Новые Кроманьонцы
Шрифт:
А Саймон тем временем забрался на самый верх. Мы разом взревели от радости. Я не понимал для чего это все нужно, я просто не хотел сдохнуть от голода внизу. Но общее напряжение передалось и мне, я искренне радовался, что у Саймона все получилось!
— Вот, — радостно закричал Илия, — давно нужно было выбираться этим путем! Сколько времени в пустую потратили!
Показалась голова Саймона:
— Илия, тут тупик, — сказал он, — дальше пути нет, там стена переходит в купол…
Мы замолчали. Все понимали, что каким бы тяжелым не был подъем, спуск будет намного сложнее. И путь оставался только через пологий спуск. Но добытчики, как я понял, имели с ним негативный опыт.
— Саймон, отдохни! — крикнул Илия. — Спускайся, когда будешь готов.
Саймон молчал. И его не было видно, наверное, набирался сил перед спуском.
— Сукин сын, — негромко выдохнул Илия, глядя куда-то в сторону. Я проследил за его взглядом — Саймон карабкался по стене, перемещаясь горизонтально в сторону выхода. Только помочь мы ему уже ничем не могли: под ним была пропасть. Веревка здорово мешала ему и тащила вниз, дергаясь в такт его движениям. «Сукин сын»? Да я бы умер от страха от одной мысли о таком путешествии. А этот парень и раздумывать не стал!
Саймон уверенно передвигался к выходу, казалось, он делал это каждый день: ни на секунду не задумываясь, он протягивал руку туда, где был выступ, а иногда сразу доставал молоток делал углубление себе сам.
Еще пара рывков, и Саймон уже стоял на вершине пологого склона.
— И-ли-йа! — в несколько слогов крикнул Саймон, чувствовалось, что он ужасно устал и у него сбито дыхание. Но он радостно поднял руки и запрыгал на месте. Ему, наверное, понравилось эхо, и он крикнул: «Том!». «Том-том-том» — отозвалось эхо. «Тим!», — крикнул Саймон, наслаждаясь эхом. «Саймон!»
Илие надоела эта игра.
— Саймон, — крикнул он, — теперь скинь нам веревку.
Саймон кивнул и резко дернул веревку, которая по-прежнему висела над пропастью, в нашу сторону. Не получилось, он дернул ее еще раз… При этом он потерял равновесие, оступился и полетел вниз, несколько раз ударившись о торчащие выступы.
Все произошло очень быстро, и мы не сразу поняли, что это было. Саймон только что стоял у самого выхода, он разговаривал с эхо!.. И его больше нет? А мы, что теперь делать нам? Как нам забраться туда, куда он залез с таким трудом?
Илия первым пришел в себя, схватил фонарь и кинулся к краю пропасти.
— Саймон, — став на колено, крикнул он, — Саймон, ты живой? Саймон, Саймон!..
Близнецы переглянулись, один подошел и положил руку на плечо Илии:
— Саймона больше нет, Илия. Веревки и молотка тоже. Нужно думать, как жить дальше.
Илия тяжело опустился на землю и закрыл лицо руками. Так он сидел несколько мгновений. Я ужасно не хотел возвращаться обратно и считать какие у меня запасы и насколько их хватит. Вся надежда была только на Илию, но он сидел в свой театральной позе и держал паузу, как опытный актер. Но вот он встанет и…
— Мы в заднице, — сказал Илия. — И я не знаю, что нам делать. Пошли вниз, будем решать со всеми вместе.
МИССИЯ
— Сколько тебе осталось? — спросил Илия — На счетчике сколько?
Я не сразу понял вопрос: цифры мелькали перед глазами, я настолько привык к ним, что не обращал на них внимания.
— Четыреста девяносто четыре тысячи семьсот восемьдесят пять, — ответил я.
— Осталось несколько часов, — кивнул Илия. — Ты готов к возвращению?
Я опешил:
— Как, мой срок истекает так быстро?
— Да, — кивнул Илия, — ты свой срок почти отбыл. Ты хочешь вернуться?
— Илия, а какого черта ты меня потащил с собой, если мне всего-то нужно было немного подождать? Зачем ты мне устроил это шоу?
Он пожал плечами:
— Хотел заставить тебя сделать что-нибудь для других. Вдруг понравится?
— Какие другие, ты о чем? Ты сам-то здесь как застрял? У тебя срок в три раза больше моего. Но ты здесь уже намного дольше, он у тебя давно закончился. Почему ты все еще здесь?
— Боюсь, ты меня не поймешь, Пэтрик, — устало сказал Илия. — Это мой выбор, я решил остаться среди этих людей. Знаешь, я рад, что оказался в этом месте и кому-то еще реально нужен. Жизнь она не там, откуда мы пришли. Там ее видимость с игровыми платформами и общением «у себя». Ты пропал для всех своих контактов после суда. Как думаешь, хоть кто-нибудь огорчился, хоть кому-то ты был нужен?
— Илия, мне здесь делать нечего, — твердо сказал я. — Так что даже не проси!
— Я и не думал, Пэтрик. Здесь у нас больше шансов нет. Дело не только в том, что погиб мой друг Саймон. Мы потеряли веревку, без нее будет сложнее спускаться и подниматься к озеру. Мы не можем черпать золото, жидкое оно только в центре. Но молотка больше нет, мы не сможем вырубать его и с краев. Короче, нам нечего предложить на обмен, скоро здесь будет нечего есть. И у нас теперь уже точно нет шансов подняться наверх. Туда, где куча бездельников не знает, чем заняться, перекладывают камни с места на место и молятся на жулика, который ворует наше золото!
У него заходили желваки на обожжённом лице и глаза блеснули холодной ненавистью. И тут я понял, что, если бы план Илии удался, вряд ли бы дело окончилось простой договоренностью верха с низом! Настроен он был точно не на переговоры.
Илия перехватил мой взгляд и усмехнулся.
— Пусть живут и молятся своему богу, у нас сейчас другие проблемы. Пэтрик, когда твой счетчик выйдет на ноль, система спросит готов ли ты вернуться. Просто ответь, что готов.
— Ну, а дальше?
— А дальше ты должен обязательно поговорить с Илоном.
— Кто это, как мне его найти?
— Ты его знаешь, это Корбен Даллас. Но это его новое имя, у него всегда было странное чувство юмора. Так вот, расскажи ему все. Как мы здесь выживаем без еды, инструмента и медицины. Если мы преступили когда-то закон, то он трижды преступник, когда заставляет нас жить и умирать здесь в таких условиях. Скажи ему это. Еще скажи, что мы не просим о милости, мы готовы за все платить, золота у нас много. И пусть знает: если помощи не будет, мы все здесь погибнем. И это будет на его совести.
КОРБЕН ДАЛЛАС
«Пэтрик О’Доэрти, — услышал я механический голос системы, — ваш срок тюремного заключения полностью закрыт, вы можете вернуться в комьюнити «New Cro-Magnon» для полного снятия всех ограничений, наложенных на вас настоящим приговором. Вы готовы к возвращению?»
«Да, — ответил я, — готов».
«Даю обратный отсчет, — тут же отреагировала система, — приготовьтесь к перемещению. ДЕСЯТЬ! ДЕВЯТЬ!..»
На счет «НОЛЬ» я вновь оказался в бурном потоке информации, и он быстро вытеснил весь тот мир, которым я жил все последнее время.