Чтение онлайн

К нам в вагон, меж тем, вперлась небольшая толпа с баулами и прочим барахлом — теперь уже не авантюристов-наемников, а упомянутых вольных старателей. Кажется, у большинства из них наблюдались некоторые проблемы с финансами, потому вряд ли стиль “кто во что горазд, но обязательно максимально потертое” был их сознательным выбором. Похоже, красные билеты не просто давали возможность перемещаться с меньшим комфортом, но и, что логично, стоили дешевле. И не лимитировали объем “ручной” клади.

Во всяком случае, работники лопаты и кирки искренне так считали, немедленно сцепившись в жарком споре с бригадой из трех гномов-контролеров, ввалившихся следом и попытавшихся заставить тоже сдать часть багажа. Разговаривать стало невозможно: обе стороны оказались хорошо подкованными в знании правил железной дороги, из-за чего выяснение кто прав, кто виноват, подзатянулось. Суть вопроса, насколько мне удалось вникнуть, заключалась в свободных местах: оказывается, их можно было занять поклажей, если на них не найдется купившего билет претендента.

Понятное дело, интрига сохранялась до самого отбытия, накалив атмосферу докрасна. Когда стало понятно, что мест остается с запасом, контролеры с затаенной надеждой начали поглядывать на нас и на две другие компашки наемников, но никто не пожелал рассесться так, чтобы вынудить копателей забеспокоиться за свои пожитки. Хотя Дипперстоун явно желал, чтобы нас разлучила хотя бы перегородка между скамейками — но не судьба: Аша твердо решила остаться рядом со мной.

Наверное, в вагонах подороже и с шумоизоляцией дела обстояли получше. С другой стороны, подслушать разговор соседей в “раковнике” незаметно абсолютно нереально. Тут соседа бы услышать. Зато у каждой “ячейки” из двух жестких лавок, оказывается, гномы предусмотрели установку переносного стола. Их по требованию выдавали проводники.

— …Всегда мечтала о приключениях и путешествиях, чтобы благородно повергать врагов, добывать сокровища, открывать неведомое! А оказалось, что я толком и ножик в руках держать не умею…

Ну да, уровень спутников-неписей, петов, маунтов или прирученных монстров в игре требовал довольно долгой прокачки. Логика разрабов “Бесконечности” была такой: “бесплатный” помощник требует сначала вложения множества усилий, зато потом их окупает, уже не требуя чего-либо для поддержки. Вот если хочешь сразу готового — траться по ка-дэ на найм разумного или аренду неразумного. Ну или вкачай профессию и распредели статы так, чтобы стать профессиональным бистмастером или командиром с авантюристов с харизмой и репутаций достаточной, чтобы неписи присоединялись, скажем, за долю в добыче.

— Мама с папой обычные горожане, из тех, что в и Священном лесу заблудится способны. Искать учителя в городе? Так ему мало того, что платить надо, и немало — он и научит, допустим, фехтованию, и всё. А я сильной стать хотела! — продолжала рассказ о себе девушка. — Возвращалась через Анфилады и случайно услышала про Внешнюю фалангу. Туда иноземцев охотно принимают, такие гномы как Пипи там, наоборот, редкость.

Спутник Ашы с момента, как мы установили стол, опять сверлил меня нехорошим взглядом. Однако, видимо, слишком хорошо знал свою спутницу, потому молчал, только болезненно морщился, когда эльфийка в очередной раз называла его “Пипи”. Ну и еще потому что уже почти умял в одиночку запеченого гуся, извлеченного им из своей монументальной котомки. Готов поспорить, у него там еще три-четыре птичики припрятано, не считая более легкого перекуса.

—Пять лет службы на полном обеспечении и обучение с нуля всему, что нужно наемнику! Пять лет отработки по контракту, отдавая половину прибыли, и потом Гильдия разрешает заниматься чем хочешь и где хочешь! Представляешь, вот это стальное великолепие, индивидуально изготовленное по фигуре — отдают насовсем! И ремонт потом со скидкой, если что случится — только про членские взносы не забывай.

Занятно перевоплотилась цепочка фракционных квестов на топовую гномью снарягу. Вот только…

— Вижу, Анфилады вложились в освоение пограничных земель, причем активно привлекая на это дело всех желающих, — покивал я. На язык просилось “загребают жар чужими руками”, но ради так радующейся исполнению своей мечты Аши я смягчил формулировку. Обижать девушку не хотелось: эльфийка словно лампа свет излучала вокруг себя чистую, незамутненную радость. Перегрин вон вообще подсел на этот эффект. Даже позволяет себя обзывать.

— По ту сторону гор орден Истребителей скверны выбивает чудовищ и сдерживает племенные рейды, а у нас — некому было, — объяснила мне она, мечтательно закатив глаза. Правда, тут же вздохнула. — Жаль, меня не возьмут…

— Почему это? — удивился я. — Тем более, через пять лет, когда твои обязательства истекут. У тебя будет опыт борьбы со скверными отрядами и чудовищами…

— Ты правда, правда так думаешь?! — перебила она меня.

— Правда, — я откровенно не понял причину такой бурной реакции: Медальон Изыскателей надежно заныкан, собственной ауры у него не больше, чем у брачных браслетов на руке. То есть даже если и у этой эльфийки предположить сверхчувствительность к магии, опознать она его все равно не может. — А почему…

— Ты тогда поверил, что я смогу стать искательницей приключений, взял меня с собой — и вот у меня получилось! — с совершенно счастливой улыбкой разъяснила мне Аша. — Значит, меня точно возьмут! Теперь я еще больше буду стараться за эти пять лет, чтобы лучше подготовиться!!!

Тут Дипперстоун звучно приложил ладонь к лицу. В смысле, получилось настолько громко, что обернулись к нему не только мы, но и попутчики с соседних лавок. А старатели так и вовсе попрятали под стол свои баклажки с подозрительной мутной жидкостью.

— Пипи, ты чего? — осторожно поинтересовалась у гнома эльфийка.

— Ты собираешься скинуть одну кабалу и тут же влезть в другую, — простонал он. — Как я еще должен реагировать? А все из-за этого твоего…

— Быть Истребителем не кабала, а великая честь! — резко возразила Аша. — Туда принимают только чистых душой и сердцем! Потому-то они сразу видят Скверну, как бы та не притворялась и в ком бы не пряталась…

— То есть — чокнутые фанатики! — отрезал гном, не дослушав. — Мы же говорили: вот отработаем долг, собственную компанию обоснуем…

— Погоди-погоди, я помню этот разговор, — нахмурилась светлая. — Ты мне еще сказал: “у них такие требования к рядовым, ни ты, ни я, не подходим.”

— И повторю! Ладно пять лет строем ходить в столовую, это еще можно потерпеть. Но подписаться на всю жизнь таскать на себе железо, даже ночью, и жрать холодную кашу с обязательным нормативными комками — только фанатик и может!

Господи, что за каша у магистратовских поваров получается, что аж за пределами Ордэра о ней такие легенды ходят?!