Чтение онлайн

Мы подъехали к служебному входу и начали выгружаться. Нас теперь много и из того, первого, состава, кто здесь был прошлый раз, только мы трое, да Стив. Из оставшихся троих волновалась одна Маша. Но видно было, что она с этим достаточно хорошо справлялась. Ну ничего. Теперь её можно спокойно при Солнышке целовать и это радует. В успокоительных целях, конечно. Я в пустующей гримерной не собирался уединяться с Машей, как с Линдой перед концертом в 10 °Club. А кстати, как она там поживает? Если бы мы Машу с собой не взяли, я бы Линде позвонил обязательно. Вспомнили бы тренажёрный зальчик и наши животные страсти. На ум пришли слова из песни группы «Воскресение» под названием «Один взгляд назад»:

«Боже как давно это было

Помнит только мутной реки вода…»

Это точно. Полтора месяца всего прошло, а кажется, что целую вечность. Но пора делами заниматься. А дела очень важные и нужные. Кстати, Никольский напишет эту песню только в 1981 году, поэтому по приезду в Москву я её сам исполню и запишу. Для Родины тоже надо что-то хорошее писать, не всё же на английском изгаляться.

В этот раз мы подписывать заранее ничего не стали, чтобы не создавать лишний ажиотаж у касс. После выступления подпишем, но немного. Главное, чтобы машин сингл тоже просили подписывать. Встреча Маши нашими фанатами в аэропорту меня обнадежила. Теперь посмотрим, как получится на самом деле. Магазин был пока пустой, в смысле, что были только продавцы и наша команда. Мы сразу прошли к сцене, где, благодаря Стиву и его людям, всё уже было готово к нашему выступлению.

Мы решили начать с заглавной песни, название которой красовалось на диске. Это была «Don’t cry», а потом споём «Don’t speak». Песню Маши мы решили пустить третьей, а потом пойдёт их совместная «Beautiful life». Получалось, мы будем рекламировать сразу две пластинки, малую и большую. Не стоит забывать про компакт-диск. Такая аппаратура для его прослушивания была ещё не у многих, но была. Поэтому раз мы решили совершать революцию в музыкальном формате, то надо это делать до конца.

Мы быстро проиграли тринадцать песен. Маша за эти три дня немного подзабыла танцевальные движения, поэтому пришлось ей напомнить и поработать с ней. У неё же в четверг были экзамены, поэтому всю среду, после нашего отъезда, она готовилась, а на следующий день сдавала их. Она мне ещё вчера рассказала, что они заезжали в мастерскую скульптора Демченко и забрали бюст. И не только солнышкин, но и мой. Дмитрий Константинович всегда делал копии, на всякий случай, и вот этот случай настал. Бюст Солнышка, по словам Маши, получился просто отличным, так что теперь в музее нашей группы в Центре на Калужской стоят два наших памятника. Сфотографировать эту красоту они, конечно, забыли, но раз Маше понравились, значит, бюсты нормальные получились.

А вот и десять часов пробило. Не по Биг-Бену, конечно, а по магазинным часам. Толпа хлынула в залы и началось столпотворение у касс. Сегодня в качестве кассиров были выведены даже менеджеры и было установлены дополнительно ещё пять касс, но и они в первые минуты не справлялись с наплывом покупателей. Но постепенно всё более-менее урегулировалось и к сцене стали стекаться первые обладатели наших музыкальных, я не побоюсь этого слова, шедевров. Пора и нам их встречать музыкой и мы начали свой часовой концерт.

Я переживал только за третью песню, которую пела Маша. Но, на удивление, она собралась и выдала отличный результат. Видимо, мой терапевтический поцелуй перед началом возымел своё действие и она выступила прекрасно, что сама отлично поняла. А потом они спели дуэтом с Солнышком. Публика была очень довольна. Зал, рассчитанный на тысячу стоящих зрителей был заполнен под завязку. Мне даже показалось, что народу было в два раза больше. И что меня радовало, многие купили сразу две пластинки. И нашу, и машину. У человек ста в руках я заметил также наши компакт-диски.

