Чтение онлайн

3:20. Посредник обычно представляет две (или более) сторон; если закон был дан через посредника (3:19), то он должен быть приемлем для обеих сторон. Но обетование не давалось через посредника; это был односторонний акт единого Бога (единство Бога было самой фундаментальной концепцией иудаизма). Павел снова использует принцип аналогии, что для его читателей звучит весьма убедительно.

3:21–29 До начала веры

3:21. Иудейские учителя говорили, что жизнь будет идти по закону как в этом, так и грядущем мире (ср.: 3:12). Но Павел, завершая свою мысль (3:15–20), говорит, что закон был дан не для того, чтобы отменить обетования Божьи и утвердить праведность по делам.

3:22. В отличие от Рим. 3:10–18, Павел здесь не рассматривает ветхозаветные представления о том, что все люди согрешили (в Гал. 3:10–12, вне всякого сомнения, подразумевается это). Всеобщая греховность не вызывает ни у кого сомнений, однако Павел рассматривает последствия этого греха гораздо более серьезно, чем другие учителя, и утверждает, что уничтожение грехов возможно только через смерть Сына Божьего.

3:23. Иудейские предания разделяли историю на разные этапы; Павел делает то же самое, рассматривая закон как временную охрану до исполнения первоначального обетования.

3:24. Закон назван «детоводителем» — лучше «воспитателем» или «слугою», «охранником». Раб или слуга, выполнявший эту роль, должен был провожать учащегося в школу, воспитывал его, как гувернер, помогал ему делать домашние задания, но сам по себе не был учителем. Дети иногда ссорились с рабами, но чаще всего росли вместе с ними и впоследствии освобождали их. Такие слуги обычно были более образованы, чем многие свободные люди; в образе раба не было ничего уничижительного. Но едва ли большинство другихиудейских учителей могли так описать закон. (Они изредка описывали Моисея как «стража» Израиля. Философы говорили о философии как об учителе нравственности, а иудаизм говорил о законе как об «учителе».)

3:25. Приход веры описывается с позиций грядущего века, когда мальчик достигает зрелости (в тринадцать или четырнадцать лет в разных средиземноморских культурах).

3:26. Израиль был назван «сыном Божиим» в Ветхом Завете, что было воспринято и иудаизмом. В отличие от традиционного иудейского учения, Павел говорит здесь, что человек становится духовным наследником Авраама (3:29) и сыном Божьим через веру, а не через участие в завете-договоре еврейского народа с Богом.

3:27. Древние писатели иногда говорили о духовном облачении; в иудаизме иногда речь шла об «облечении» Духом (см. также коммент. к Рим. 13:12; Еф. 4:20–24). Язычников при переходе в иудаизм крестили. Полагаясь на Христа при своем обращении в христианство, язычники обретали статус духовных потомков Авраама, становились «семенем Авраамовым» (3:16,29) и детьми Божьими (3:26).

3:28. Некоторые греко-римские культы декларировали отсутствие социальных различий, как здесь указывает Павел, хотя на самом деле вряд ли это было так (большинство культов были дорогими и, следовательно, доступными только состоятельным людям). Но ранние христиане были особенно чувствительны к такого рода разделению. У них существовал только мост между иудеями и язычниками и было мало союзников в обществе, где наблюдалось противостояние между рабами и свободными, а также подчеркивалось преимущество одного пола перед другим.

3:29. Иудеев называли «семенем Авраамовым» (см. коммент. к 3:16), наследниками обетования; аргументы, приведенные Павлом в этой главе, раскрывают его отношение к христианам из язычников.

4:1-11 Дети Божьи, а не рабы

По древнему закону сыновья были наследниками, им предназначалось имущество, которое принадлежало их отцам; рабы же, напротив, сами составляли часть наследства. Разница между рабами и детьми подчеркивается и в других древних источниках. Но в кодексе семейных отношений, который разъяснял характер наследования и статус отдельных членов семьи по отношению к главе дома, несовершеннолетние дети имели такие же права, что и рабы; сын получал реальную свободу только после того, как оставлял родной дом. Павел здесь продолжает использовать прием сопоставления, сравнивая статус домашнего раба иребенка (3:24).

4:1. По римскому закону статус малого ребенка или подростка, который находится на попечении раба, практически был равен статусу раба.

4:2. Закон требовал, чтобы малые дети находились под охраной попечителей, даже если их отец умер; этот попечитель обычно избирался по воле отца или по воле ближайшего родственника со стороны родни поотцовской линии, выполнявшего роль опекуна. «Попечители» или управляющие собственностью часто были рабами или воль-ноотпущенниками, но при этом обладали значительной властью.

