Чтение онлайн

Выйдя на улицу, я со счастливой улыбкой вдохнула морозный воздух.

Несмотря ни на что, месть удалась!

***

Стоянка современных извозчиков находилась за углом здания. По дороге туда, увлекшись описанием Максу пропущенных им событий, я не сразу поняла причину его остановки.

Из узкого проулка между домами, с искаженным от ярости лицом, на нас, покачиваясь, шел отвергнутый мной 'кавалер'.

Схватив Максима за руку, я попятилась назад, пытаясь просчитать ситуацию. Мужик пьян, причем сильно, поэтому у нас есть все шансы убежать, даже несмотря на мои высоченные каблуки. Но отступление было неожиданно прервано. Кто-то, подкравшись сзади, обхватил меня за талию. Вонь от перегара и давно немытого тела окутала тошнотворным коконом, не давая вздохнуть.

– Ты смотри, Саныч, девочка ко мне больше хочет, - руки сжались плотнее, почти подняв меня над землей.

Друг, сначала растерявшийся от неожиданности, подлетел к нам и попытался отбить меня от отвратительного типа. Но что может сделать восемнадцатилетний пацан, никогда не занимавшийся никакими боевыми искусствами, против двух матерых мужиков? 'Ухажер' из клуба, успевший подойти к нам, особо не замахиваясь, ударил защищавшего меня парня. Тот упал. На снегу появились красные пятна. Именно они, почему-то испугали меня больше всего.

Думай. Думай. Думай.

Но в голове билась единственная мысль: 'Только бы не убили!'.

Мои попытки вырваться или причинить хоть какой-то вред своим обидчикам оканчивались поражением. Заткнув рот грязной тряпкой, от которой несло соляркой и чем-то протухшим, меня отволокли в подворотню. Прислонив лицом к облупленной штукатурке здания, кто-то из них, одной рукой удерживал мои запястья, а другой пытался стащить колготки и белье. Я брыкалась, пытаясь освободиться, извивалась, обдирая о неровную стену лицо, но на это никто не обращал внимания.

Что произошло, я поняла не сразу. В один момент куда-то делись лапы недочеловека истязающие мое тело, меня развернули и вытащили изо рта ветошь.

Я ждала удара, продолжения пытки, но только не того, что меня притянули к крепкой, груди и обняли.

– Вася, - на выдохе, еле слышно, но я все равно узнала этот голос.

Артем.

От него приятно пахло корицей и еще чем-то очень мужским, какой-то... надежностью, наверно. Хотя, как может пахнуть надежность?

Я глупо хихикнула. Мой враг, над которым я издевалась весь вечер, спасает меня от насильников. Смешок перешел в хохот. Мне не было весело, но остановиться не могла.

Полянский, немного отстранившись, ощутимо ударил по лицу.

Сначала затихла, а потом меня затрясло от плача. Артем, прижимая к себе, что-то тихо шептал на ухо и гладил по голове, как маленькую девочку. Я вжималась в него всем телом, и казалось если он отойдет хотя бы на шаг, то упаду и больше не поднимусь. Вокруг нас ходили люди. Кто-то кричал, кто-то задавал какие-то вопросы, но мой мир сузился до одного человека, только его руки и его биение сердца отгоняли панику, завладевшую моим рассудком.

Постепенно я успокоилась, осталась только напряжение сковавшее тело и вызывавшее мелкую дрожь. Прислушалась к тому, что нежно шептал спаситель, легко раскачиваясь, как будто убаюкивая.

– Дурья твоя башка, и какого хрена ты поперлась в клуб в таком виде? Мозгов нет. Инстинкта самосохранения тоже. Придем домой, выпорю так, что неделю сидеть не сможешь. И за что мне такое наказанье только? Ну, тише, тише, маленькая. Все хорошо.

Резкий контраст между интонацией и тем, ЧТО он говорил, заставили окончательно прийти в себя.

Мало мне тут досталось, меня еще и пороть собираются!

– Успокоилась?
– видимо почувствовав изменение моего состояния, тихо спросил Артем.

– Угу, - промычала куда-то ему в рубашку. Но тут же встрепенулась, подняв голову.- Как Максим?

– Живой твой сообщник, ему просто нос разбили.

Упс. Я съежилась под прищуренным взглядом. Сейчас мне еще и за баб перепадет.

– Расслабься, я - не изверг. Но просто так этого не оставлю.

Что-то мне не нравится это выражение лица.

Полянский снял незастегнутое пальто и накинул мне на плечи.

– Поехали домой, аферистка.

***

Войдя в квартиру, первым делом отправилась в душ. С остервенением терла себя губкой, пока кожа не приобрела малиновый оттенок. Отчего-то казалось, что от грязи, налипшей на меня с прикосновениями насильника, не помогут ни мыло, ни мочалка. В ванной я проторчала очень долго, пока Полянский не забарабанил в дверь, с обещанием вынести ее к чертовой матери через пять минут, если я не выйду. Не став дожидаться столь радикальных мер, надела длинный махровый халат и выползла из ванной.

Артем внимательно посмотрел на мое лицо и, кивнув головой в сторону спальни, сказал:

– Иди, укладывайся, я скоро зайду.

М-да. На голове тюрбан из полотенца, физиономия опухшая и красная, глазки заплыли от недавних слез - красотка, одним словом.

– Можешь не утруждать себя, - задрав подбородок, продефилировала мимо.... Даже в мыслях у меня не получилось назвать его врагом.

Порывшись в комоде, достала с самого дна ящика старую фланелевую ночную рубашку. Длинная, до пят, на несколько размеров больше, чем нужно, она была страшненькой, с оторванной тесемкой, но такой мягкой, теплой и уютной, что когда мама предложила ее пустить на тряпки, я с возмущением отказалась. Сейчас мне очень хотелось хоть какого-то тепла и уюта, пусть хотя бы от вещи.

Как и обещал, скоро пришел Полянский и поставил на тумбочку перед кроватью стакан с какой-то мутной жидкостью, вызывающей опасения, что меня решили все-таки отравить, чтобы сама не мучилась, и другим жить не мешала.

– Выпей. Это снотворное. Детское. На травах, - Артем, засунув руки в карманы брюк, смотрел в окно.

– А почему детское?
– я решилась взять в руки стакан.

– Извини, но в ближайшей аптеке кошачьего не было. Пей, давай.

Посмотрев на парня, стоящего все в той же позе, глотнула неожиданно приятное на вкус лекарство.

– Спасибо.

Кивнув, мой бывший враг вышел, а я довольно быстро забылась беспокойным сном.

***

Проснулась необычно поздно, но все равно чувствовала себя не выспавшейся уставшей и разбитой. Совершив утреннее омовение, выползла на кухню, где весело насвистывая, и задорно гремя посудой, хозяйничал мой брателло.

– О! Васелиска! Хочешь сосиску?
– глупо гоготнув над собственной импровизацией, Илья поставил на плиту кастрюльку с водой.