Чтение онлайн

Разведчик Лэнгли Фредерик, удивительно похожий на Эдвина, в середине 80-х годов приезжал в Ленинград в краткосрочную служебную командировку, тогда по своим собственным документам. В ЦРУ этому не придавали значения и, по-видимому, делали это напрасно в данном случае — его поездка в Советский Союз сыграла известную роль в последних событиях. Она держала в напряжении всех участников — московская резидентура отвечала за отправку «Пролога» из Таллинна в Хельсинки, где готовились к встрече агента в порту, в Лэнгли томились в ожидании сообщений.

Паром «Эстония» прибыл в Хельсинки точно по расписанию, но без «Пролога». Тщательно подготовленная в Лэнгли операция забуксовала. Прошло несколько дней, и «Пролог» объявился в Москве, вышел на контакт с московской резидентурой и сообщил обескураженным американцам, что неожиданно для него самого план сорвался — Роджи Фредерик известен, его взяли под плотное наблюдение. Было непонятно, зачем он появился в Москве и поселился не в здании посольства, где есть помещения для приезжих, а в городской гостинице. Эдвин упрекнул американцев в том, что его подставили под удар, направив в качестве двойника известного КГБ разведчика ЦРУ, ранее приезжавшего в СССР.

Похоже, в Лэнгли поняли, что несколько промахнулись, но не теряли надежды. Эдвин, излив свою обиду на ЦРУ и посетовав на допущенную ошибку, сообщил американцам, что ждет новых предложений и не отказывается продолжить контакт.

Срыв операции по нелегальному вывозу «Пролога» вначале вызвал нервную реакцию американцев. Они потребовали вернуть все документы, предназначенные для перехода границы, на что агент сообщил, что во избежание провала уничтожил их. Прошло еще какое-то время, в Лэнгли тщательно проанализировали материалы дела и весь ход работы с «Прологом» и, по всей вероятности, продолжали верить ему. Последующие действия Лэнгли подтвердили заинтересованность американцев в продолжении работы с агентом. Выполнив все предложенные им условия, резидентура ЦРУ в Москве в феврале 1991 года направила Эдвину тайнописное письмо, в котором выразила готовность к дальнейшему сотрудничеству и предложила провести личную встречу в Москве для обсуждения новых вариантов нелегального выезда из страны. При этом американцы просили «Пролога» заботиться о своей личной безопасности и сообщить больше информации о действиях КГБ против посольства и тех его сотрудников, которых в контрразведке считают разведчиками ЦРУ или подозревают в этом.

Осенью 1991 года, когда в Москве разворачивались бурные и драматические события, смешавшие карты участников операции, новый резидент ЦРУ Дэвид Ролф предпринимает все же шаги по восстановлению связи с «Прологом», но связь с ним теперь прерывается окончательно. В Лэнгли, по-видимому, не остается сомнений, что «Пролог» для американской разведки потерян навсегда…

Пожалуй, настало время сделать пояснение. Эдвин действительно являлся сотрудником «американского» отдела Второго главного управления КГБ, оперативным работником советской контрразведки. Но он действовал не как «инициативник», которого в Лэнгли посчитали человеком, совершающим предательство, а по специальному плану контрразведки, продуманному до мелочей и осуществлявшемуся с целями, которые ставились в КГБ. Оперативная комбинация советской контрразведки носила название «Фантом» и относится к той категории действий, которые в спецслужбах именуют «оперативными играми». Теперь этот термин пользуется широкой известностью, его употребляют в популярной литературе, в газетных сообщениях, в кинофильмах и телепередачах на темы деятельности разведки и контрразведки.

Из истории известны оперативные комбинации контрразведывательной службы молодой Советской Республики по вскрытию и ликвидации планов Антанты, в частности «заговора Локкарта», — операции «Трест» и «Синдикат», направленные на разгром антисоветских эмигрантских организаций, связанных с британской и другими разведками. В них в качестве своеобразной приманки выступали под соответствующей легендой сотрудники и доверенные лица органов государственной безопасности. Наша контрразведка блестяще решала поставленные задачи: перехватила каналы, по которым забрасывалась агентура противника в Россию, выявила и обезвредила большое количество агентов и участников подпольных организаций, вскрыла их связи с иностранными спецслужбами — британской, французской, польской и другими. Контрразведке удалось заманить в Россию лидера «Союза защиты родины и свободы» Бориса Савинкова и английского разведчика Сиднея Рейли. Оперативные игры всегда направлялись на реального противника, ставящего целью удушение России и Советского Союза. Это мощное орудие контрразведка применяла, когда создавалась реальная угроза национальной безопасности страны, — оно позволяло умело вскрывать и пресекать планы грозного противника. Оно же помогало выявлять и громить замыслы и действия спецслужб фашистской Германии во время Великой Отечественной войны. А уже в то время, которое назвали эпохой «холодной войны», оно сыграло важнейшую роль в острейшем противоборстве спецслужб США и СССР.

