Чтение онлайн

Человек в маске, тем временем, продолжал:

— В наших руках — второй по мощности источник энергии в Гигаполисе, неумелое обращение с которым может привести к разрушительным последствиям планетарного масштаба. Мы не хотим этого. И мы не будем этому способствовать. Однако мы не можем ручаться за то, что предпримут власти. Если они окажутся настолько безумны, что попытаются штурмовать Бокс Хэд, либо же применят силу к кому-либо из мирных демонстрантов, находящихся сейчас на улицах — а это, как показывает история, излюбленный способ решения проблем в арсенале у «гуманиста» Патриджа — один Бог знает, что произойдет с этой конструкцией, и со всем городом.

Террорист сделал паузу, чтобы все смогли осознать смысл сказанного.

— От имени Фримэна, нашего лидера, я хотел бы заверить, что наша акция не направлена против простых граждан. Во время нашей атаки на станцию погибли только вооруженные сотрудники охраны, отказавшиеся сложить оружие — они сами сделали свой выбор. Весь персонал станции сейчас продолжает выполнять свою работу, находясь под нашей защитой…

Речь представителя террористов, которую воспроизводили уже несколько раз, прервалась для того, чтобы слово снова перешло к ведущей выпуска новостей.

— Для тех, кто только что присоединился к нам, я хотела бы еще раз сообщить — судя по информации, которую мы получаем из самых разных источников, примерно три — четыре часа назад группа террористов, называющих себя отрядом Сопротивления, осуществила атаку на станцию Бокс Хэд, которая специализируется на производстве термоядерной энергии. По разным данным, в атаке участвовали от 30 до 50 или даже до 100 боевиков. От источника в полиции мы получили информацию о гибели 17 сотрудников станции, главным образом сотрудников службы охраны. Также, вероятно, при атаке погибло несколько боевиков. Около 300 сотрудников, похоже, находятся в заложниках…

Я изумлённо покачал головой. Происходящее напоминало страшный сон.

— Событие в Бокс Хэд всколыхнуло и без того сложную ситуацию в Сиднее, доведя градус напряжения до запредельных высот. Похоже, уже никто из экспертов не берется судить, что же будет дальше — все лишь наблюдают, с тревогой и страхом, за развитием событий. У нас на линии Дерек Сингх, с площади Содружества. Дерек, есть ли понимание того, как повлияет на ситуацию инцидент в Бокс Хэд?

— Спасибо, Лиз. Конечно же, все уже знают о Бокс Хэд. Прямо сейчас слышу, как многие вокруг обсуждают это, разгораются очень жаркие споры. Люди шокированы, многие напуганы. Кое-кто, как можно видеть, ушел с площади. Ряды людей поредели. Но больше половины демонстрантов остаются на месте. Среди них бытуют скепсис и недоверие. Я слышу, как вокруг называют этот инцидент «провокацией властей» и предрекают, что ее используют как повод для силовых действий против мирных демонстрантов. Много говорят о каких-то движениях в рядах полиции, о якобы готовящемся силовом разгоне. Волонтёры прямо сейчас готовят людей к возможному применению слезоточивого газа и светошумовых гранат, просят забрать с площади детей и людей со слабым здоровьем…

— Спасибо тебе, Дерек!

Картинка мелькала на экране очень быстро. Вполне прогнозируемо на дисплее появилось толстощекое, покрасневшее лицо верховного комиссара Макнамары, руководителя Сиднейского полицейского департамента.

— Тише! Тише, я говорю! Никаких вопросов! Только краткое объявление! — густым басом объявил он, перекрыв хор голосов журналистов, битком набивших зал, где проходила пресс-конференция. — Итак, я подтверждаю информацию о том, что станция Бокс Хэд сегодня подверглась атаке террористов.

По толпе журналистов пронесся возбужденный гул.

— Спокойно! Спокойно! Им удалось захватить несколько зданий на территории комплекса и взять в заложники некоторых сотрудников. Однако террористы, я подчеркиваю это, не имеют доступа к управлению токамаком и к жизненно важным системам, повреждение которых может вывести реактор из строя. Они не способны нанести любой вред реактору или как-либо нарушить его работу. Любые заявления об ином — это блеф.

— Ну конечно, — пробормотал иронично кто-то из журналистов.

— Я еще раз подчеркиваю: нет ни малейшего риска термоядерной аварии. Не идет речь, повторяю, не идет речь об эвакуации людей. Я призываю вас, коллеги, быть ответственным, ни в коем случае не нагнетать истерию. Паника на улицах города, хаос, перегрев и обрушение информационных систем, тотальный транспортный коллапс — это и есть истинная цель террористов.

— А если бы дело обстояло иначе — вы бы нам так и сказали?! — нагло выкрикнул кто-то из толпы, но на него тут же зашикали остальные.

— Я скажу вам так. Моя жена и двое детей сейчас дома, в Грин-парк, в 5 милях от токамака. Можете поехать туда и посмотреть. Если хотите — поезжайте домой к госпоже мэру и увидите, что у нее во дворе играют ее дети. И это не самопожертвование. Я абсолютно убеждён, что опасности нет. Это абсолютно уверенно подтвердили нам очень квалифицированные эксперты, заключения которых уже готовятся к публикации. И подтвердят любые другие, у которых вы это спросите, если они не шарлатаны и не идиоты. Токмак строился из расчета на то, чтобы выдержать любую опасность. Вам напомнить, как в 90-ом Сидней обстреливали евразийские ракеты? Поверьте мне, враг был бы счастлив одним махом уничтожить наш город. Но им это не удалось. И уж тем более нет никаких шансов сделать это у шайки террористов, психопатов, обыкновенных аматоров.

— Но ведь эти аматоры захватили станцию! Как им это удалось?!

— Это была оплошность кого-то из охраны? Кто-то понесет ответственность?!

— Есть ли подробности о заложниках?!

— А что вы можете?!

— Тихо! Тихо! Количество и имена заложников, а также информацию о погибших во время нападения я не готов пока подтвердить. Каких-либо подробностей о нападавших, их количестве, оснащении и лидерах я тоже не стану сообщать — из оперативно-тактических соображений. Могу лишь заверить, что нам известно о них все, что требуется. И уверяю, что Силы быстрого реагирования, включая отряд «Стражи», находятся в полной боевой готовности и абсолютно готовы устранить террористическую угрозу. Необходимые действия будут предприняты так скоро, как это станет возможно без опасности для жизни и здоровья заложников. Люди являются для нас безусловным приоритетом.

Начальник полиции сделал паузу и крякнул, прежде чем сказать следующее:

— В связи с экстремальным уровнем террористической угрозы, чтобы избежать распространения паники и обезопасить людей от других возможных террористических акций, городской мэрией и полицией было принято совместное решение, и я уверен, что все здравомыслящие жители города его поддержат — о временном ужесточении запрета на массовые акции.

В рядах корреспондентов раздался ропот.

— Как неожиданно! — прокричал кто-то из корреспондентов оппозиционного толка.

— До сегодня, по личной просьбе мэра, полиция соблюдала запредельный уровень толерантности к участникам тех митингов и шествий, которые организовывались различными политическими силами и движениями, хотя большинство из них не были надлежащим образом санкционированы. Этот уровень толерантности будет всецело сохранен до 3:00 после полудня. Оставшегося времени вполне достаточно, чтобы люди смогли спокойно разойтись по домам. Какого бы уважения в демократическом обществе не заслуживало право людей на выражение своих взглядов, это право не может использоваться во вред безопасности жителей нашего города…