4:3. Когда ранее, будучи язычниками, гала-ты поклонялись вещественным началам мира (иудаизм уже давно «демифологизировал» их как ангелов, которые управляли природой, см.: Пс. 148:2–4). Большинстволюдей в Древнем мире боялись богини судьбы, которая олицетворяла собой неизбежный рок, тиранию судьбы, проводя свою волю, как считали, через астральных духов, богов, которые управляли звездами. Павел знает, что даже иудеи попадали в сети этих Духовных сил; см. коммент. к 4:9.

4:4. В еврейских текстах часто говорится о наступлении назначенного времени в истории как признании совершенной мудрости Бога и Его направляющем историю могуществе. (Некоторые комментаторы сравнивали «полноту времени» с наступлением эпохи, когда зрелая греко-римская культура стала способствовать распространению христианства; однако другие возражали им, считая, что эта культура в раннем христианстве подчас ставила на его пути непреодолимые препятствия.) Здесь Павел сравнивает это исполнение с моментом возрастания ребенка, который стал взрослым (около тринадцати или четырнадцати лет). «Подчинился закону» означает, что Иисус должен был соблюдать закон Моисея.

4:5. В греческом законе усыновление было сопряжено с получением наследства; то же самое, по-видимому, справедливо и по отношению к бездетным людям на Ближнем Востоке в древности (ср.: Быт. 15:2). Павелиспользует общий ветхозаветный образ, чтобы разъяснить это положение; Бог усыновил Израиль (см., напр.: Исх. 4:22), и в Ветхом Завете постоянно говорится о земле как о наследстве Израиля, которое даровано ему Богом (разумеется, без каких-либо ассоциаций со смертью Бога).

4:6. Римский закон требовал удостоверения свидетелями акта усыновления: здесь эту функцию осуществляет Святой Дух. Свидетельство Духа считается естественным, поскольку в иудаизме говорилось, что Духвдохновлял пророков; Дух здесь вдохновляет верующих, обращаясь к ним, как к пророкам, чтобы напомнить им их призвание как детей Божьих. «Авва» — арамейское слово, означающее «папа», которое в иудаизмеиспользовалось в прямом обращении к Богу, как знак особой близости (см. коммент. к Мк. 14:36; Рим. 8:15).

4:7. Галаты теперь освобождены от опеки слуги (см.: 3:24,25), потому что пришло надлежащее время (4:4).

4:8. Иудеи часто повторяли, что язычники не «знают Бога» и что их боги, которые были сотворены истинным Богом, «в существе не боги». (Философы часто определяли нравственную ценность мысли или действия в свете того, как они соотносятся с природой; Павел и другие еврейские и христианские писатели признавали, что поклонение сотворенному предмету или существу как Творцу означает умаление или отрицание творческой силы Бога. Некоторые языческие мыслители, вслед за древнегреческим философом Евгемером, проводили различие между реальными божествами, которые очевидны из природы [солнце, луна, планеты и звезды], и теми, которые изобретены самими людьми [другие божества].) Иудеи, находясь в союзе-завете с Богом, утверждали, что поистине «познали» Бога.

4:9. Следуя правилам риторического обличения, Павел использует резкий язык: он не уверен, что галаты познали Бога, даже теперь. «Вещественные начала», начатки знаний или «принципы» (NIV), к которым они ныне возвращаются, возможно, «духи» природы — они обычно поклонялись им как богам (4:8). Наиболеесильными среди них считались астральные духи (4:3), связанные с особыми днями и сезонными ритуалами (4:10).

4:10. В иудаизме был свой священный календарь, в котором отмечались святые дни, новомесячья, субботние годы и т. д. Павел говорит о том, что, возвращаясь к церемониальной религии, галаты возвращаются кязыческому рабству, к власти этих духов небесных (4:3,9). С точки зрения ритори-.ческого искусства, здесь использован прием преувеличения: иудаизм и язычество имели мало общего. С точки зрения опыта, однако, они заменяли Духа (3:2; 4:6) преданиями и обычаями. Некоторые комментаторы считают, что Павел здесь связывает обожествленные элементы язычества (4:8,9), которые соответствуют в иудаизме ангелам природы, с ангелами, которые дали закон (3:19); хотя такую связь обнаружить трудно, Павел приводит отрицательный образ, по меньшей мере, это возвращение взрослого человека под опеку или под охрану раба.