Чтение онлайн

— Понятия не имею. Возможно, дома.

Я задумчиво постучала пальцами по столу. Дож, возможно, ещё заслуживал жизни. Балдассаро — нет.

— Сейчас мы скроем обруч под волосами, ты позовёшь слуг и прикажешь найти Балдассаро и привести его сюда немедленно.

Я собственноручно поправила причёску Фредерике Моста и отошла к столу, предоставляя ему некоторую свободу действий. Даже если бы он решил сбежать или напасть на меня — я успела бы его убить, а проверить, насколько он сдался, было необходимо.

— Генрих! Приведи сюда Балдассаро Анафесто. И поживее!

Прикрыв дверь, дож вернулся, устало опустился в кресло, вытянул ноги.

— Зачем твой прадед развязал войну с ящерами?

— Возле стойл для порквалло были несколько молодых аристократов, которые видели схватку и потом помогали прадеду маскировать и прятать трубу. Но один из них начал сомневаться, задавать неудобные вопросы и подбивать товарищей на бессмысленные действия. Все они состояли в скуоле Свободных Воинов, и обязаны были защищать Долину от ящеров. Вот прадед и подумал, что небольшой пограничный конфликт решит все его проблемы. Кто же знал, что конфликт станет неконтролируемым.

Да уж.

— Что ты собираешься сделать с моим племянником?

Я отошла к окну, не желая, чтобы собеседник видел моё лицо.

— То, что он заслужил. Если не хочешь видеть это — можешь уйти в спальню, как его приведут.

— Я хотел бы уйти сейчас.

— Подожди.

Я заглянула в спальню, окончательно сделала оконное стекло камнем, убрала всё, что хоть немного походило на оружие.

— Возьми с собой воды и какую-то глубокую посудину. Я собираюсь заблокировать дверь.

Дож ушёл, и я наконец-таки осталась одна.

Балдассаро привели ближе к полуночи. Привели и втолкнули в дверь, не задавая никаких вопросов и даже не заинтересовавшись, куда делся дож, и почему я вольготно раскинулась на кресле.

Увидев меня, Балдассаро настолько обрадовался, что немедленно попытался заморозить меня вместе с креслом. К счастью, я ожидала подобного приветствия, и вовремя вышла из зоны охлаждения воздуха, сразу после этого создав вокруг головы предателя локальную область разреженного воздуха. Целых две восхитительных минуты Балдассаро вёл себя, как потерявшая хозяина собака — вертелся на месте; дышал, широко раскрыв рот и почти что высунув язык; смотрел на вокруг распахнутыми, неразумными глазами. А потом осел на пол.

Удушье не должно было быть долгим, так что следовало действовать быстро. Когда предатель очнулся, я уже призвала гранталл с его тела, срастила между собой штанины и заканчивала стаскивать ремень.

— Госпожа!

И он действительно думает, что я сейчас размякну, выпорю его и этим удовольствуюсь? Интересно, это уже клиника или ещё нет? С другой стороны… Я усмехнулась. Почему бы не поиграть напоследок.

— Как думаешь, какого наказания ты заслуживаешь?

Я наклонилась над предателем и наотмашь ударила его по лицу, стараясь попасть по губам.

— Я приму любое ваше решение, моя госпожа.

— Двадцать ударов кнутом. Для начала. Потом посмотрим. Переворачивайся.

Я преобразовала ремень, превратив его в приличных размеров арапник, и с непередаваемым удовольствием принялась хлыстать Балдассаро по спине. Первое время его тело хоть как-то защищала рубашка, но вскоре тонкая ткань разорвалась, и на коже предателя показалась первая кровь.

Закончив экзекуцию, я пнула Балдассаро по рёбрам, требуя перевернуться. Не дождавшись исполнения приказа, я пнула его ещё раз — сильнее, и ещё, и ещё. Наконец предатель понял, что потревожить израненную спину придётся, и со стоном перевернулся. Никогда ещё созерцание чьего-то заплаканного лица не приносило мне столько удовольствия. Но спектакль пора было заканчивать.

— Знаешь, что будет дальше? — предатель покачал головой, и я улыбнулась. — Сейчас я снова лишу тебя воздуха, и буду наблюдать за тем, как жизнь покидает твоё ничтожное тело. Прощай, ублюдок.

Кажется, он хотел что-то сказать. Но мне это было совершенно не интересно. Зона разреженного воздуха снова сгустилась вокруг головы предателя, а я удобно устроилась в кресле, наблюдая, как жизнь покидает Балдассаро. Когда агония закончилась, я накрыла тело половиной ковра и перелезла на диван. Следовало хоть немного поспать.

[1] Дева в беде, обычно является молодой и привлекательной женщиной, терзаемой ужасным злодеем или монстром и ожидающей героя, который её спасёт.

[2] 1 децим = 30 земных сантиметров

[1] Дева в беде, обычно является молодой и привлекательной женщиной, терзаемой ужасным злодеем или монстром и ожидающей героя, который её спасёт.

[2] 1 децим = 30 земных сантиметров

— Ты всё-таки убила его.

Фредерике вышел из спальни рано утром — пространство только-только начало наполняться энергией. Я лежала на диване и смотрела в окно на кристально спокойное море, почти сливающееся с небом.

— Ты сомневался?

Сегодня дож выглядел ещё хуже, чем вчера. И это при том, что сегодня на его лице не было следов бессонных ночей или напряжённой умственной работы. Присмотревшись, я поняла: вчера это был человек, готовый бороться за то, во что он верит. Сегодня ему было уже не за что бороться.

— Надеялся. Если ты хочешь, чтобы я выступил с речью, нужно отправиться в основное здание дворца, разослать вестников.

— Хорошо. Сейчас положу тело в ванну, изменю эту тряпку во что-то приличное, и пойдём. У тебя есть надёжные слуги?

— Да.

— Нужно будет, чтобы они после полудня разыграли нахождение достойного сына семейства Анафесто в море. — Я переместила тело Балдассаро в ванну, всё ещё наполненную морской водой, отчистила ковёр от следов крови и сменила мятый синий балахон на лёгкую красную тунику. Арапник снова стал поясом и занял положенное место на моей талии.

— Я распоряжусь.

— Идём.

Мы спустились по лестнице, миновали зал суда, пропустили коридор, ведущий к транзиттоло, и, пройдя по крытой стеклянной галерее, каждое окно которой было витражом, оказались в основных помещения дворца.

Первая же служанка, увидевшая нас, уронила небольшую статуэтку, с которой сдувала пыль, и прижала руки к груди.

— Всё в порядке, Катарина. Арест госпожи Светланы был недоразумением, и я очень рад, что оно благополучно разрешилось. В скорости нас всех ждут небывалые перемены к лучшему.