Чтение онлайн

— А ты откуда знаешь? Ах, да, кому я задаю этот вопрос. Разобрались с ним, всех отпускаем и будем требовать сто тысяч долларов за содержание пассажиров.

— Не заплатят, а самолёт оставят, чтобы не тащить в Корею.

— Понятно. Я хотел тебя спросить, есть ли какая дополнительная информация по покушению.

— Нет. Но я почувствовал, что того, кто в вас стрелял, больше не существует.

— Это как? Его убили?

— Похоже на то. Я его больше не ощущаю среди живых.

— Вот даже как. Этого следовало ожидать. Обрубили концы.

— И ещё могу добавить. Всего их было четверо, кто участвовал в организации покушения на вас. Теперь их осталось трое. Кто эти трое, я не знаю, но, при близком контакте с ними, я смогу их однозначно распознать. Среди тех, кто находится сейчас на даче и с кем я сегодня здоровался за руку, этих людей точно нет.

— А это очень даже хорошо. Мне нужно будет подумать на досуге об этом.

— Я тут ещё увидел, какие опасности будут угрожать Брежневу в ФРГ. Седьмого мая Леонид Ильич будет вылетать из Гамбурга в Москву и его самолёт чуть не столкнётся с американским военно-транспортным самолетом, которого там не должно было быть в тот момент. Считать ли это попыткой осуществить террористический акт со стороны американцев или нет, я не знаю, так как никаких данных я в будущем не обнаружил. Командир корабля и экипаж смогут справиться с этой ситуацией, но их желательно было бы об этом предупредить.

— Я подумаю, как лучше это сделать. Что-то есть ещё?

— Да, но эту информацию необходимо тщательно проверить. Она касается самого молодого генерала КГБ Олега Даниловича Калугина, который ещё в 1958 году начал работать на ЦРУ. Те завербованные им два агента, которых он представил как свою победу, были, на самом деле, двойными агентами. Он у вас сейчас возглавляет управление внешней контрразведки ПГУ.

— Вот это да. Опять мой генерал стал предателем. Спасибо тебе, хоть ты меня в который раз не порадовал. Хорошо, вот держи номер телефона для экстренной оперативной связи. Там всегда дежурит наш сотрудник. Это на тот случай, если Ситников, по каким то причинам, не сможет помочь.

— Спасибо. По пустякам звонить на него я не стану, но если будет очень нужно срочно решить какой-то важный вопрос, то только в этом случае обращусь за помощью.

— Тогда пошли, а то Леонид Ильич долго ждать не любит. Да, сегодня в 18:00 посмотри «Международную панораму», там будет в конце сюжет о вашей группе и покажут ваш последний музыкальный клип. Ты же знаешь, Анатолий Овсянников, ведущий этой программы, любит заканчивать свои выпуски новостями мировой популярной музыки.

— Спасибо, Юрий Владимирович. У нас, правда, вечером репетиция, но я попрошу ребят записать этот выпуск на видеомагнитофон.

Мы вышли на воздух и направились к столу, где застолье было в самом разгаре. Загонщики зажарили части одного убитого кабана и запах вокруг стоял просто необыкновенный. Мы подсели к столу и я стал есть пахнущее дымом мясо добытого нами кабана. Брежнев и гости активно выпивали, только я, Суслов и Андропов не пили, ограничиваясь «Боржоми». Дождавшись паузы в разговоре, я спросил Брежнева о его новой книге «Возрождение» и сказал, что мы все с нетерпением ждём её выхода. Довольный Генсек подтвердил, что книга уже в печати и выйдет 28 апреля, то есть в следующую пятницу и сказал, что раз я интересуюсь его книгой, то он мне подарит один экземпляр со своим автографом. Тогда я набрался смелости, достал заранее припасенную «Малую землю» вместе с авторучкой и попросил её тоже подписать мне на память, чтобы получился полный комплект. Все добродушно рассмеялись и Брежнев написал: «Андрею, отличному охотнику и музыканту, на добрую память от автора. Л.И.Брежнев». Потом Леонид Ильич в ответ попросил меня спеть что-нибудь веселое. Я исполнил «Комарово» и «Подожди-дожди». Эти мои заводные песни все знали и охотно подпевали.

