Чтение онлайн

— Вот и отлично, значит с гостиницей я угодил. Репетиция в три, поэтому у вас, Лидия Ивановна, есть время, чтобы погулять по столице. Культурную программу я организовать не успел, поэтому сегодня придумайте что-нибудь сами, а завтра на съезде уже я договорюсь. Марина, тебе сразу задание. Вот, возьми слова песни, которую мы будем сегодня репетировать и завтра уже исполнять. Я отметил красной ручкой те слова, которые ты будешь петь и поставил порядковые номера с фамилиями других участников, чтобы ты знала, с кем ещё ты будешь её исполнять. Два последних припева поём все вместе, сразу двенадцать человек. Так что учи свои слова и припев. Сложного ничего нет. В два я за тобой заеду.

Пока ехали, позвонил Вольфсон и сказал, что переговоры завершились успешно и он подписал договор именно на те три дня, которые и предложил нам Смирнов. Отлично, всё получилось, как я и планировал.

— А вы сейчас по телефону про ваши будущие концерты говорили? — спросила Марина. — Я так хотела попасть хоть на один ваш концерт.

— Да, — ответил я, — мой администратор договорился, что мы дадим три концерта в «России». Два их них будут в первой половине мая, может ты с мамой ещё успеешь на них попасть. А зачем тебе ещё наши концерты, мы же с тобой вместе выступать будем?

— Говорят, вы на них специальные установки и аппаратуру используете.

— Да, я даже в Лондоне кое-что добавлял в свою конструкцию. А так, ничего сложного: дымогенераторы, стробоскопы и дискошар. Но самое главное, это голос и песня.

— А почему вы выбрали нашу дочь? — спросила неожиданно Лидия Ивановна.

— Кое-кто из моих знакомых слышал её в группе «Яблоко» и очень хорошо отзывался. Да и среди всех почти тридцатилетних не очень просто работать. Только Розе Рымбаевой двадцать, так что со мной, ещё четырнадцатилетним, многие считаться не хотят.

— А по внешнему виду вам восемнадцать-девятнадцать, меньше не дашь.

— Я даже вчера Ротару выгнал, скандалить пыталась, тыкая мне моим возрастом в лицо, вот и вызвал вашу дочь на замену. Да и руководство любит слушать молодые звонкие голоса. Всё, приехали. Пойдёмте к администратору, надо вашу бронь выкупить. Все расходы по вашему пребыванию в Москве наша сторона берет на себя.

Это очень понравилось Лидии Ивановне, хотя я это упомянул ещё во вчерашнем телефонном разговоре, и она, повеселевшая, пошла ко входу в гостиницу. Там нас встретили, как дорогих гостей, так как меня узнали сразу. А потом, когда я дал сверху ещё десятку, сказали, что теперь в любое время я могу обратиться к ним и они решат любой вопрос с проживанием. Вот оно, решение проблемы с Машкой. Теперь я знаю, где мы проведём нашу первую встречу. Осталось только разобраться со свободным временем, которого катастрофически не хватает.

Я ещё выдал Лидии Ивановне сто рублей на командировочные расходы. Она, правда, пыталась отказываться, но вмешалась Марина и, сказав спасибо, взяла у меня протянутые деньги.

Я попрощался до двух часов с Мариной и помчался в ВААП, чтобы зарегистрировать свою испанскую «Песню музыкантов» и «Стань моим», которые мы записали ещё в субботу перед концертом. Плащ я на входе снимать не стал, чтобы не терять время на лишние поздравления. Даже в приемной его не снял, чтобы секретарша не растрезвонила о моих наградах на всё агенство, хотя рано или поздно они всё равно узнают.

Ситников меня ждал, так как я ему позвонил из машины. Также в его кабинете ждали его сотрудники, которые сразу забрали у меня всё, что я привёз и пошли заниматься оформлением.

— Ну как дела, как концерт? — спросил меня Василий Романович.

— Показать или рассказать? — хитро спросил я.

