Новолуние
Шрифт:
— «Тоже произошло и с Полом. Тоже самое. Он вообще не дружил с Сэмом. Затем он пропустил несколько недель занятий, а когда вернулся, Сэм, внезапно, завладел всем его вниманием. Я не знаю, что все это значит. Я не могу понять это, и я чувствую, что я имею к этому отношение, потому что Эмбри мой друг и… Сэм смотрит на меня, забавляясь… и…», — Он затих.
— «Ты разговаривал с Билли об этом?» — спросила я. Его ужас передался и мне. По спине побежал холодок.
Теперь на его лице отобразился гнев. — «Да», — он фыркнул. — «Это было бесполезно».
— «Что он сказал?»
На лице Джейкоба отобразился сарказм и он заговорил, передразнивая глубокий голос своего отца. — «Теперь тебе не стоит ни о чем беспокоиться, Джейкоб. Через несколько лет, если ты не… что ж, я объясню позже».
И затем Джейкоб снова заговорил своим голосом, — «Что все это значило? Он пытался сказать, что это простая глупая половая зрелость, при достижении совершеннолетия? Здесь что-то другое. Что-то нехорошее.»
Он кусал нижнюю губу и сжимал кулаки. Он готов был расплакаться.
Я инстинктивно обняла его обеими руками вокруг талии, прижимая лицо к его груди. Он был настолько большим, что я чувствовала ребенком, обнимающим взрослого.
— «О, Джейк, все будет хорошо!» — пообещала я. — «Если станет совсем худо, ты можешь переехать жить к нам с Чарли. Не пугайся, мы что-нибудь придумаем!»
Он застыл на несколько секунд, и затем его длинные руки нерешительно меня обняли. — «Спасибо, Белла». — Его голос был более хриплым, чем обычно.
Мы стояли так некоторое время, и это не напрягало меня; на самом деле, я даже чувствовала себя спокойно. Я давно ничего такого не чувствовала, забыла даже как это, когда кто-то тебя обнимает. Это была дружба. И Джейкоб был очень теплым.
Для меня это было странно, быть близкой к другому человеку так эмоционально, а не физически, хотя, физическая близость была для тоже странной — быть рядом с другим человеком. Это не было моим обычным стилем. Обычно я никогда не прикасалась так к другим людям.
Не к людям.
— «Если ты всегда так будешь реагировать, то я буду почаще расстраиваться», — Голос Джейкоба снова стал легким и нормальным, и его смех загрохотал над моим ухом. Его пальцы мягко и осторожно коснулись моих волос.
Чтож, для меня эта была только дружба.
Я быстро отстранилась, смеясь вместе с ним, но решила оставишь все на своих местах.
— «Сложно поверить, что я старше тебя на два года», — сказала я, подчеркивая слово старше. — «Ты заставляешь меня чувствовать себя карликом», — стоя близко к нему, я действительно должна была вытягивать шею, чтобы видеть его лицо.
— «Ты забываешь, что мне уже под сорок».
— «О, точно».
Он гладил мою голову. — «Ты похожа на маленькую куклу», — подразнил он, — «На фарфоровую куклу».
Я закатила глаза, делая еще один шаг назад. — «Давай не будем начинать разговор про альбиносов».
— «Серьезно, Белла, ты уверенна, что ты не фарфоровая?» — Он протянул свою красновато-коричневую руку к моей. Разница была потрясающая. — «Я никогда не видел кого-нибудь более бледного, чем ты … ну, кроме…» — Он вдруг прервался и я отвела взгляд, стараясь не думать о том, что он хотел сказать.
— «Так мы будем кататься или нет?»
— «Что ж, давай покатаемся!» — согласилась я с большим энтузиазмом, чем полминуты назад. Его не досказанные слова напомнили мне о том, зачем я здесь.
Глава 8. Адреналин
— О’кей, где сцепление?
Я указала на левую рукоятку руля. Отпускать ее было ошибкой. Тяжелый мотоцикл зашатался подо мной, едва не заваливаясь набок. Я снова ухватилась за ручку, пытаясь удержать равновесие.
— Джейкоб, он не стоит ровно, — заныла я.
— Он будет стоять ровно, когда ты поедешь, — обнадежил он. — Теперь, где у тебя тормоз?
— Под моей правой ногой.
— Неправильно.
Он схватил меня за правую руку и посильнее прижал пальцы к переключателю ручного тормоза, прямо над переключателем скоростей.
— Но ты же говорил…
— Вот нужный тормоз. И не тормози сейчас, ножным, будешь делать это позже, когда освоишься.
— По-моему ты что-то недоговариваешь, — подозрительно сказала я. — Разве оба тормоза не важны?
— Забудь о ножном тормозе, договорились? Здесь… — он накрыл ладонью мою руку и прижал тормоз к ручке. — Вот так надо тормозить. Не перепутай. — он еще несколько секунд сжимал мою ладонь.
— Отлично, — согласилась я.
— Газ?
Я зажала правую рукоятку.
— А рычаг переключения скоростей?
Я подтолкнула его левой ногой.
— Очень хорошо. Думаю, ты сейчас свалишься. Теперь тебе надо только заставить его сдвинуться.
— Угу, — невнятно промычала я, боясь сказать еще хоть слово. В животе все странно скрутило и я боялась, что мой голос сорвется. Я перепугалась. Я пыталась себе внушить, что мои страхи беспричинны. Я переживала вещи и похуже. Тогда почему я должна бояться? Я сейчас должна рассмеяться в лицо смерти.
Мой желудок этого не перенесет.
Я уставилась на длинный отрезок грязной дороги, по бокам которой росла густая зеленая трава. Асфальт был влажным и весь в песке. Все же лучше чем слякоть.
— Держи пальцы на сцеплении, — инструктировал меня Джейкоб.
Я сжала пальцы вокруг рукоятки.
— Бэлла, теперь важный момент, — с нажимом сказал Джейкоб, — Не разжимай пальцы, хорошо? Хочу, чтобы ты представила, что держишь настоящую гранату. Чека выдернута и граната у тебя в руках.
Я сжала сильнее.
— Хорошо. Как думаешь, ты сможешь сама тронуться с места?
— Если я уберу ногу, то свалюсь, — сказала я ему сквозь зубы, сжимая пальцы вокруг «живой гранаты».
— О’кей, я помогу тебе. Только не отпускай сцепление.
Он сделал шаг назад, а затем вдруг резко нажал ногой на педаль газа. Раздался рев и мотоцикл завелся, сотрясаясь сильными толчками. Я начала заваливаться набок, но Джейк успел схватить мотоцикл, прежде чем он придавил меня к земле.
— Осторожно! Ты еще держишь сцепление? — спросил он ободряюще.
— Да, — чуть дыша, сказала я.