— Ну, спасибо, повеселил, — сказал мне Брежнев. — Пока мы тут отдыхали, мой фотограф напечатал наши с тобой охотничьи фотографии и сделали альбом для тебя. Держи, это тебе на память о сегодняшней охоте. Я слышал, что у тебя сегодня ещё вечером репетиция, поэтому можешь ехать, тебя отвезут. Вот тут наши егеря приготовили на костре часть убитого тобой кабана. Отвези домой и побалуй своим трофеем близких.

Я поблагодарил Леонида Ильича, пожал всем сидящим за столом руки и, прихватив гитару и награды, которые сложил в пакет, пошёл к машине. Пакет с мясом был довольно тяжелым. Я от кого-то слышал, что убитая на охоте дичь увозилась в соседнюю деревню Козлово, где был оборудован колбасно-коптильный цех, работники которого разделывали трофеи и готовили из них колбасу и тушёнку. Членам Политбюро ЦК КПСС, кандидатам в члены Политбюро и секретарям ЦК КПСС к различным праздникам офицеры фельдъегерской связи привозили окорока и другие копчёности, свежее мясо, охотничьи колбаски в керамических бочонках, дичь, отборную рыбу, мед и ягоды.

Тот же водитель, только уже включив сирену и проблесковый маячок, довёз меня за пятьдесят минут до дома. Всю дорогу я внимательно разглядывал мои награды и читал документы к ним. Мне очень хотелось их нацепить прямо в машине, но я оставил это до дома. Потом я стал рассматривать альбом с охотничьими фотографиями. Оказывается, нас начали фотографировать от самой дачи, и даже, когда мы были на вышке, фотограф смог сделать несколько хороших снимков. Потом шли наши фотографии у лежащих туш убитых нами четырёх кабанов. Самая красивая и ценная была та, где мы стоим вместе с Брежневым. Я её увеличу, вставлю в красивую рамку под стекло и повешу на стену в прихожей, чтобы «всяк сюда входящий» видел, с кем дружит хозяин этой квартиры.

Я слышал когда-то про такие брежневские фотоальбомы. Их специально заранее подготавливали, и когда гости «Завидово» фотографировались, то в эти альбомы только вписывали фамилию гостя и позже вставляли готовые фотографии, проявленные и напечатанные в одном из домиков Брежневской дачи. Это был такой фирменный подарок от Брежнева, о котором мечтали многие из его окружения. Теперь я стал обладателем такого бесценного подарка. Потом я обнаружил на самой последней странице конверт ещё с десятком фотографий с банкета. Я получился хорошо и на сцене, и сидящий рядом с Брежневым. Но самым колоритным кадром был именно наш поцелуй с Генсеком. Я его тоже увеличу и повешу в гостиной. Там и мою фотографию с королевой тоже повешу рядом для симметрии.

На часах было только час дня, поэтому у меня оставалось ещё полчаса до прихода гостей. Водитель высадил меня прямо у подъезда и я, обвешанный наградами, подарками и гитарой, чуть ли не вприпрыжку направился к лифту. Уже не терпелось показать всё это Солнышку и увидеть её восхищенные и такие любимые глаза. Вот ведь, всего лишь только утро её не видел, а уже соскучился.

Дружеский обед и не совсем дружеская репетиция

Когда я вошёл в квартиру, то сразу почувствовал запах чего-то съедобного, распространяющийся от кухни, а в прихожей увидел незнакомые женские туфли. Значит, кто-то из наших одноклассниц приехал раньше и решил помочь Солнышку с готовкой. Я думаю, что это Машка, она самая любопытная и нетерпеливая, не смогла дождаться назначенного времени. Теперь они на кухне вдвоём пытаются приготовить какой-то кулинарный шедевр. Запах идёт пока вкусный, значит ничего ещё не подгорело, поэтому пусть экспериментируют. Я решил ошарашить девчонок и пошёл в спальню переодеться. Я аккуратно прикрепил два ордена Ленина и Золотую Звезду Героя СССР на пиджак, надел брюки и рубашку, после чего вошел в кухню.

Да, я был прав, это приехала Машка. Девчонки оглянулись на входящего меня и застыли с открытыми ртами. Первой отмерла Машка.

— Не может быть, — воскликнула она, переводя глаза с наград на моё довольное лицо и обратно. — Когда ты это получил?

— Правда, когда? — это спросила уже Солнышко, отошедшая от шока, и бросилась меня целовать и поздравлять.

— Брежнев с Андроповым и Сусловым наградили меня за мой подвиг в Англии и ещё за одно дело, о котором я не имею права говорить.