Чтение онлайн

– Ясно, - без лишних слов ответила она. Пистолеты, классические "Беретты" с вырезами стволов, перекочевали к ней за пояс. Рачительная Мегуми забрала у покойных и запасные рожки к автоматам, по два на человека. Ватанабэ рассовал свои по карманам и первым двинулся в коридор.

– Может, убрать трупы?
– тихо спросила девушка, со вскинутым автоматом шедшая следом за толстяком.

– Не надо, - ответил он.
– Командир уже в курсе, что двое убиты.

– Откуда?

– Сейчас...

Осторожно выглянув за угол, толстяк поспешно просеменил вперед и позвал Мегуми за собой. Короткими перебежками они принялись плутать по коридорам. Сэм вел ее куда-то, но казалось, сам не понимал, куда. Вскоре неподалеку послышался топот. Ватанабэ мгновенно нырнул в ближайшую незапертую дверь, утягивая Канзаки следом.

Непонятно было, как сейчас текло время. То ли прошло не больше пары минут, то ли уже минул час - Канзаки сказать не могла. Она знала только, что где-то поблизости прошли террористы. А они с Ватанабэ затаились.

Комната, в которую они проникли, оказалась, очевидно, гримерной. По крайней мере Канзаки, не очень разбиравшаяся в перипетиях устройства театров, так восприняла помещение с дюжиной крупных зеркал у стены, вешалками, на которых умостилось черт знает что, и запахом нервного пота. Все это она успела разглядеть привыкшими к темноте глазами, пока Ватанабэ, прильнувший к стенке у двери, вслушивался в звуки, что шли из коридора. Автомат он почему-то держал расслабленно в опущенной руке. Похоже, толстяк не нервничал совершенно. Даже дыхание его оставалось ровным и глубоким. На секунду у Мегуми промелькнула крамольная мысль: "Лишь бы он там не заснул".

Текли секунды, слагаясь в кирпичики минут. Сэм неподвижной статуей караулил у двери. Мегуми ушла вглубь гримерной и, помявшись, села на один из беспорядочно стоявших стульев. Выбивавшийся из-под двери свет коридорных ламп желтым туманом стелился понизу. И только где-то слышалась стрельба, вскоре стихшая.

Наконец, Ватанабэ отлип от стенки.

– Не успели, - тихо сказал он.

– Что?
– не поняла Мегуми.

– Они не успели нас найти, - пояснил толстяк.
– Снаружи пришла полиция. Их слишком мало, чтобы заниматься нами. Нужно держать выходы и входы в здание.

– Откуда вы знаете?

Сэм криво усмехнулся, что было заметно даже в полутьме комнаты. Свободной от оружия рукой он коснулся головы и постукал пальцами по виску.

– Их сорок один человек. Двадцать один мужчина, девятнадцать женщин и командир. Теперь мужчин уже девятнадцать. Охранники в здании нейтрализованы.

– Кто они такие?
– опустив руки на автомат, лежащий на коленях, спросила Мегуми.
– Это же захват заложников, так?

– Так, - кивнул Сэм.
– Зал взят под контроль, сейчас там устанавливают взрывчатку. В течение часа собираются объявить свои требования.

– Что за требования?

– А вот это самое смешное, - Сэм забросил автомат на плечо.
– Тот, кого я взломал, знал об их требованиях какую-то чепуху. Он палестинец и знает, что командир и его помощники потребуют выдачи Дидье.

– Первого председателя освободительного корпуса Крестоносцев в Израиле?

– Его самого. Среди террористов есть группа палестинцев, которые хотят лично посчитаться с ним за разгром Последнего Джихада. Оба трупа раньше состояли в рядах этих фанатиков. Только вот в чем загвоздка...

Толстяк задумчиво потер подбородок.

– Палестинцы и арабы - не единственные в группе. Часть мужчин и женщин - из Индии, воспитанницы и воспитанники секты "разгневанного Махатмы". Часть - вообще из Латинской Америки. Индийцы требуют вывода Крестоносцев с их земли, латиносы - прекращения войны против партизан. Интербригада, честное слово. Труп не совсем понимал, как и почему так вышло. Но объединяет их одно - они ненавидят Союз. Ну, и еще они все идиоты.

