Ну, понеслось!
Шрифт:
Ох, опять эти мои крайности. И любовь к самокопанию, как говорит Юлька: "Люд, ты опять на своей волне?!"
И Даша, как мне нужна Даша, она своим трезвым рассуждением расставит все по своим местам.
Поднимаясь из-за столика, я столкнулась с этим самым... директором.
***
Я вошел в свой собственный кабинет, большую светлую комнату с двумя нестандартными окнами. Одно из них выходило на длинную сосновую алею, а из другого можно было обозревать огромный особняк вожака клана.
Захотелось придушить Тео: "Тут все работает как часы, ты только следи!". Пока все только взрывается! Ну не руководитель я. Начальник охраны, командир отряда бойцов, но не руководитель офисного подразделения! Как меня все достало...
Сейчас этого урода, лисьего посланца, чуть не убил голыми руками и Люде ни за что досталось. Хотя, ее возмущение было справедливым, но все равно не стоило выходить из себя и давать волю гневу. А ведь этой мрази, Эрнану-лису, я и руки не подам... И не подавал!
Я ведь совсем не на нее разозлился, ей с этими рыжими мстительными гадами, не стоит связываться! А она обратила внимание этого... тфу на себя.
С утра я поехал в соседний город к Максу, захватив с собой Никиту, который там учился, как он выражался, на "надёжу нации" - а попросту, он оканчивал художественное училище. Скромный наш.
Это Тео разболтал молодь так, что они себя в двадцать лет классиками мнят. При жизни, угу.
Мне надо было сосредоточиться и обдумать план, а Никитка под руку болтал не умолкая.
– Тихо, - властно сказал я.
Олень насторожился, испуганно осматриваясь, затем обиженно выдохнул:
– Дурак ты, волчара, и шутки у тебя дурацкие!
– Эээ, полегче с вожаком! И вообще... нельзя так со мной разговаривать!
– Ага, скажи еще, полегче с хищником!
– Ладно, уел, мелюзга...
– усмехнулся я. Вот балабол, так и не дал по дороге обдумать, как лучше до Макса добраться.
– Говорят, волк-одиночка наконец нашел себе пару?! На пляже...
– нахально улыбаясь, спросил молокосос.
– У нас ничего нельзя сохранить в тайне!
– "возмутился" я, усмехнувшись, протягивая Никите пакет с фисташками.
– И не сори с машине, рогатый, а то драить заставлю...
Я оставил парнишку возле вокзала, оттуда ему пять минут пешком пройти, и поехал к окраине, в район элитных особняков.
В доме Макса-старшего отсутствовала даже охрана, так что я вошел свободно. Сам Макс напоминал сейчас что-то амебаподобное: мятый, истасканный, опустивший донельзя. И как с таким разговаривать?! А я приехал в надежде, что он осадит своих, пока я собственноручно не вмешался.
– А... помощничек пожаловал, ну входи, входи... нравится?!
– злорадно закудахтал Макс, вот так и не поверишь, что у них с Максом-младшим одна кровь.
Я нехотя шагнул в замызганную комнату.
Когда-то это помещение служило хозяевам дома столовой - прямоугольное помещение, сообщающееся через арку с гостиной, а через служебное окошко - с кухней. Но сейчас здесь не пойми что, а от столовой остался когда-то великолепный дубовый, а сейчас просто громадный обшарпанный стол.
Беда... Кого он приструнить может?! Потому полосатые и обнаглели...
Черррт, еще и Люда рядом со мной засветилась, они ее теперь в покое не оставят!
Надо Никитку и прочих мальчишек предупредить, что стая Макса осталась без контроля...
– Нравится?!
– взвизгнул Макс. Руки его тряслись, глаза слезились, я бы его даже пожалел, если бы слишком хорошо не помнил всех кто погиб по его милости! Ничтожество!
А тут ко всему еще этот физик-оружейник пропал!
– Не истери, Макс! Нет, мне не нравится. И хватит ныть! Собирай стаю и живи как раньше! Не трать силы на жалость к себе...
– Тебе легко говорить, тебе ни за что стаю по дружбе подарили...
Я дальше слушать не стал, развернулся и вышел...
Как же этих визгунов приструнить, куда пристроить стаю гиен?! И Тео с отдыха выдергивать не хочется, он заслужил отпуск как никто другой! Опять мне разруливать...
Вернувшись, я вызвал к себе Людмилу, но вновь все испортил!
Чуть позже я накостылял Эрнану и приказал не приближаться к семье, пока я не выясню, что он сделал, что жена и маленьким ребенком сбежала из дому.
Теперь сижу, схватившись за голову... Если можно было себе набить морду, я бы это уже исполнил с особенным ожесточением...
Дурак, и чего добился, обидев Людмилу?! Отдал ее собственноручно Максу младшему?! Вечно, сначала делаю - потом расхлебываю...
Я тяжело поднялся и пошел искать...
***
Я уставилась на его, открыв рот, потом засмеялась. Это было так слишком нелепо. Нет, это было уже слишком! Моя психика уходит в отпуск.
– Кирилл Борисович, опять вы?!
– это прозвучало как " Да за что мне это?!"
– Я - извиниться...
– очень мягко сказал он.
– Давайте я вас провожу или поужинаем здесь...
– он обвел взглядом кафе.
– Как вы меня нашли?!
– сквозь зубы выдала я, пальцами стискивая сумку словно чью-то шею.
– Как я только разобрался с Эрнаном, я кинулся искать вас...
Эрнан? Разобрался?!
Воцарившееся между нами молчание было самым громким молчанием, которое я когда либо с кем либо делила. Мне не хотелось смотреть на него не то, что обсуждать случившееся.
Мы не шевелились. Смешная ситуация нарастала, наконец он сказал:
– Я не знаю из-за чего, но с вами я себя не узнаю. Постоянно веду себя как... как не знаю кто... Обычно я не так груб, как сегодня...