Чтение онлайн

Он был симпатичен Пискушу в отличие от его жены. «Если он её терпит, значит, очень любит» – подумал Пискуш.

Несмотря на заверение Крсарии больше не появляться в доме Пискуша, чета Мышбильдорнов всё же удостоила его своим визитом на Рождество, когда Пискуш разослал приглашения своим собратьям – соседям и церковным мышам. Не обошёл он своим вниманием и Мышбильдорнов. Гости, как всегда, наслаждались угощением, вели беседы, дети, получив рождественские подарки, веселились от души, когда один из гостей заметил на стене портрет Ксарии.

– Какое поразительное сходство! – воскликнул он. – Пискуш, ты – прирождённый талант!

В этот момент Крсария неестественно улыбнулась, но промолчала, гости одобрительно кивали, хвалили талант Пискуша. Огрыз, не зная, как на всё это реагировать, тоже кивал. После этого дня Пискуш больше их не встречал.

Глава 9

«НАСТОЯЩАЯ ОХОТА НАЧИНАЕТСЯ!»

– Пап, мам! Сегодня у меня очень важный день! Я иду помочь другу.

Пискуш стоял перед портретом своих родителей, который нарисовал ещё до того, как папу прихлопнула мышеловка бабы Зины, а маму поймал дворовый бездомный кот (так ему рассказали соседские мыши). Потеряв в детстве родителей, ему рано пришлось стать самостоятельным. Пискуш увидел, как они улыбнулись. Он чувствовал, что они рядом, поддерживают и гордятся им.

– Сегодня первый раз в жизни меня поймает кот! – радостно заявил он.

Пискуш отвернулся от портрета, почувствовав, как их морды исказились от ужаса. Они открыли рот, что-то ему кричали и махали лапами.

– И не надо так волноваться! Кот Тимоха – это и есть мой друг, которому я собираюсь помочь! – Пискуш всё ещё не поворачивался к портрету. – Между прочим, он меня от смерти спас, когда меня чуть не сожрал петух Яшка.

Пискуш вновь посмотрел на портрет. Теперь он видел, как жутко взволнованные родители говорят: «Спас, чтоб самому и сожрать!»

– Нет, он не такой! Он мог поймать меня в первый же день, когда я поверил его слову, которое он мне дал – защищать друга, то есть меня. И он защищал! – Пискуш сел на кровать. – Простите, но таким уж я уродился и уже не изменюсь. Лучше пожелайте мне удачи! – Пискуш снова взглянул на портрет. Глаза родителей излучали любовь. – Спасибо! Я вас тоже очень люблю!

Внизу послышались шаги. Тимоха понял, что пришёл дед Зуич. Куда девать план Пискуша? Нельзя с ним спускаться вниз. Тимоха оглядел мансарду. Он не находил более надёжного места, чем кровать деда Зуича, вернее место под матрацем. Просунув лапу с планом как можно дальше, чуть ли не на середину кровати, он поправил одеяло и начал тихо спускаться с лестницы. Его внезапно остановил разговор деда Зуича и Яшки.

– Я всё-таки не понимаю, почему бы не поставить парочку мышеловок? Тимоха был домашним котом, он совсем не приучен ловить мышей, – настаивал Яшка. – Он всегда жил на всём готовом. Вдруг он не сможет поймать мышь? Что тогда? Пусть себе живёт эта мышь под полом, разводит потомство, а затем портит все наши запасы? В конце концов, поймать мышь могу я сам. – Яшка важно ходил за дедом Зуичем и внушал ему свою значимость в хозяйстве и в доме в целом.

Его идеи изловить мышь и отомстить тем самым Тимохе, встречались Зуичем без особого интереса. И Яшка никак не мог понять причину такому бездействию.

– Каждый, Яшка, должен заниматься своим делом, которое у него на роду написано. Вот у тебя написано, что ты должен кукарекать по утрам с восходом солнца, помогать мне доставать червяков из земли, когда я копаю перед рыбалкой и перебрать зерно, которое я сейчас тебе дам. – Зуич улыбнулся, увидев, как Яшка внимательно его слушал, а под конец заморгал глазами.

– Про червяков и зерно тоже на роду написано? – изумился Яшка.

– Написано, не написано. Какая разница? – усмехнулся в усы Зуич. – Вот у Тимохи написано, что он должен мышей ловить!

– А ты, дед Зуич, откуда знаешь, что кому написано? – робко спросил Яшка.

– Я, Яшка, много чего знаю! Даже гораздо больше, чем ты думаешь, чем думает большинство людей. – Зуич призадумался. Яшка тоже.

– Кстати, – прервал Зуич свои мысли, – ты Тимоху не видел? Куда он подевался?

– Видел! Он за баню какое-то письмо потащил. У тебя, дед Зуич, никакие письма не пропадали? – Яшка вопросительно глянул на Зуича.

– Письмо? – удивился Зуич. – Нет, ничего такого у меня не было. – Зуич снова задумался. – Пойду, посмотрю, вдруг, и вправду что-то важное!

Подыгрывая Яшке, Зуич вышел из дома, но к бане не пошёл. Он завернул к погребу и посмотрел на вход в норку Пискуша. Рядом валялся скелет от рыбёшки.

– Молодец, Тимоха, ты двигаешься в правильном направлении, – довольно произнёс Зуич.

Пока Яшка перебирал зерно из одной миски в другую, Тимоха тихонько спустился с лестницы, обогнул печку и запрыгнул на лежанку. Теперь оттуда ему было очень удобно наблюдать. Дед Зуич вошёл в дом.

– Нет его за баней, убежал, поди, – сообщил Зуич.

– Ещё бы! Зачем ему эти мыши, когда еда всегда под носом? – проворчал Яшка.

– Это мы ещё посмотрим, зачем! – Тимоха спрыгнул с печки, потянулся, будто бы всё это время там спал, подбежал к миске с водой.

– Скажи, Тимофей, ты, случайно, не видел моё письмо? Никак не могу его найти? – спросил Зуич, с любопытством наблюдая за Тимохой.

Он заранее знал ответ на свой вопрос, но всё же решил проверить, о каком письме толкует Яшка, и что на это ответит Тимка.

– Какое письмо? Я чужие письма не читаю! – Тимоха немного заволновался, но это не помешало ему незаметно оскалиться в сторону Яшки. Яшка же, не придавая этому значения, продолжил:

– Как интересно! Значит, ты только свои читаешь? А где ты читать научился?

– Меня Борька научил. Сын моих прежних хозяев. Он меня многому научил, не только читать, – ответил Тимоха.

– А ты ему за это советы давал, так, Тимоха? – улыбнулся Зуич.

– Я его любил, – вздохнул Тимоха. На него нахлынули воспоминания. – Он мне читал разные интересные книжки, показывал буквы и учил. Я запоминал. А когда научился самостоятельно читать слова, он клал на стол в своей комнате для меня книжку, чтобы я мог перелистывать страницы, а сам убегал с соседскими мальчишками играть в футбол.

Тимоха запрыгнул на сундук и устроился так, чтоб удобней было наблюдать за печкой. Он ждал Пискуша. Услышав шорох, а за ним тихий писк, он спрыгнул с сундука и крадучись подошёл к печке. «Пора», – подумал Тимоха. «Пора», – подумал Пискуш.

Пискуш высунул мордочку из-за печки, Тимоха приготовился. Пискуш кивнул ему и быстро побежал в сторону открытой на веранду двери. Тимоха издал кошачий вопль, в два прыжка настиг мышонка, схватил лапами и придавил слегка пастью. Незаметно разжав пасть, он прошептал: