Чтение онлайн

– Ладно, ладно.

С видом покладистого мальчика Джонни обошел их живую композицию и, открыв дверь одним из своих ключей, зашел внутрь.

– Наконец-то мы одни...
– сладострастно прошептал Ватанабэ, вытягивая из брюк ремень.

– ... Социализация - мать порядка!
– грянул за дверью знакомый голос, сопровождавшийся басовитым свистом и звонким шлепком. Раненым зверьком вскрикнула девушка.
– Вести себя в учебном заведении надлежит прилично и не вызверяться! Даже несмотря на то, что девяносто пять процентов окружающих - дол-бо-клю-и!

Старший, навострив уши, прислушался. Новых шлепков не последовало. Вместо этого острый тренированный слух уловил звуки становления кого-то на ноги и бряцанье ременной пряжки.

– Профилактика - великая вещь, - заявил голос Сэма, заправлявшего ремень.
– Скажи спасибо, что за этих двух долбоклюев полагается только один, и очень слабый.

– Ватанабэ, - свирепо, но с предательской дрожью в голосе, отзывалась Китами.
– Когда-нибудь я тебя убью за эти сеансы порки!

– Видимо, надо было хлестать побольше, - подозрительно звякнув пряжкой, отозвался Сэм.
– Китами, заруби себе на носу: я буду пороть тебя, как сидорову козу, если ты не воздержишься от своих старых замашек.

– Да пош-шел ты! Тоже мне нашелся, воспитатель, - беззлобно выругалась девушка.
– Чего ты ко мне прицепился?

– А того. Думаешь, я не знаю, что ты, как всякий уважающий себя трикстер, ходила сегодня по школе и думала, как отвратно тут все выглядит?

– Ты известный читатель мыслей...
– теперь в голосе девушки совсем не осталось агрессии или какой-либо сердитости. Напротив, в нем появилась мягковатая такая неуверенность.
– И что с того?

– А то. Из тебя человек может выйти.

– Да неужели?

– И не надо мне тут сарказма. Человека из каждого можно сделать. Только сперва сволочь вытравить.

Старший очень не хотел вмешиваться в чужой разговор, но по долгу службы имел право наплевать на приличия. Поэтому он запихнул ключ в нужное отверстие и распахнул дверь.

Одергивающая форменную юбку академии Дзюнко стояла напротив поправлявшего ремень Сэма. Раскрасневшаяся девушка угрюмо глядела в сторону своего нежданного воспитателя. Услышав, как открылась дверь, она перевела тяжелый взгляд на старшего.

– Я так и знал, - сказал он, бесстрастно встретив ее глядение.
– Все бы молодым бегать да бегать.

– Они такие, - солидно согласился Сэм, ненароком шагнув вперед и став так, что Дзюнко вдруг оказалась за ним. Словно под защиту ее взял коварный толстяк.
– Отслеживание работает?

– Работает, - кивнул старший.
– Ее даже Дюбуа смог засечь.

– Вы о чем?
– Китами почему-то хотелось дернуть Ватанабэ за рукав. Так она привлекала внимание отца в детстве, когда задавала какой-нибудь из бесчисленных детских вопросов. Однако сейчас подобный жест был бы совсем не к месту. Поэтому она просто спросила.
– Какое отслеживание?

– А это, Китами, дело старых коварных дяденек, - обернулся Сэм.
– Просто помни, что теперь тебя найдут, куда бы ты ни побежала. Это на всякий случай.

– Ясно, - коротко ответила Дзюнко.

Итак, за ней установлена непрерывная слежка. Скорее всего, жучок. Вопрос лишь в том, в одежде сидит это устройство... или в ней самой? Мало ли, что могли вколоть те врачи...

– Я ее заберу?
– несколько настороженно осведомился старший.
– К директору же надо отвести, формальности всякие...

– Забирай. Только...
– Ватанабэ сделал еще шаг вперед, окончательно отгородив Дзюнко от главного конвоира.
– Я ее уже наказал. Так что держи своих архаровцев подальше, ладно? И научи их, как себя с гражданскими вести.

– Не волнуйся, - ответил старший.
– Шеи мылить я им долго и со вкусом буду. Только ты своему бойцовскому уборщику вели не брать моих ребят в удушающие захваты. Рэмбо недоделанный...

– А ты не завидуй, не завидуй, - хмыкнул Сэм. Он вновь обернулся к Китами.
– Все, иди с дядей и больше не шали.

Девушка шагнула мимо толстяка к конвоиру. И почувствовала, как на плечо ей легла большая мягкая рука. Сэм чуть заметно улыбнулся, глядя хитрым глазом поверх очков.

– Ты не обижайся. Но человека я из тебя сделаю.

Не ответив, Дзюнко прошла дальше. Старший посторонился, пропуская ее к выходу с крыши, а сам пристроился сзади.

Спускаясь на первую ступеньку, она украдкой оглянулась. Ватанабэ достал из внутреннего кармана пиджака длинную коричневую сигару и сейчас раскуривал ее, попыхивая темным серым дымком. На Китами и ее сопровождающего он не смотрел.

Странный он все-таки, этот Ватанабэ. Получается, это он устроил ее перевод в эту "академию". Зачем-то. Затем, чтобы "сделать из нее человека". Что он имел в виду? Зачем ему это все? И почему он опять вздумал устраивать ей порку, пусть и не публичную в этот раз? Из-за того, что она использовала эти свои проклятые способности, чтобы напасть на человека? Так он сказал. Но при чем тут угаданная им неприязнь к школе, появившаяся с первых минут?

Странный он все-таки, этот Ватанабэ.

Они спускались по лестнице и преодолели уже половину ступенек, когда навстречу пронесся вихрь. Вихрь имел обличье молодой девушки в ярком платье радужной расцветки, обладавшем короткостью подола и глубиной выреза, достаточными, чтобы считать сей предмет одежды соблазнительным для мужского глаза. Соблазниться было чем: стройная незнакомка обладала всеми признаками привлекательности тела и лица. Даже выкрашенные в платиново-белый цвет волосы, казавшиеся слегка неестественными, совсем недурно обрамляли курносое европейское личико со спокойного оттенка помадой на губах.

Девушка остановилась на лестничной площадке прямо напротив спускавшихся. Она улыбнулась Китами, широко и чуть глуповато. Затем перевела чуть пустой и слегка фанатичный взгляд на ее сопровождающего.

– Он там, да?!
– громко спросила она.

– Э...
– скрепя шестеренками мозга, замялся старший.
– А... Да, он там. На крыше.

– Попался!
– простецкие глазки незнакомки хищно заблестели.
– Никуда не скроешься от Дженни Паттерсон! Спасибо!

И, вскочив на нижнюю ступеньку, девушка цокающим каблуками ураганом проскочила мимо них. Старший довольно усмехнулся.