Чтение онлайн

— Тебе надо пойти со мной, не бойся, — он заговорил на русском, нарочно спокойно и не громко, не сомневаясь, что Дана его поймет.

Он хотел еще что-то добавить, но, поняв, что до нее не дойдут сейчас слова, схватил ее в охапку и понес на улицу. На входе он столкнулся с пожилым священником, неожиданно преградившим дорогу, но тот, только взглянув, испуганно посторонился пропуская Дронова с Даной. Дойдя до машины, Алексий обернулся и увидел, как старик осеняет их крестным знамением, а мрачные, покосившиеся дома смотрят на них слепыми глазницами разбитых окон.

Дронов усадил рядом с собой в машину испуганную Дану и постарался побыстрее выехать из пустынного, мертвого городка. Он помчался по главной улице к окраине, не глядя на покосившиеся дорожные знаки, зачем-то ограничивающие скорость в Богои забытом месте. Разбитая дорога вела по направлению к столице.

— Здесь что, ураган пронесся? — спросил Дронов.

Дана сидела боком, отвернувшись в сторону грязного автомобильного окна. Самолетик сообщал периодически о пустой дороге впереди. Проехав километров двадцать по безлюдью, Дронов остановился возле заброшенного дома на обочине.

— Можешь выходить. Переночуй здесь и иди обратно. К утру точно вернешься.

Дронов подумал, что он будет уже далеко, даже если завтра она расскажет про него полиции.

Дана сидела неподвижно, делая вид, что не понимает.

«Может, и в самом деле не знает русского?» — подумал Дронов и рукой осторожно повернул ее лицо к себе. Она совершенно бесстрашно и, как ему показалось, презрительно смотрела Алексию в глаза.

Дронов понял за эти секунды и прочитал в измученном взгляде ее историю — голодного, истерзанного существа, которое не надеется на счастье, а хочет просто выжить. Он заметил, что ее руки покрыты синяками, а на шее красовались несколько характерных, как от цепких пальцев, пятен.

— Не бойся меня. Я, верующий человек, если в твоей деревне объясняли, что это такое. Тебя вообще учили, хоть чему-нибудь?!!? — Он почти закричал ей в ухо, пытаясь вывести из заторможенного состояния. — Глухая, что ли?

Девушка, приходя понемногу в себя, теперь уже испуганно смотрела на него, но продолжала молчать и из машины выходить не собиралась.

Дронов опять завел мотор.

— Понятно. Поехали! По дороге подумаю, что с тобой делать.

Некоторое время, они ехали молча. Очередной покосившийся указатель сообщил, что проехали город Пацер. Девушка тревожно заерзала на сиденье.

— Там, на окраине, за этот Пацер, всегда бандиты стоят и ждут грабить и убить, — Дана показала рукой за окно. Она внезапно заговорила на русском, с легким, балтийским акцентом, немного коверкая фразы.

Дронов сразу запросил у разведчика вид сверху.

— Понимаешь, все-таки, русский язык. Кто они такие?

— Да, знаю немного, а они — страшные люди. С начала Голодного периода банды все больше и больше свирепеют вокруг города.

— Свирепствуют?

— Людей они похищают, убивают, требуют выкуп, а еще говорят, что некоторые — людоеды. С едой с прошлого года, совсем тяжело. Стариков сейчас не кормят — многие почти умирают от голода — у нас все соседи, кто не молодой, умерли.

— А что, власти совсем нет?

— Нет, город и вся наша волость закрыта президентом и готовится на продажа — говорят, шведам или немцам, которые уже купили земля возле моря. Все, кто мог, давно отсюда уехали.

Девушку прорвало, и она, плача и захлебываясь, рассказывала уже без остановки, увидев, что ее похититель пока не представляет для нее угрозы.

— А еще говорят, что …

— Хватит, понятно все. Тебе, надо успокоиться. И, вытри кровь, — прервал поток ее слез Алексий.

— А у меня нет… чем. — Девушка удивленно смотрела на свои окровавленные, исцарапанные на полу костела, голые колени.

Корпускул тревожно замигал красным, и знакомый механический голос произнес Дронову в ухо: «Осторожно, трое справа на дороге с оружием: два пистолета, два автомата, граната, один легковой автомобиль. Они начали перемещение вдоль трассы в пяти километрах спереди от вас».

— Священник видел, как я тебя забрал! У вас есть еще родственники, могут они караулить в лесу?

— Нет. У меня нет никто. — Девушка перешла на шепот, с беспокойством смотря в сгустившиеся сумерки за окном.

«Обо мне в этой стране, никто не знает, хочется надеяться», — подумал Дронов, приученный за годы службы не доверять — предательства случались и в его ведомстве. Он заехал в лес и остановился на какой-то заброшенной, поросшей травой проселочной дороге, выключив свет в салоне.

— Посиди тихо в машине, я посмотрю, что там, впереди. Если надумаешь удирать, беги обратно так же, как мы ехали, но не по дороге, а по опушке.

Алексий вышел из машины и осторожно пошел, ориентируясь в сумерках по корпускулу. Вскоре он услышал глухие голоса и разговор на местном диалекте.

— Леон сообщил, что машина проехала хутор Бинчи, значит, еще… минут десять.

Дронов увидел поперек дороги широкую полосу с торчащими кверху остриями гвоздей, чтобы на ходу проколоть колеса.

— Где же они? Даже шума не слышно.

— Замолчи и смотри внимательно! Этот парень Питера и Длинного смог в одиночку завалить.

— Да, в лесу, наверное, они с девчонкой застряли и… — Дронов услышал издевательский смех.

«Не похоже, чтобы эти примитивные похабники и глупцы как-то были связаны с местной безопасностью», — подумал он и вызвал разведчика, приказав создать болевой шум прямо за спинами бандитов. «Пол» выполнил приказ, весельчаки отвлеклись от дороги, разговоры умолкли, и они от боли схватились руками за головы.

В это время Дронов, осторожно ступая по сухим веткам, пробрался, за их спины. Он оглушил пистолетом двоих, затем, уже кулаком, стремительно повалил на землю третьего, который давал указания веселым подельникам.

Держа его на прицеле, Дронов поставил колено бедняге на грудь.

— Кто вас прислал? У тебя десять секунд — иначе…, — Дронов кивнул, на лежащие в темноте тела. — Ты кто?! Имя, откуда здесь взялся?! Русский понимаешь?! — Дронов кричал ему прямо в ухо, тыкая в разбитое лицо стволом пистолета.

Мужчина, размазывая кровь рукавом, механически защищался.

— Понимаю. Меня зовут Вит с хутора Буне.

— А эти?! — Дронов кивнул в сторону бандитов на земле.

— Мы там вместе жили.