Чтение онлайн

Тут дверь распахнулась, и в дверях появилась Линдси, ещё одна из моих коллег, весьма и весьма примечательная особа. Примечательна она была не только внешне, миниатюрная, сероглазая блондинка, с оригинальной манерой речи. Я могу запомнить любую информацию и воспроизвести её с точностью до запятой, а Линдси уникальна тем, что может даже самое простое словосочетание произнести так, что становится не понятно абсолютно ничего.

– Доброе утро, Линдси. – поздоровалась я.

– C точки зрения банальной эрудиции невозможно отрицать тенденций парадоксальных иллюзий, так как каждый неадекватный индивидуум имеет свою точку зрения. – набрасывая на вешалку пальто ответила в своей неподражаемой манере Линдси.

– Мне иногда кажется, вы обе даны мне во искупления каких-то, ну о-о-очень тяжких грехов в прошлой жизни. – горестно вздохнула Лора.

– Если рассуждать логически, то, в наш сугубо коммуникативный век, в силу развития концепции ниcyaзмa, каждый индивидуум не может игнорировать тенденцию парадоксальных эмоций и чувственных имитаций. – Ответила Линдси.

– Ой, Лора, перестань, – махнула я рукой переваривая очередную фразу Линдси. – Если честно, то манера выражать свои мысли, таким образом, свойственна Линдси только в определённых жизненных ситуациях. И это, лично меня, держит в тонусе. И, если я правильно уловила минорность интонации, наша Линдси опять в соре с господином Пайтом.

– О чем вы? Если, мужчина не понимает, что смысл жизни не в познании объекта как субъекта, а в

осознании объектом субъекта…

– Он опять забыл про важную дату?! – догадливо воскликнула Лора.

– Да! – всплеснула руками Линдси.

– Что на этот раз? – хмыкнула я.

– Три года назад мы завели Чапика!!! – возопила Линдси.

Чапик, ну, конечно. У Линдси, помимо любви к выражению нестандартными фразами или витиеватыми выражениями своего настроения или недовольства, был ещё мопс Чапик. Великий и ужасный. Я всегда относилась к собакам достаточно лояльно, и в целом положительно, но после знакомства с Чапиком, я изменила своё мнение. Это не пёс, это настоящее разбалованное чудовище. Решение завести Чапика, вернее не именно Чапика, а собаку, супруги Пайт принимали очень ответственно. Прочитали кучу литературы, просмотрели множество пород собак, и даже выбрали подходящую, вот только судьба распорядилась иначе. Зимним промозглым вечером под ноги супругам Пайт выкатилась поскуливающая и повизгивающая корзинка. Откуда она взялась, никто не понял, но, именно в тот момент судьба выдала счастливый билет в жизнь одному собачьему ребёнку.

– Ну конечно, Чапик! – прикрыла глаза ладонью Лора. – Как я сразу не поняла. Так, на сегодня я ухожу в шестую секцию, и, если не случится пожара, потопа, или всего этого одновременно. Меня не трогать до конца дня! – высказалась Лора, и ушла.

Глава 2.

Возвращалась домой поздно. Снег за день намёл сугробы, а вечерние заморозки исправно делали своё дело, превращая подтаявший снег в ледовую скользкую корку. Эх, сейчас бы коньки, а не ботинки. В самый раз. Проходя мимо ресторанчика госпожи Бон, вдохнула запах запечённых с картофелем грибов. Вкусно. Так же вкусно, как жаркое из кролика с овощами, что принёс Майкл в обед, была бы воля госпожи Бон, я бы не только утренние булочки с кофе и обеды получала бы к своему столу. Уж сколько раз она сетовала на мою строгость в еде, но я оставалась непреклонна. В жёлтом свете уличного фонаря, сверкали в тихом танце снежинки, полюбовавшись на этот танец заторопилась домой. Стоило только ступить на крыльцо, как дверь приветливо распахнулась.

– Добрый вечер леди, – поздоровался Сэм, принимая пальто, шапку и шарф.

– Добрый, Сэм, – усаживаясь на банкетку, принялась снимать ботинки.

– Устали леди?

– Да Сэм, сегодня был напряжённый день, – кивнула я.

