Чтение онлайн

Я замер, крепко сжав руку Лауры. И в тот же миг эти двое, до которых мы не дошли всего шагов двадцать, начали действовать. Стаканы с кофе полетели на пол, а руки — чрезвычайно проворно потянулись к оружию за пазухой.

— Осторожно! — предостерегающе вскричала охранница по имени Кэрол, сбив с ног ничего еще не понявшую Лауру и прижав ее к земле, прикрывая своим телом.

Ее коллега Сэм выхватил свой пистолет с ловкостью опытного профессионала — но двое «прохожих» оказались еще быстрее. Я вздрогнул от оглушительно громкого хлопка, характерного для выстрела из гиперзвукового оружия — и увидел, как телохранитель падает. Легкий бронежилет у него на туловище был для пули, летящей в пять раз быстрее скорости звука, не большей преградой, чем кусок картона.

Чванливая публика, чинно передвигавшаяся по платформе, разразилась криками ужаса. Самые расторопные повалились на землю, остальные — остолбенели или стремглав побежали куда-то. Дамочка в длинном вечернем платье с истошным воплем выронила из рук декоративную собачку.

Кэрол, грубо толкая Лауру в сторону паркомата, за которым можно было найти хоть какое-то укрытие, не глядя, сделала пару неприцельных выстрелов выше голов нападавших. Азиат, перекувыркнувшись, выстрелил с бедра в ответ — и гиперзвуковая пуля, промахнувшись всего на пару дюймов, со звоном пробила паркомат, словно жестянку.

— А ну-стоять! Не двигайся, сука! — услышал я угрожающий крик латиноамериканца.

Пистолет в его руках был направлен прямо на меня. Это был «Hyper-10», самая компактная в мире гиперзвуковая пушка, одно из излюбленных видов оружия у «черных беретов» из «Бразилиа Трупс». Пули, разогнанные с помощью плазменного капсюля до скорости 2500 м/с, способны были пробить бетонную стену метровой толщины. Телохранитель, который лежал на асфальте, не двигаясь, и истекал кровью, красноречиво демонстрировал, что нападавший умел пользоваться этим оружием и не собирался шутить.

Судя по расширенному зрачку его единственного человеческого глаза и скорости рефлексов, в его крови был боевой стимулятор. На правом запястье я приметил татуировку в виде скалящегося ярко-красного черепа — знака отряда «охотников за головами» из эскадрона «Сатана». Любые сомнения в случайности его сходства с Тайсоном Блэком исчезли.

— Попробуй только рыпнись, сука! — взревел он, подскакивая ко мне. — Попробуй рыпнись — и я тебе сразу мозги вышибу!

— Спокойней, дружище, — подняв руки вверх, прошептал я. — Давай не будем нервничать…

Я еще не успел решить, стоит ли попробовать выбить у него оружие, когда он приблизится ко мне впритык, как он начал действовать первым — ударил меня стволом пистолета в лицо с такой невероятной скоростью, что я не успел среагировать. Пока в глазах ходили звездочки, у меня уже выбили из руки трость, заломили сзади и приставили дуло пистолета к затылку.

— Попробуй только рыпнись, говнюк! — прорычал он мне на ухо злобно, обдав несвежим дыханием, толкая меня вперед, в сторону воздушного такси, пилот которого, как теперь стало ясно, был их сообщником.

— Дима! Нет! — в ужасе кричала Лаура, которую Кэрол уже запихнула за паркомат.

Обернувшись, я увидел, что телохранительница по-прежнему прочно удерживает ее прижатой к асфальту за паркоматом, и бегло отстреливается от нападавшего, опасаясь стрелять прицельно из-за обилия людей на платформе. Азиат, медленно отступая к челноку, ответил ей одиночным выстрелом, который просвистел у нее прямо над ухом, заставив затаиться в укрытии. Затем — сделал, для острастки, выстрел в сторону лобби, где мелькали силуэты охранников отеля. Оттуда послышался звон стекла и новый взрыв криков.

— Дима! — продолжала орать Лаура.

— Не делай никаких глупостей, Лори! — сдавленно прорычал я в ответ, борясь со звездочками перед глазами и неровным сердечным ритмом, которые были следствием удара током с силой не меньше двадцати ватт. — Будь в безопасности, я сам о себе позабочусь!

— Не-е-е-т! — затих вдали ее дикий крик.

Латиноамериканец грубо затолкал меня в пассажирский отсек челнока и прыгнул следом сам, для верности еще раз заехав стволом пистолета в висок, так что картинка перед глазами заходила ходуном. Азиат, продолжая наставлять пистолет в сторону паркомата, за которым скрывалась телохранительница, нырнул в челнок следом за своим напарником.

— Действуй! — велел ему напарник, едва тот захлопнул дверь.

Я заметил, как азиат спрятал пистолет и запустил руку за пазуху, откуда достал маленький шприц, заряженный каким-то веществом — скорее всего, предназначенным мне. Латиноамериканец двинул меня по голове локтем, не давая очухаться, и, не переставая удерживать пистолет у моей головы, возбужденно постучал по перегородке между пассажирским отсеком и кабиной управления, и велел пилоту:

— Гони!

Пилот, судя по всему, был не так хладнокровен, как они, и давно уже ждал этого приказа, держа руку на рычаге управления. Не успел наемник с глазным имплантатом произнести эту фразу, как воздушный транспорт резко спикировал вниз, заставив всех, кто был на заднем сиденье, подпрыгнуть и на секунду потерять ориентацию в пространстве.

Это был момент, который нельзя было упустить, если я еще надеялся выжить.

Я отвел от себя ствол пистолета в руке у похитителя ровно за миллисекунду до того, как тренированный боец рефлекторно спустил курок — и пуля, подсмалив мне волосы, пробила дверцу, впустив в салон порыв воздуха. Я отчаянно впился в руку зубами, пытаясь заставить его выронить пистолет — но тот удерживал его с маниакальным упрямством.

— Ах ты ублюдок! — со всей силы (которая оказалась немалой) колотя меня локтем другой руки, взревел тот. — Да успокой ты его скорее!

Пока я боролся с латиноамериканцем, азиат, преодолевая тряску, одной рукой притянул к себе мою ногу, задрав на ней штанину, а второй — педантично подготовил к использованию шприц, так, чтобы тоненькая струйка вещества плеснула из иглы. У меня оставалась ровно секунда, чтобы предотвратить конец. И я сделал единственное, что мог из своего сдавленного положения — с силой ударил его ногой под руку, в которой он держал шприц. В этот самый миг пилот сделал очередной резкий вираж — и игла, на которую хладнокровный азиат сосредоточенно уставился, врезалась ему прямо в глаз.

«Крестоносец», — пронеслась в моей голове шальная мысль, когда я увидел во втором глазу азиата вместо дикой боли выражение невинного удивления, а его рука спокойно потянулась к рукояти шприца, чтобы вытащить его.

— Ах ты сука! — раззадоренный болью в руке, латиноамериканец, продолжая дубасить меня локтем, невольно зажал курок, сделав еще один слепой выстрел.

Как часто бывает во время борьбы в столь тесном пространстве, да еще и в движении, все вышло из-под контроля. В момент шального выстрела ствол оружия случайно оказался упертым в перегородку, как раз напротив кресла пилота. Так что гиперзвуковая пуля, пробив переднее кресло, легко пронзила грудь пилота и лобовое стекло, впустив в салон порыв злобного ветра.