Чтение онлайн

Судорожно застегивая пуговицы, Учики смотрел на девушку и с трудом удерживал рефлекторные слюни восхищения. Все же неистребима в женщине тяга стать еще красивее, чем сделала ее природа. И у Кимико, в отличие от иных своих сестер по самоусовершенствованию, быть красивой получалось отлично.

С первой же стипендии, выплачиваемой приезжим, девушка обновила гардероб. И сейчас на ней было одно из новых платьев, не очень по сезону, открывающее трогательные чистые плечи и аккуратную шею, но от груди закрывающее тело весьма целомудренно. Умело добавленные к светлой, похожей на молоко со сливками, ткани крупноватые рюши смотрелись очень к месту. Платье прямым текстом говорило, что выход в свет каждый день не случается. Распущенные и тщательно причесанные волосы падали на открытые плечи чарующим черным водопадом. Умело нанесенная неброская косметика дополняла картину, едва не свалившую впечатлительного Учики на пол. Скромно цокнув каблучками белых туфелек, Инори смущенно сказала:

– Надеюсь, я не переборщила...

– Э...
– выдал свою коронную фразу Отоко.
– Н-нет...

Юноша героически поборол собственные глаза, так и норовившие скользнуть к едва прикрытым платьем коленям Инори, и принялся яростно терзать непослушные пуговицы. Как оказалось, его решение надеть свежую черную рубашку с широким воротом создало хороший контраст с облачением Инори. Выпустив ее из любимых черных же джинсов, глянувший в зеркало Отоко с ужасом понял, что сейчас смотрелся вполне типичным юным плейбоем. Разве что у тех волосы не такие лохматые.

Маки снова на миг оторвался от наладонника и, поправляя очки, произнес:

– Метросексуально.

Сразу уподобившийся цветом лица пожарной машине Учики поспешил вывести Инори в прихожую бокса, где поспешно натянул запасную пару обуви. После чего молодые люди в крайнем смущении покинули общежитие.

К счастью для робкого Учики, в метро на них не глазели. По Меркури, как выяснилось, разгуливали и куда более весело смотрящиеся личности. На входе в вагон их с Инори чуть не столкнул на пути бледнолицый мужчина в рваном сером плаще, под которым бряцала утыканная булавками футболка. Неизвестный панк даже не извинился, только скользнул по воздушно-легкому платью Кимико непонятным взглядом и был таков. А они поехали.

По пути до нужной станции Инори, по доброй традиции, пыталась завязать беседу, а Учики, по не менее доброй традиции, позволил ей превратить диалог в монолог. Все-таки никогда он не был силен в светских беседах, особенно с девушками. Особенно с такими красивыми. Особенно с такими, в которых был влюблен. Бедолага пугался лишний раз взглянуть в ее сторону, что уж говорить о языке.

На выходе со станции метро они встретили Канзаки, женщину-Крестоносца, помогавшую спасти их в Токио. Так, как выяснилось, жила неподалеку. Совсем взрослой и красивой женщины Учики и вовсе застеснялся, уподобившись бревнышку, таскаемому несчастной Кимико. Со старой знакомой они, впрочем, быстро расстались, направившись к театральному центру.

Рядом с самим центром, похожим на большой темный куб с застекленным нижним этажом, ютилось небольшое кафе с незатейливым названием "Рассвет". Сюда, очевидно, было приятно заглянуть, провожая девушку после очередного представления. О таком прицеле заведения недвусмысленно говорили мягкие, какие-то до крайности интимные и романтичные тона интерьера. И, конечно, обилие уютных кабинетов с перегородками, очень похожих на японские приватные кабинки в клубах двусмысленной направленности. Учики прочувствовал момент, когда они с Инори переступили порог кафе.

В интимной полутьме их уже ждало чудовище. Оно носило голубые джинсы, украшенные модными потертостями, черный топ под тонкой белой курточкой и черные солнечные очки. Совсем как у Ватанабэ. Чудовище стояло, прислонившись к стене, очевидно, не решаясь усесться в один из кабинетиков, и притопывало ногой в ботинке на толстой подошве. Длинные каштановые волосы стекали по плечу, подвязанные хвостиком. Эрика в гражданском оказалась сурово неформальна.