— Ну покажи, раз это можно увидеть глазами.

И я снял плащ. Ситников, конечно, знал, что меня должны как-то наградить за Лондон, но чтобы так, он не ожидал.

— Вот это хорош. Поздравляю тебя и спасибо за Андропова. Правильно, за спасение такого человека можно и Героя дать. То-то я смотрю, ты в плаще зашёл и не снимаешь его. Теперь всё с тобой понятно.

— Спасибо за поздравления. Пока стараюсь наградами особо не светить, но вчера пришлось ими припугнуть Ротару. Попыталась устроить скандал на репетиции, но я это дело быстро пресёк. Замену уже нашёл, ваша контора её проверила и дала добро. Девушку зовут Марина Капуро, так что сообщите, пожалуйста, в КДС, чтобы на её имя пропуск тоже выписали вместо ранее заявленной Ротару.

— Да, ты даже в выходные спокойно жить не можешь. Я вон с удочкой на даче их тихо провёл, а ты и любимчиком Брежнева стал, и опять погеройствовать успел, и даже Ротару на место поставил. Так ведь ещё две новых песни записал, одна из которых понравилась Леониду Ильичу. Когда ты всё успел?

— Сами же сказали, чтоб крутился, раз молодой.

— Ну не с такой же скоростью. Ладно, деньги от англичан, о которых я говорил в пятницу, пришли. Свои сто тысяч чеков можешь получить полностью, теперь к тебе вопросов ни у кого нет.

— Ну тогда готовьтесь получить ещё кучу денег. Я вчера разговаривал по телефону с Лондоном, так они ещё десять миллионов пластинок решили напечатать.

— Ого, мне они пока не сообщали. Руководство уже привыкло, что ты много валюты в казну приносишь и теперь к тебе все благосклонно относятся. Ещё какие новости из Англии?

— К королевскому концерту уже почти всё готово, все исполнители дали согласие в нём участвовать, так что в конце мая мне нужно быть в Лондоне.

— Будешь. Этот вопрос решён положительно. В связи с твоим новым статусом вопрос о проведении фестиваля на Красной площади решится теперь очень быстро. Все документы я подготовлю в течение трёх дней и отправлю наверх.

— Да, забыл сказать, что англичане покупают мою испанскую песню даже не услышав её. Я сейчас отвезу её Краснову и сегодня он её выпустит в эфир. Пусть хоть послушают перед покупкой, а то неудобно как-то получается. Поэтому завтра ждите англичан. Но у меня завтра с утра съезд, поэтому я смогу к вам подъехать только часов в пять.

— Добро, я им так и скажу, когда будем договариваться о встрече. Иди получай деньги и плащ накинь, нечего народ смущать.

Я быстро сбегал и получил четыре пачки чеков новенькими крупными купюрами, которые распихал по карманам плаща. Когда вернулся к Ситникову, документы уже лежали на столе.

— Документы готовы, можешь ехать, герой. Ещё раз поздравляю с наградами.

— Спасибо вам. До свидания.

Я ещё успевал на «Маяк» к Краснову, но впритык. По телефону я его поймал уже на выходе из кабинета, но он сказал, что обязательно дождётся меня. Когда я вошёл к нему, то сразу спросил, показывая на награды.

— Ну как я теперь смотрюсь?

— Очень даже серьёзно смотришься, — сказал Краснов, внимательно рассматривая мой иконостас. — Правда мне об этом уже доложили утром, но, всё равно, поздравляю от души.

— Спасибо. Вот ещё две наши песни, одна, правда, на испанском.

— Слышал, она на банкете очень понравилась Брежневу.

— Правильно говорят, что Москва — большая деревня.

— А ты что хотел. Двести человек видели, как ты пел свою испанскую песню и Леонид Ильич тебе подпевал. Я поэтому и отложил встречу ради тебя, потому что знал, что ты её везёшь. У нас радиоведущий уже в прямом эфире пообещал радиослушателям её в пятичасовом выпуске поставить. А вторая что за песня?