настоящее чудище, здоровее любого медведя!
Волк смотрел на меня так пристально, будто хотел что-то сказать, а глаза светились невероятным для дикого зверя умом. Знакомые темно-карие глаза Джейкоба Блэка…
Закричав во все горло, я, естественно, проснулась.
Все, сейчас прибежит Чарли… Зарывшись головой в подушку, я попыталась унять истерику, в которую переросли вопли, и прижалась к тонкому хлопку наволочки: может, она и кошмар заглушит?
Чарли не пришел, значит, судорожные горловые спазмы удалось как-то подавить…
Вспомнилось все: каждое слово Джейкоба, даже присказка к легенде о вампирах, «холодных», как называли их индейцы. Особенно присказка…
— Ты слышала истории про реку Квилет? Наше племя когда-то жило на ее берегах… — задумчиво начал он. — Легенд очень много, в некоторых рассказывается, как во время потопа древние квилеты привязали каноэ к верхушкам самых высоких сосен, чтобы спасти себя и детей. Совсем как Ной! — криво улыбнулся Джейкоб. — В других говорится, что мы якобы произошли от волков. Наше племя до сих пор считает их братьями, и убить волка — преступление. Еще есть истории про «белых», — чуть слышно продолжил Блэк, и я поняла, что он имеет в виду не просто представителей европеоидной расы.
— Про «белых»? — переспросила я с искренним интересом.
— Ну да, их еще называют «холодными». Некоторые рассказы о них очень древние, а некоторые появились недавно. По одной из легенд, мой прапрадедушка был «белым». Он запретил себе подобным появляться на нашей территории.
— Твой прапрадедушка был «белым»? — снова повторила я, рассчитывая на продолжение.
— Да, а еще вождем, как и мой отец. Видишь ли, «белые» — единственные враги волков. Ну, не настоящих волков, а тех, что превращаются в людей, как наши предки. Вы называете их оборотнями.
— У оборотней есть враги?
— Только один.
В горле что-то застряло, не давая дышать. Я попыталась проглотить неприятный комок, но он не двигался. Может, выплюнуть?
— Оборотень! — выпалила я.
Весь мир будто перекосился, сместившись с привычной для меня оси.
Да и что это за мир такой, что за реальность, если древние легенды оживают на улицах провинциальных городов и вступают в схватку с мифическими монстрами? Неужели самые невероятные сказки зиждутся на правде? Неужели в жизни не осталось ничего здравого и нормального и балом правит волшебство?
Я обхватила голову руками: вдруг разорвется?
Где-то в глубине сознания холодный голос рассудка поинтересовался, из-за чего весь сыр-бор. Разве я не смирилась с существованием вампиров давным-давно и без всяких истерик?
«Да, конечно! — хотело ответить сердце. — Но разве одной сказки на человека недостаточно?»
Кроме того, я и секунды не верила, что Эдвард Каллен такой, как все. Так что правда не стала потрясением — он явно был кем-то особенным.
Но Джейкоб… Джейкоб, мой старый друг, единственный человек, с которым удавалось нормально общаться.
Выходит, он даже не человек.
Снова захотелось закричать.
Что это обо мне говорит?
Ответ более чем очевиден: со мной что-то не так. Очень не так… Иначе зачем окружать себя героями фильмов ужасов? Зачем до боли в груди страдать, когда они возвращаются к своим сказочным делам?
В голове все крутилось, вертелось и перестраивалось: то, что еще вчера значило одно, теперь обозначало совсем другое.
Оказывается, секты не было. Никогда не существовало ни секты, ни банды. Компания Джейкоба намного ужаснее и называется «стая».
Стая невероятно огромных разномастных волков прошла по лугу Эдварда…
В следующую секунду у меня началась паника. Рань, судя по часам, несусветная, но я думала не об этом. Мне нужно в Ла-Пуш, скорее, пусть Джейкоб скажет, что я не выжила из ума окончательно.
Натянув попавшиеся под руку вещи (сочетаются или нет, посмотреть не удосужилась), я через две ступеньки скатилась вниз по лестнице и, заворачивая к двери, чуть не налетела на Чарли.
— Ты куда? — спросил папа, удивленный не меньше моего. — Знаешь, сколько времени?