Работы и правда, было много. Да, графиня Сторн вынуждена работать. Скандал! Моветон! Но даже графини хотят есть, пить, и одевать зимой тёплые вещи. А кроме прочего нужно содержать дом и оплачивать счета.

– Ванна или ужин? – поставил пред выбором Сэм.

– Ох! Давай ванну, я сегодня пообедала прекрасным жарким из кролика, а яблоко могу и позже съесть.

– Ну я так и подумал, – хмыкнул Сэм, и крикнул вглубь дома. – Тина! Ванну!

– Уже всё готово, и не надо так кричать, – тихо выскользнула в холл Тина. – Добрый вечер миледи.

– Добрый, Тина. Добрый. – Улыбнулась я.

– Ох, миледи, да вы вся продрогли! – всплеснула руками Тина. – Пойдёмте скорее! Ну что же вы так миледи?! Ну, зачем? Мы же…

– Тина. Мы не раз это обсуждали. Ты же понимаешь, так надо, – устало отмахнулась я, поднимаясь в свою комнату. – Как же прекрасно, что завтра выходной…

– Да, прекрасно, целая неделя праздников впереди, – сказал Сэм. – Дома, наконец, побудете, отдохнёте и погуляете…

Откинув голову на бортик, наслаждаясь горячей водой, любовалась шапкой, пахнущей лимоном пены, горой, возвышающейся перед носом. Напряжение уходило, а мысли становились вялыми. В голове крутилась фраза Тины, когда она выходила из ванной, после того как принесла бокал подогретого вина: – Сэм настоял. Так что не спорьте миледи! Ох, миледи, уморите вы себя этой работой. Недаром Сэм повторяет, что вы вся в свою прабабку....

Прабабушка… прабабушка была великой женщиной. Умной, сильной, яркой. Единственная женщина некромант, за всю историю. Кто она и откуда, никто не знал. Однажды, старая графиня Сторн, вышла на прогулку, и на краю леса, примыкающего к парку, увидела молодую девушку. В странной одежде, лопочущую на незнакомом языке. Через шесть лет, найдёныш, с блеском окончила Магическую Академию, став единственной женщиной некромантом в истории. Её сила была настолько велика, что ни один блокиратор не смог сдержать её. Они выходили из строя буквально через несколько дней, оставаясь очередным браслетом на запястьях. Закончив Академию, как и все выпускники, она отправилась на практику. Некромант такой силы не должен отсиживаться в столице, решила она, и путём хитрой комбинации отправилась в самое опасное место нашего мира. К Северной Завесе. Она мечтала о приключениях, дальних странах и подвигах, искала ярких впечатлений, а нашла… Молодого, сильного, красивого… и злобного капитана крепости Леона Шепарда, с первого взгляда на неё, заявившего, что не намерен подтирать носы сопливым барышням. Бабуля рассказывала, что в тот момент, она разозлилась не на шутку. Вся наука её покровительницы, графини Сторн, вбиваемая в неё несколько лет, вмиг вылетела из головы. Отчеканив, что насморк не свойственен некромантам, громко хлопнула дверью. Три месяца длилось их противостояние, пока однажды ночью не случился прорыв.