«Фантом» — слово французское, корнями уходящее к древним грекам: означает «призрак», «причудливое явление». Но все действующие лица, все участники этой операции — реальные, живые люди, сделавшие своей профессией службу в разведке или контрразведке, сопряженную с отвагой и риском, находчивостью и расчетом, хитростью и тем, что специалисты называют дезинформацией противника. Каждый из противников настойчиво шел к своей собственной, цели, сооружая препятствия для другого. Жестокая схватка людских и материальных ресурсов, противостояние интеллектов и идей, бескомпромиссная, безжалостная борьба — все это особенно обострилось в 80-е годы.

В деле «Пролога» у американской разведки было не экстренное желание спасать попавшего в беду агента, а стремление вывезти в Лэнгли источник ценнейшей информации. Тот самый случай, когда и в разведке, и в контрразведке предвкушали удовлетворение, в той и другой по-своему. Но только одной стороне предстояло победить.

План КГБ удался, были успешно решены несколько серьезных оперативных задач. Советская контрразведка установила канал, используемый ЦРУ для вывоза ценных агентов за рубеж. Операция «Фантом» сыграла определенную роль в деле Олдрича Эймса. Когда в 1985–1986 годах в СССР разоблачили нескольких ценных агентов американской разведки, в ЦРУ создали специальную группу по выяснению причин провалов и выявлению возможного источника утечки информации из Лэнгли. Эта группа просуществовала до 1989 года. Так как реальных успехов в поиске «крота» внутри ЦРУ достичь не удалось, а провалы агентов прекратились и приобретенные новые источники в Москве продолжали успешно действовать, руководство Лэнгли приняло решение о расформировании группы.

В КГБ подготовили сотрудника для внедрения в американскую разведку и работы за рубежом. Впрочем, от этой эффектной комбинации на Лубянке на самом последнем этапе отказались, причины в контрразведке до сих пор скрывают.

Судьбы всех участников данной истории сложились впоследствии вполне благополучно. Джек Даунинг — заместитель директора ЦРУ по оперативной работе до лета 1999 года. Майкл Сулик — начальник одного из ведущих подразделений Оперативного директората ЦРУ. Майкл Клайн и Гарри Монтроул работают в центральном аппарате ЦРУ. Эдвин продолжает служить Родине.

Эдвин — офицер первого отдела Второго главного управления КГБ СССР, одного из подразделений советской контрразведки, которое занимало передовые рубежи обороны в противоборстве со спецслужбами США, ежедневно и ежечасно сталкивалось с деятельностью московской резидентуры ЦРУ — главного исполнителя агентурных акций американской разведки на территории нашей страны.

Сегодня понятия «главный противник», «противоборство», «тайные битвы спецслужб» некоторым кажутся анахронизмами. Кое-кто избегает даже называть американскую разведку противником, а между тем противостояние КГБ и ЦРУ — это совсем недавняя история и забывать ее неразумно, как и то, что разведка и контрразведка — антиподы. Щит и меч — очень подходящие определения для службы шпионажа и иностранной разведки. Не случайно изображение щита входит в эмблему наших органов государственной безопасности.

И в Соединенных Штатах, и у нас есть люди, которые, вероятно, по разным причинам, не приемлют разведку и контрразведку, считают их деятельность аморальной и ненужной, требуют низвести их до положения чуть ли не научно-исследовательских учреждений, которые, по существу, бессильны в столкновении с иностранными спецслужбами, в защите национальной безопасности страны. А ведь несомненно, что спецслужбы США, и в первую очередь ЦРУ, вели и ведут широкое наступление на нашу страну.

Абсурдно и неправомерно требовать, чтобы контрразведка отказалась от своей прямой обязанности — препятствовать разведывательной деятельности противной стороны, срывать ее. Нелепо «разоблачать», как пытаются некоторые ретивые критики нашей контрразведки, ее усилия пресекать разведывательно-подрывную деятельность иностранных спецслужб методами агентурной работы и применением оперативно-технических мероприятий. Прицельное применение таких методов, поскольку оно не противоречит законодательству, в отношении действительного противника (а для Советского Союза спецслужбы США были именно таковыми) позволяло успешно осуществлять противоборство с теми подразделениями разведывательного сообщества США, которые нашли крышу и приют в американских дипломатических представительствах в Советском Союзе, выявлять в их составе тщательно законспирированных разведчиков, вскрывать разведывательные операции спецслужб, и в первую очередь ЦРУ. Такие мероприятия контрразведки Советского Союза способствовали в 80-е годы пресечению преступной деятельности американских шпионов — советских граждан Толкачева, Воронцова, Полякова, Поташова, Павлова, Полещука и ряда других.