Ну вот и всё. Наш мини-концерт, похожий на генеральную репетицию перед «Одеоном», закончен. Публика бурно аплодировала, но мы в этот раз даже на бис не выступали. Это же бесплатный концерт и чистый промоушен, так что хорошего понемногу. В других городах даже такого нет и там не меньше покупают. Для столицы мы второй раз сделали исключение и лондонцы это оценили. С нашими новыми песнями, которые мы привезли в этот раз в Лондон, набирается уже третий альбом, включая французские. И, возможно, получится набрать на четвёртый, который будет только в стиле Eurodance. И назову я его также Eurodance, чтоб запомнилось всем.

Да, лихо мы так поработали, ничего не скажешь. Я обратил внимание, что наши французские песни уже свободно продаются в виде миньонов, значит, со Стивом надо будет и этот вопрос обсудить. Мы в автобусе обсудили с ним только главные темы, которые волновали, прежде всего, меня, а эта никуда от нас не денется.

Стива среди публики я не видел, он с Женькой и Вольфсоном поехал в «Одеон», чтобы проконтролировать подготовку к вечернему концерту. Они присутствовали только в самом начале выступления. Я видел их довольные лица. Значит, продажи начались очень хорошо. Мы музыкальную аппаратуру и инструменты собирать не стали, так как люди Стива это должны будут сделать и отвезут всё в «Одеон». Я даже свою гитару им оставил, чтобы не таскаться с ней по магазинам.

А вот и Стив появился, значит, пора и автографами заняться. На автографы ушло ещё минут тридцать. Рядом со мной стояла Маша и тоже активно подписывала свои диски. Можно сделать вывод, что премьера удалась на всё сто процентов. Стив с Женькой пошли выяснять статистику продаж, а мы попрощавшись со всеми и двинулись в сторону автобуса. А там у выхода из здания магазина нас поджидали самые сообразительные фанаты. Их было человек тридцать-сорок и нам пришлось подписать все из пластинки и диски.

Пока мы этим занимались, появились репортеры и мы были вынуждены отвечать на их вопросы. В общем, десять метров до автобуса мы преодолели за целый час. Но это тоже наша работа, так что мы не роптали. Часовой концерт для нас — это немного, но, всё равно, хотелось отдохнуть. А Стив с Женькой и Александром Самуиловичем нас уже ждали в автобусе, так что мы тронулись сразу, как туда вошёл Серега.

В этот раз у нас никаких секретов ни от кого не было, поэтому мы все всемером разместились единой компактной группой.

— Как идут продажи наших пластинок? — спросил я у Стива, который сидел в центре большого заднего сидения, а рядом с ним расположились Вольфсон и Женька с Серёгой.

— Впечатляет, — ответил довольный Стив, — Миллионов шесть по всей стране должны сегодня купить.

— Ого. Пластинка стоит тридцать фунтов и получается в итоге сто восемьдесят миллионов.

— А сколько моих продастся или это общая сумма? — спросила Маша.

— Твоих, Maria, назовём их так, мы выпустили тиражом в миллион штук. Там же и ваша совместная песня есть. Она стоит десять фунтов и расходится тоже очень хорошо.

— Значит, я нам тоже принесла прибыль?

— Конечно. Мы всё отдельно подсчитаем и дня через три будет полный расклад.

Маша была довольна. Теперь она заработала деньги в общий котёл, а точнее, в нашу треугольную семью. Правда, эти деньги мы увидим только в Москве, за вычетом доли государства. Но всё равно, сумма должна была получиться приличная. Только со ста восьмидесяти миллионов в Москву уйдёт сорок, а значит, я на всех получу четыре миллиона восемьсот. А потом будут ещё и ещё, так что наша семья из трёх человек получит достаточно денег. Хотя денег никогда достаточно не бывает. У меня миллион уйдёт на виллу в Ницце и второй на MTV. А два чека, которые я привёз из Москвы, положу на счёт своей офшорной фирмы. Вот и нет денег. От пятисот оставшихся тысяч мои две жены уже откусили кусочек и это только в первый день нашего пребывания в Лондоне. А этих дней ещё осталось девять.