Чтение онлайн

– Я позвоню тебе завтра. Нам обязательно надо увидеться… Ты только больше не пропадай, хорошо?

– Я не пропаду, – Алиса с нежностью посмотрела ему в глаза, осознавая в душе, что даже сотая доля ее чувств к нему никуда не исчезла. Волнительные ощущения от близости с ним бросали ее в жар, хотелось держать его за руку, касаться его волос. Но сильнее всего было желание прильнуть поцелуем к его теплым и мягким губам. – Только ты не пропади.

– Я обещаю, я позвоню!

– Хорошо. Я буду ждать. Меня Кира ждет. Я, наверное, пойду. Не буду отвлекать тебя.

– До встречи.

Он выпустил ее руку. Медленно, задерживаясь на каждом ее миллиметре, словно он пропускал сквозь свою ладонь не ее руку, а песок, который струился у него между пальцев.

Алиса в последний раз посмотрела на него полными надежды глазами и, окрыленная, направилась к подруге, напевая по пути незнакомую мелодию, неизвестно откуда взявшуюся в ее голове.

«Спасибо тебе, Господи! Ты исполнил мое заветное желание», – Алиса подняла глаза к небу и с улыбкой вспомнила мятый красный лоскуток салфетки, который навсегда потерялся внутри нее в новогоднюю ночь.

Подруга откровенно скучала на лавочке, одиноко озираясь по сторонам и качая ногой.

– Да ты светишься счастьем! Что, видела? – заметив Алису, она тут же соскочила с места и начала нервно выкручивать себе руки.

– Да!

– И?

– Не поверишь, чем он занимался!

– Да рассказывай уже! Ты что, не видишь, что я сейчас лопну от любопытства!

– Я подошла туда, его, естественно, на улице уже не оказалось. Только какая-то компания парней с граблями на пороге. Если бы не они, я бы просто развернулась и ушла. Но они так меня рассматривали, что я подумала, будет глупо выглядеть, если я вдруг развернусь и уйду, – Алиса остановилась, чтобы отдышаться. Эмоции захлестывали, лишая ее кислорода.

– Ну и?

– Ну и решила, что зайду в магазин, который там на первом этаже, ты же его помнишь?

– Да помню я, к делу давай! – Кира от нетерпения разве что не прыгала на месте.

– К делу, значит. Вот, – она продемонстрировала подруге бутылку с колой. – Выхожу я с этим в руках, разочарованная до безумия. Видеть никого не хочу. И тут слышу свое имя! Представляешь?!

– И?

– Поднимаю глаза и вижу его с лопатой! Вот уж не подумала бы, что он будет сгребать лопатой листву.

– С лопатой?

– Да! У него эта лопата просто выпала из рук! Он был в шоке!

– Ну а потом?

– Потом он обнял меня, поцеловал. Сказал, что очень рад меня видеть, расспросил, где мы живем, устроилась ли на работу.

– И все?

– Нет, не все. Дай сказать, – Алису начинала злить излишняя прыть подруги. – Сказал, что нам надо обязательно увидеться, и что он мне завтра позвонит.

– Иди ты! – Кира расплылась в улыбке. – То есть, ты хочешь сказать, что любовь продолжается?

– Это сказать должен он. Не знаю, что он чувствует по отношению ко мне, и чувствует ли что-то еще вообще, но меня накрыло с головой. Я не думала, что спустя столько времени все еще буду сходить по нему с ума.

– Я рада за тебя. Правда, рада. И, наверное, хотела бы даже извиниться за то, что говорила о нем раньше, – Кира посмотрела в глаза подруге и протянула ей мизинец. – Прощаешь?

– О чем ты говоришь! Конечно! – Алиса взяла ее руку в свою ладонь. – Я с тобой не ссорилась, чтобы мириться. Поедем домой. У меня от пережитого начала кружиться голова. Боюсь, как бы в обморок не упала от радости.

Кира одобрительно закивала головой, подхватив подругу под руку.

Через минуту опустевшая лавочка уже была занята. Жирный, голубого с серым окраса голубь, стащивший пирожок, предусмотрительно раздробил его своим маленьким клювом на множество кусочков и приземлился сюда для того, чтобы уничтожить свою добычу. Его клюв громко стучал по деревянным балкам, разнося по городку звучное эхо.

Весь следующий день Алиса провела в уже знакомом мучительном ожидании. Еще утром она позвонила всем, кому могло прийти в голову побеспокоить ее, и попросила не занимать телефон.

Она уже досконально изучила орнамент на обоях в квартире, узор на занавесках и роспись на обивке мебели. Она выучила номера всех автомобилей, припаркованных во дворе, а также клички собак, которых выгуливали под ее окнами, и имена детей, которые игрались в песочнице. Через каждые десять минут она выходила на балкон, чтобы посмотреть, не садится ли солнце.

Кира, которая терпеливо наблюдала за происходящим добрую половину дня, в итоге не выдержала, сбежав «по магазинам». Алису это не сильно волновало, она сама злилась на то, что не может взять себя в руки. Но эмоции оказались сильнее. Не помогали ни валерьянка, ни любимый шоколад, ни просмотр старых фильмов. Не помогало ничего.

Она нарезала круги возле стола с телефоном, словно выполняя языческий обряд приворота.

Когда солнце показалось в верхней части окна, Алиса поняла, что скоро вечер.

– Да что же это такое! Ты будешь звонить или нет, проклятый аппарат! – она докатилась до того, что начала кричать на телефон. – Ой, мама, что же я делаю? Нет, что же ты со мной делаешь! – продолжила она уже шепотом.

Заставив себя сесть, она сцепила ладони и начала глубоко дышать, считая в уме до десяти. В детстве, когда она очень нервничала или чего-то боялась, ей помогал этот способ.

Закрыв глаза и продолжая считать, она начала успокаиваться.

Наконец, телефон на столе задрожал, распространяя ужасный жужжащий звук по комнате. Но для Алисы в эту минуту это была самая гармоничная мелодия, которую ей доводилось слышать.

Она хотела прыгнуть за телефоном, словно голодная пантера, но взяла себя в руки: «Подумает еще, что я сижу возле телефона, пусть немного подождет».

Досчитав до пяти, она взяла трубку.

– О, привет! А я как раз вспомнила, что ты должен позвонить! – она врала и краснела, но не могла себе позволить признаться ему в том, что живет уже около телефона практически сутки.

– Да! Мы должны были встретиться сегодня… – повисла пауза, значение которой Алисе было известно, отчего она побледнела, ожидая продолжения фразы. – Сегодня никак не выйдет. У нас тут происшествие. Неонацисты или кто-то еще напали на студента-афроамериканца, и меня, как главу профсоюза, тащат в милицию давать показания.

– Ясно, – Алиса села на диван, сдерживая слезы разочарования.

– Давай завтра? Завтра наверняка!

– Конечно! Как скажешь. Это даже хорошо, что у тебя сегодня не выходит. Мне нужно на стажировку вечером, я не знаю, во сколько освобожусь, – Алиса врала, пытаясь замаскировать за этой выдумкой свою боль.