Чтение онлайн

— «Да, точно, домашняя работа могла бы быть хорошей идеей», — Он состроил гримасу, и я подумала, сколько домашних работ он не сделал, чтобы побыть со мной.

— «Да», — согласилась я. — «Мы хотя бы изредка должны вести себе ответственно или Билли с Чарли не будут так спокойно относиться к этому». — Я сделала жест, указывающий на нас как единое целое. Ему понравилось — он засиял.

— «Домашняя работа один раз в неделю?» — предложил он.

— «Возможно будет лучше два», — предложила я, думая о грузе, который собиралась взвалить на себя.

Он наигранно тяжело выдохнул и потянулся к бумажному бакалейному пакету, отложив свои инструменты. Оттуда он вытащил две баночки содовой, открыл одну и вручил ее мне. Он открыл вторую, держа ее церемонно.

— «За ответственность», — он произнес тост. — «Два раза в неделю».

— «И безрассудство во все остальные дни», — подчеркнула я.

Он усмехнулся и чокнулся со мной.

Я вернулась домой позже, чем планировала и обнаружила, что Чарли уже заказал пиццу, не дожидаясь меня. Он не дал мне извиниться.

— «Я вовсе не злюсь на тебя», — заранее уверил он меня, увидев мой виноватый взгляд. — «Как бы то ни было, ты заслуживаешь передышку от готовки и вообще от домашних дел».

Я знала, что он только успокоился, что я веду себя как нормальный человек и не собирался раскачивать лодку.

Прежде чем приступить к своему домашнему заданию, я проверила электронную почту, там было длинное письмо от Рене. Она расспрашивала меня подробности моего предыдущего письма, высланного мною ранее. Поэтому я сразу же написала другое, с исчерпывающим описанием моего дня. Обо всем, кроме мотоциклов. Даже Рене, со всей своей беспечностью, вероятно, встревожится, узнав о них.

Вторник в школе принес с собой свои радости и огорчения. Анжела и Майк готовы были принять меня с распростертыми объятьями, не смотря на мое безобразное поведение за несколько прошедших месяцев. Джесс же была более стойкой. Я задалась вопросом, нужно ли ей формальное письменное извинение за инцидент в Порт-Анджелесе.

Майк был оживленным и болтливым на работе. Как будто он накопил темы для разговоров со мной за весь прошлый семестр, и теперь они лились из него потоком. Я обнаружила, что уже спокойно могу смеяться и улыбаться вместе с ним, хотя и не так легко, как с Джейкобом. В наших с Майком отношениях все шло тихо и мирно, до определенного момента.

Пока я сворачивала рабочий жилет и запихивала его под прилавок, Майк повесил на окно табличку «закрыто».

— «Было весело сегодня», — сказал Майк счастливо.

— «Да», — согласилась я, хотя с большей радостью провела бы это время в гараже.

— «Жалко только, что тебе пришлось так рано уйти из кино на прошлой неделе».

Я немного смутилась от резкого перехода и пожала плечами. — «Наверно я просто страшная трусиха».

— «Я думаю, тебе надо было пойти на кино другого жанра, тогда бы ты на самом деле наслаждалась просмотром», — посоветовал он.

— «О», — пробормотала я, все еще смущенная.

— «Например, в эту пятницу. Со мной. Мы могли бы пойти посмотреть, что-нибудь приятное, без страшилок».

Я закусила губу.

Я совсем не хотела портить отношения с Майком теперь, когда он был одним из тех, кто был готов простить меня за мое сумасшествие. Но это, снова, казалось столь далеким от привычного. Как будто и не было прошлого года. Мне было жаль, что на этот раз у меня нет отговорок про Джесс.

— «Свидание?» — спросила я. Честность была, вероятно, лучшей политикой в данном вопросе. Чтобы покончить с этим.

Он сразу обратил внимание на мою интонацию в голосе, — «Если ты не против. Но это конечно не обязательно должно быть настоящее свидание».

— «Я не хочу свидание», — сказала я медленно, понимая, что это действительно правда. Целый мир казался мне невероятно далеким.

— «Просто как друзья?» — предложил он. Я кивнула. Его ясные синие глаза явно были не согласны с этим. Мне же хотелось верить, что Майк действительно понимает, что мы могли бы на самом деле быть друзьями.

— «Будет весело. Но у меня уже есть планы на эту пятницу, может на следующей неделе?»

— «А чем ты собираешься заняться?» — спросил он, более небрежно чем, я думаю, он хотел бы, чтобы это прозвучало.

— «Домашней работой. У меня… запланированы занятия с другом».

— «О. Хорошо. Может на следующей неделе.»

Он проводил меня к моей машине, менее яркой, чем прежде. Это так ясно напомнило мне мои первые месяцы в Форксе. Я прошла полный цикл и теперь все казалось подобным эху — пустому эху, лишенному обычного интереса.

Следующим вечером, Чарли даже не удивился, увидев как мы с Джейкобом развалились на полу в гостиной, разложив вокруг себя книги. Видимо он и Билли уже обо всем поговорили за нашими спинами.

— «Привет, ребята» — сказал он, и скосил взгляд в сторону кухни. Запах лазаньи, на готовку которой я потратила целый день, пока Джейкоб наблюдал и иногда снимал пробу, аппетитно растекался по комнате; таким образом, я старалась искупить свою вину за пиццу.

Джейкоб остался на обед и захватил тарелку с лазаньей домой, для Билли. Он неохотно добавил еще один год к моему договорному возрасту за то, что я такой замечательный повар.

В пятницу мы снова ковырялись в гараже, а в субботу снова выполнение заданий к школе. Чарли уже совсем уверился в моем здравомыслии и провел весь день на рыбалке с Гарри. Когда он вернулся, мы уже все сделали — чувствуя себя разумными и весьма зрелыми — и смотрели «Гараж-монстр» на канале Дискавери.

— «Наверно мне уже пора», — вздохнул Джейкоб. — «Я думал, что еще не так поздно».

— «О'кей, прекрасно», — заворчала я. — «Я отвезу тебя домой».

— «Завтра возвращайся к работе», — сказала я, как только мы оказались в безопасности в пикапе. — «Когда ты хочешь, чтобы я подъехала?»

В его ответной улыбке было странное волнение. — «Я лучше позвоню тебе сначала, хорошо?»

— «Ну ладно, как скажешь». — Я нахмурилась, задаваясь вопросом, что же такое он затевает. Джейкоб же улыбался во весь рот.

Следующим утром я тщательно убиралась дома, ожидая когда же наконец позвонит Джейкоб и стараясь отвлечься от очередного ночного кошмара. События в нем изменились. Вчера вечером я блуждала в зеленом море папоротника, заполнившего пространство между огромными стволами тсугового дерева. Там больше ничего не было и я потерялась, бесцельно блуждая одна среди этой зелени. Мне хотелось пнуть себя за то глупое путешествие к брошенному дому на прошлой неделе. Я гнала мечту из своего сознания, надеясь, что смогу запереть ее где-нибудь глубоко в себе и она не вырвется снова.