Озадаченная Канзаки не сразу расслышала последнюю фразу. Вот оно как повернулось... Арабы, индусы и люди из Южной Америки. Из трех регионов, где все еще было неспокойно после пришествия Крестоносцев и "CDM". Перенаселенная и нищая Индия всегда была проблемой, там часто разгорались гражданские антицерковные и антиевропейские волнения, поэтому контингент Крестоносцев был самым широким. Разоренная во время Последней войны и украшенная сразу двумя зонами отчуждения на манер токийской палестино-израильская область являлась источником террористов и радикалов традиционно, и только после пришествия туда сурового Крестоносца Дидье мощнейшее движение современных федаинов под названием Последний Джихад было разгромлено и притихло. А вот на территориях стран Латинской Америки беспокойства начались только недавно. Напрямую, конечно, Крестоносцы и "CDM" в тамошних гражданских войнах не участвовали, но вот всяческую поддержку режимам, что выражали лояльность к Синоду и Союзу, всячески оказывали. Это и было причиной крайнего недовольства большого числа граждан Боливии, перу и прочих маленьких стран, живших в зоне трети год не прекращающегося конфликта, распадающегося на дюжину конфликтов поменьше.

И вот представители трех проблемных регионов, только два из которых касались Союза напрямую, собрались в театральном центре в Меркури, чтобы выдвинуть совместные требования. Странно это как-то. Никогда еще отдельные группы противников европейской гегемонии не действовали совместно. Они, конечно, могли помогать друг другу по мелочи, но совместный теракт...

Тут она услышала слово "идиоты" и встрепенулась. Разумеется, Ватанабэ мог просто сказануть это просто так, как всегда, паясничая. Но, может быть, он что-то еще узнал?

– Почему идиоты?

– Потому что рядовые террористы искренне верят в то, что захват осуществлен с целью добиться от Синода выполнения их условий. А значит, они идиоты.

– Не поняла, - озадаченно сказала Мегуми.
– Почему?

– Да потому что они сами не понимают, в каком терроризме участвуют.

Ватанабэ на миг прислушался к неясным шумам за дверью, затем отшагнул от нее и заговорил чуть громче.

– Терроризм как способ политического управления социумом путем превентивного насилия исчерпал себя еще в конце двадцатого века. Максимум, чего можно достичь такими вот акциями - тактические уступки от правительств. Ты что, думаешь, что Синод действительно уберет Крестоносцев из Индии, стоит им пригрозить убить всех сидящих в зале? Да никогда этого не будет.

– Ну...
– она помедлила.
– Честно говоря... Не думаю, что в этот раз пойдут на уступки. Раньше же не шли.

– Вот именно. Поэтому требования их - пшик. И разношерстному составу эти требования не помеха. Нет, тут цель явно иная. Не зря они выбрали захват заложников.

– В смысле?

– Все женщины носят на себе пояса со взрывчаткой. Они могли бы просто массово подорваться в разных местах, как на Ближнем Востоке. Но зачем-то собрали группу для захвата. А ведь захват заложников - самый эффектный из терактов. Одновременно, он мало подходит для достижения глобальных целей вроде ввода войск. Максимум - выпустят из тюрьмы кого-нибудь или денег дадут. Нет, тут явно дело не в требованиях. Стоп. Захват заложников создает максимальный резонанс в обществе. Если дать информации просочиться. Не понимаю...

Ватанабэ вновь задумчиво почесал подбородок.

– Что?
– пытавшаяся переварить неожиданный ликбез по терроризму Мегуми звучала почти нетерпеливо.

– Какой может быть резонанс, если, наверняка, запретят даже трансляцию с улицы? И запустят поисковые "церберы" в сети? На что они рассчитывают? Если только...

В полутьме гримерной толстяк принялся вертеть в руках автомат. Непроизвольно нащупав на коленях свой, Канзаки снова спросила:

– Что?

– Машинка-то явно не из дешевых. Это же модификация М4, из тех, что выпустили прямо перед появлением магнитного разгона пули.