Чтение онлайн

Группы в составе десятков Ю-87 наносили внезапный удар по «спящим» аэродромам и этим ударом очищали для себя небо… Ю-87 господствовали в небе Польши, Норвегии, Франции:

Весной 1941 года — Югославия и Греция. Ю-87 наносят внезапный удар, и вновь они успешны и любимы. В мае — удар по Криту. Тут британские войска, но удар получился внезапным, и Ю-87 вновь — символ «блицкрига», успеха и победы. В июне — внезапный удар по советским аэродромам (выделено мной. — В.В.)». («День М». Гл. 11.)

Вроде бы и Су-2 предназначался для того же: «…его возможности по нанесению внезапных ударов по аэродромам резко превосходили все то, что было на вооружении любой другой страны». («День М». Гл. 3.) Но вспомните, что до начала войны планировалось выпустить всего несколько сот Су-2, причем «эти первые несколько сот можно использовать в первом ударе, особенно на второстепенных направлениях или вслед за самолетами с более высокими характеристиками (выделено мной. — В.В.)». («День М». Гл. 11.) Странная картина получается, самолет проектируется для внезапного удара по аэродромам противника, для завоевания господства в воздухе, но основную серию планируется запустить после достижения этого господства, а выпущенную до этого небольшую партию собираются использовать на второстепенных направлениях и вслед за более совершенными самолетами.

Копаем дальше. Все в той же главе В. Суворов пишет: «У Гитлера на Восточном фронте на 22 июня было 290 Ю-87, у Сталина — 249 Ил-2 и более 80 °Cу-2. Кроме того, советские истребители всех типов, от И-15 до Миг-3, вооружались реактивными снарядами для участия в первом ударе по «спящим» аэродромам. Для первого удара подходили и те самолеты, которые коммунисты называют устаревшими, например, истребитель И-16 по огневой мощи в два-три раза превосходил любой истребитель противника и был бронирован. Он имел превосходную маневренность, а скорость рекордная при ударе по аэродромам не нужна. Количество одних только И-16 на советских западных приграничных аэродромах больше, чем германских самолетов всех типов, вместе взятых». («День М». Гл. 11.)

Теперь спросим себя, зачем Сталину 150 тысяч Су-2, если имевшихся у него на 21 июня 1941 года самолетов с лихвой хватало для уничтожения авиации противника внезапным ударом по аэродромам? Получается, сначала уничтожаем авиацию противника, а потом выпускаем самолеты, которые для этого предназначены. Где логика?

Следующая неясность в истории «крылатого шакала» заключается в том, что Сталину и не нужно было отдавать приказ о начале его производства. Ему даже не нужно было давать команду спроектировать такой «самолет чистого неба», потому как он у него давным-давно был. Что же это за таинственный самолет?

У-2, более известный как По-2.

Представьте такую картину: глубокой ночью немецкие пограничники вдруг слышат на сопредельной территории какое-то тарахтение. Оно постепенно усиливается, все небо заполняется этим странным звуком. Пограничники начинают волноваться, собираются звонить начальству, но тут звук резко обрывается. Немцы успокаиваются, и совершенно напрасно. Потому как это тысячи, десятки тысяч У-2, набрав необходимую высоту, выключили моторы и начали планировать в направлении «спящих» немецких аэродромов!

А на аэродромах все спокойно, так что когда «в лучах восходящего солнца» над ними совершенно бесшумно возникает армада У-2, там еще никто и не думал просыпаться. И через полчаса «над аэродромами черными столбами дым. Эти черные столбы — ориентир для советских самолетов, которые идут волна за волной». («Ледокол». Гл. 33.)

Фантастика, скажете вы? Но давайте вспомним, что У-2 всю войну использовался в качестве легкого НОЧНОГО бомбардировщика. Стало быть, такая работа ему по плечу. Бомбовая нагрузка У-2 была ненамного меньше, чем Су-2 (300 кг против 400), мала была скорость, но при внезапном ночном налете на выдвинутые почти к границе аэродромы противника она и не важна.

Теперь самое главное: к июню 1941 года У-2 выпускался в нескольких вариантах (учебный, санитарный, сельскохозяйственный), но военного варианта среди них не было. Значит, запустив серию из 100–150 тысяч таких самолетов, Сталин никого бы не переполошил. Выпущенные самолеты отправлялись бы в народное хозяйство, например, опылять чем-нибудь колхозные поля. Причем летчики, занимаясь полезным делом, одновременно отрабатывали бы те действия, которые потребовались бы им на войне — взлететь, добраться до нужного поля и высыпать на него свой груз, стараясь распределить его равномерно.

Но и это еще не все: У-2 можно было использовать и для воздушных десантов! В санитарном варианте за кабинами летчика и штурмана располагался отсек, в который помешались носилки с больным. В этот же отсек можно было поместить парашютиста, а то и двух (в тесноте, да не в обиде), еще одного посадить на место штурмана. В условиях полного господства в воздухе (достигнутого внезапным ударом по аэродромам) армады У-2 могли добраться до любой точки безнаказанно. Ну а после высадки десанта те же У-2 снабжали бы его всем необходимым.

У-2 был запущен в производство аж в 1928 году, так что к 1941-му можно было без особого напряжения построить (никого при этом не напугав) не 100–150 тысяч, а гораздо больше. Причем можно было не опасаться, что самолет морально устареет (У-2 выпускался до 1952 года).

Теперь модернизируем высказывание В. Суворова: «…поэтому была только одна возможность использовать У-2 в войне — напасть первыми на противника и нейтрализовать его авиацию. Без этого применять беззащитные У-2 невозможно. Вот почему решение о выпуске минимум СТА ТЫСЯЧ легких ночных бомбардировщиков У-2 было равносильно решению НАЧИНАТЬ ВОЙНУ ВНЕЗАПНЫМ УДАРОМ ПО АЭРОДРОМАМ ПРОТИВНИКА». И можно делать вывод, что раз такого решения принято не было, никто не собирался начинать войну «внезапным ударом по аэродромам противника».

Впрочем, нужды запускать такую фантастическую серию и не было. К лету 1941 года в СССР имелось около десяти тысяч У-2, так что достаточно было «призвать в армию» самолеты вместе с пилотами, установить на них бомбосбрасыватели, собрать все самолеты на приграничных аэродромах, и — трепещи, Германия! Опять же можно делать вывод, раз летом 1941 года не наблюдалось массовое изъятие У-2 из народного хозяйства и сосредоточение их на приграничных аэродромах, значит… Смотрите выше.

Ладно, эту историю я привел только для того, чтобы стало понятно: для удара по «спящим» аэродромам не нужно создавать какой-то специальный самолет. Подойдет любой из существующих, главное — чтобы самолетов этих было побольше. Да и нет смысла делать самолет «разового применения». Ведь удар по «спящим» аэродромам можно провести только один раз, потом аэродромы или перестанут существовать, или «проснутся». Значит, нужно как минимум заранее предусмотреть, как мы будем использовать «самолеты внезапного удара» после того, как они устроят себе чистое небо.