– Меня весь вечер мучили нехорошие предчувствия, и я никак не могла уснуть. – рассказывала прабабушка. – Вышла на стену. Убедиться, что всё в порядке, и проветрить голову. И тут слышу его голос, ехидный такой, сарказм так и сочился. Мол, что это вы леди не спите, никак, на свидание собрались. Неужто, решили обрадовать лейтенанта Броста… Был там один такой, проходу мне не давал. Ты бы знала, Сандра, чего мне стоило не вмазать по его красивой и породистой физиономии… Сдержалась, ласково улыбнулась, и отвечаю, да, а почему бы и нет. Молодой перспективный… а этот смотрит, глазами сверкает, желваки так и ходят. Сказать не успел ничего, ветер, постоянно завывающий на заставе, стих, небо заволокло в один миг… Они посыпались как горох их порванного мешка. Зомби. Этот была страшная ночь. Мы чудом выстояли… почти весь гарнизон погиб. Сэл и Ник, погибли сразу, из тройки некромантов я осталась одна. Они лезли и лезли. Этот дурак капитан пёр в самую гущу… косил монстров пачками, только всё без толку. Завесу, какой бы сильной я не была, в одиночку не закрыть. Я рвала плетения, развеивала в пепел сотни чудовищ, а они не кончались. А потом… потом я увидела, как он пропустил удар, и огромная лапа чудовища пронзает его грудь. Мне казалось, что это мою грудь пронзили, так стало больно. Я закричала… Очнулась на больничной койке. Он сидел рядом. Живой. Злой. Орал на меня, что я безрассудная дура, что чуть не выгорела, что отправляет меня в отставку за профнепригодность… да много чего он тогда орал. А я смотрела на него, и радовалась… радовалась, что жив. Пусть орёт, пусть обзывает, пусть выгоняет, главное жив. Через день, меня чествовали как героиню… В ту ночь, прорыв был ещё в трёх точках… Некромантов монстры убивали первыми… в тех крепостях выжили всего несколько десятков человек. Как рассказал мне глава ковена, благодаря огромному выплеску моей силы, он с тремя магистрами смог закрыть все четыре прорыва. Волна была настолько мощной, что уничтожила всех монстров… меня все поздравляли и хвалили кроме него, а потом я услышала, что он уходит в отставку… возвращается домой… и собирается жениться… Я была глупой и гордой. Пожелала ему удачи… и попросила главу ковена забрать меня с собой, в столицу. Старая графиня, очень радовалась моему приезду, говорила, что это прекрасно, как раз должен приехать её любимый внук. Сколько я уже наслушалась про её внука, словами не передать. Вот только ни разу за столько лет не видела этого неуловимого внучка. И тут он явился, ты просто представить не можешь, каких усилий мне стоило удержать вежливую улыбку на лице, когда графиня, представляя мне своего любимого внука, лорда Клайва Уильяма Леонарда Сторна.

– Прадедушку, – тихо шепнула я.

– Да твоего прадедушку, и моего бывшего командира, капитана Леона Шепарда. Шепард, это девичья фамилия его покойной матери. А он, видите ли, гордый, не стал козырять графским титулом, и фамилией Сторн… думала, прибью его. Леди Сторн всегда безумно переживала за него, и каждый раз вздрагивала, когда приходила почта. Ох, как же я была зла на него! В тот же вечер ворвалась к нему в комнату, и высказала всё, что думаю о его поведении. Назвала его бесчувственным чурбаном, не думающим о родной бабушке, не ценящим её чувств… короче, много наговорила… а он… Он выслушал, молча. И выставил меня из комнаты! Представляешь! Меня! Выставил из комнаты! А на утро, во всех газетах появилась заметка о помолвке и скорой свадьбе графа Сторн, самого завидного жениха столицы. Было так больно, казалось, я умерла во второй раз. Леди Сторн летала как на крыльях, а я.… я не могла больше находиться в их доме… за время учёбы у меня скопилась достаточная сумма денег. Стипендию мне платили хорошую, а тратить её особо некуда было. В Академии кормили и форму выдавали. Да и жалование за службу тоже не тратила. Короче, деньги были. Недолго думая, в тот же день, купила не большой дом в Калле, собрала вещи, написала записку графине, и уехала. А вечером, сидела на чемодане и рыдала в три ручья… так рыдала, что даже не слышала, как открылась дверь моего новоприобретённого дома. Он был весь мокрый… мокрый и очень злой. Не говоря ни слова, схватил меня в охапку, поцеловал. После, взвалил на плечо, перенёс в какой-то старый храм, где нас и обвенчал местный священник. В дом графини мы вернулись мокрые и женатые. Потом, через три недели были, и платье, и гости, и даже священник повторил обряд… Мы были счастливы, очень счастливы. Мой Лео любил меня, несмотря ни на что. Любил безродного найдёныша, с даром некроманта, весьма специфичной внешности.

– Ба, ну что ты! Ты же очень красивая. – возмущалась я.

– О не-е-е-ет, девочка моя. Мы с тобой не вписываемся в каноны красоты… – рассмеялась она. – Леди должна быть лёгкой, невесомой, маленького роста, с белой, почти прозрачной кожей, с тонкой душевной организацией, позволяющей падать в обморок, когда нужно, да и не нужно тоже… короче, явно не мы. Но это и не важно, таким как мы, не нужны каноны. Мы выше этого, помни. Не важно, какой человек снаружи, важно, что внутри. Ланка, вон, красавица писаная, а сама дура дурой…