Услышав, как открылась входная дверь, девушка поспешно обернулась и поверх очков посмотрела на вошедших. Физиономия ее сразу приняла несколько растерянное выражение.

– Ого, - вместо приветствия сказала Эрика.
– Нет, я, конечно, все понимаю... Но... Хе... Слово "опера", кажется, сбило тебя с толку, Ким.

Учики, первым разглядевший облик их спутницы, сперва ощутил удар шпалой по голове фамильярным обращением "Ким", а затем - удар рельсом под дых от осознания того факта, что они с Инори все-таки вырядились совершеннейшими клоунами. На фоне потертых джинсов и пролетарского топа украшенное рюшами платье и попахивающая мажорством рубашка навыпуск смотрелись странно, если не сказать - смешно. Нет, Отоко мог понять собственную неловкость в выборе наряда - он никогда не был культурным животным, не бегал по клубам и свиданиям. Но Инори-то с чего вдруг оделась так роскошно? Она же девушка, должна понимать, что и когда... И когда это Эрика начала звать ее "Ким"?!

– Ну...
– невольно краснея, Инори повела открытыми плечами.
– Так вышло. Хотелось нарядиться...

– И получилось, не спорю, - отстранившись от стены, Эрика сложила руки рамочкой и, прищурив один глаз, принялась разглядывать собеседницу.
– Тебе в таком виде только на бал. Хорошо выглядишь.

– Спасибо, - Инори покраснела сильнее.
– Я ведь в первый раз на новом месте выхожу... ну, в свет, понимаешь?

– Да, тебе самая дорога в светские дамы, - хихикнула Эрика и одернула полы курточки.
– А я вот по-простому. Не люблю платья.

– И зря, - тут же цокнула каблучками Кимико, оказавшись рядом и легонько тронув девушку за плечо.
– Когда ты была в форме, юбка тебе очень шла. Наверняка подошло бы и платье.

– Я его не носила с тех пор, как...
– начала было Эрика, но вдруг осеклась. А в следующий миг палящий подобно сброшенной с неба горючей смеси взгляд ткнул Учики под сердце.
– Кстати, о птичках... О юбках, то есть... Готова поспорить, это вот этот тип тебя подбил вырядиться.

Успевший уже почувствовать себя неприметным фикусом, Учики от неожиданного внимания зябко поежился. Казалось, новая знакомая задалась целью умертвить его, но только без помощи рук, ног и предметов окружающей обстановки. И, если честно, еще пара таких взглядов вполне могла начать сказываться на общем состоянии здоровья несчастного юноши. Как минимум, неприязненные синие жала могли образовать на нем дырку.

– Вовсе нет, - Инори заложила руки за спину, отчего совершенно уподобилась девушке с картинки из какого-нибудь журнала.
– Самой в голову пришло. А Чики-кун, кстати, хорошо выглядит.

– Гламурный подонок, - отвернувшись от обсуждаемого, бросила краткий вердикт Эрика.
– Ладно, в общем, надо есть. Я голодная.

– Ой, я тоже!
– оживилась Кимико.
– Сегодня же занятия шли дольше обычного.

– Ага.

Эрика первой двинулась к одному из отгороженных кабинетов, приглашающе махнув рукой. За ширмой расположился широкий стол с удобным сплошным диваном вместо стульев, огибавшим стол полукольцом. Эрика моментально скользнула по правую сторону, Инори последовала за ней. Чуть помедлив, Учики присел слева.

Услужливый официант принес меню, они сделали заказ. А дальше началось время испытания стойкости духа. Отоко сидел, молчал, слушал обильный поток разговоров двух недавно познакомившихся девушек, стараясь выглядеть не слишком навострившим уши. На его счастье, лишь изредка Инори пыталась втянуть юношу в разговор, но ее почти сразу уводила в сторону Эрика. Сама же Эрика ограничивалась болезненно-суровыми взглядами и короткими репликами: "А и черт с ним", или "Да чего он знает". Ее откровенно негативный настрой по отношению к нему казался каким-то ожесточенно показным.