Чтение онлайн

Я останавливаюсь перед ее дверью. На мгновение я задумываюсь о том, чтобы постучать, сделать это вежливо. Но вежливость еще ничего не дала мне в жизни. Я поворачиваю ручку и толкаю дверь.

Она там, выглядит удивленной, но не испуганной. Хорошо. Мне не нравится, когда люди сдаются.

— Нам нужно поговорить, — говорю я, встречаясь с ней взглядом. — Сейчас.

— Почему вы, ребята, никогда не стучите? — Она отвечает, явно раздражаясь.

Уголок моего рта приподнимается в довольной ухмылке. Наверное, Александр, этот ублюдок никогда не был склонен к любезностям.

— Может быть, нам нравится держать тебя в напряжении, — отвечаю я, — но хватит об этом, у нас есть более важные вещи, которые мы должны обсудить.

Смена тона привлекает ее внимание. Забава в ее глазах исчезает, сменившись блеском озабоченности.

— Хорошо, — говорит она, — я слушаю.

Я делаю шаг в комнату, закрывая за собой дверь с тихим щелчком.

— Садись, — приказываю я, жестом указывая на стул у ее стола. Она мгновение колеблется, словно взвешивая варианты, а затем садится.

Обойдя стол с другой стороны, я прислонился к нему, скрестив руки на груди, и встречаюсь с ней взглядом.

— Итак, Эмма, расскажи мне о себе.

— Я уже прошла через собеседования, — начинает она, явно опять раздражаясь. — А в чем, собственно, дело?

Я прервал ее, мой голос понизился на октаву.

— Меня не интересует, что написано в твоем резюме. Я хочу знать, из чего ты сделана, с чем ты можешь справиться. Эта работа не просто присмотр за ребенком. Речь идет о том, чтобы стать частью мира, о существовании которого большинство людей даже не подозревает. Сможешь ли ты справиться с этим?

Она сглотнула, ее глаза немного расширились, но она не разрывает зрительного контакта. Хорошо, у нее есть мужество.

— Сможешь ли ты справиться с неожиданным? — Без предупреждения я отталкиваюсь от стола и сокращаю расстояние между нами, стоя в нескольких сантиметрах от нее. Я вижу, как ее глаза опускаются к моим губам, и не могу удержаться от ухмылки. Я наклоняюсь, мои губы почти касаются ее уха. — Ты справишься со мной?

Ее дыхание сбивается, и я понимаю, что попал именно туда, куда хотел. Она одновременно заинтригована и осторожна — опасная, но манящая комбинация. Я отстраняюсь, по-прежнему не сводя с нее глаз.

— Ты справишься со всеми нами?

Она нахмурила брови, явно смущенная.

— Что ты имеешь в виду под всеми вами?

Я выпустил беззлобный смешок.

— Ты не такая неопытная, какой притворяешься, Эмма. Ты знаешь, что мы за люди. Ты работаешь не только на меня, ты работаешь на всех нас. А это влечет за собой определенные ожидания.

Ее глаза сузились в подозрении.

— И что же это за ожидания?

Я снова наклоняюсь к ней, мое дыхание обжигает ее шею.

— Абсолютное послушание, — говорю я мягко, подчеркивая каждое слово. — Полная свобода действий. Никаких вопросов. Как думаешь, ты справишься с этим?

— Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду, — наконец говорит она, ее голос ровный.

— Играешь в жеманство, да? Мы оба знаем, что ты не настолько наивна, Эмма. — Я наклоняюсь к ней так близко, что чувствую запах ее духов.

— Я действительно не…

— С кем ты переписывалась в последний раз, Эмма?

— Это тебя не касается, — отвечает она с вызывающим видом.

— Ты что-то скрываешь, Эмма? На кого ты работаешь? — Я беру ее за подбородок и заставляю поднять на меня глаза. Ее губы подрагивают, как будто она собирается что-то сказать, но решает не делать этого. Тепло ее кожи — разительный контраст с холодом моих рук. Она словно воплощает в себе все то, чего так не хватало в моей жизни: теплоту, невинность, уязвимость. Но это делает ее еще и опасной, опасно соблазнительной.

Ее глаза расширяются, она явно смущена.

— Я действительно не понимаю, что ты имеешь в виду, но ты можешь взглянуть на мой телефон. Вот, пожалуйста.

Я беру телефон и быстро пролистываю ее сообщения, останавливаясь на последнем разговоре с кем-то по имени Кейт. Цветочные эмодзи украшают тему. Я провожу пальцем по экрану, читая сообщения. Вот что она написала Кейт: "Ладно, они вроде как… горячие. Но это не отменяет того факта, что они меня немного пугают".

Я ухмыляюсь.

— Значит, ты находишь нас горячими? Пугающими, но в то же время… горячими? — Я поднимаю глаза, чтобы встретиться с ее взглядом, в котором смешались смущение и раздражение.

— Это личные сообщения.

— Ты передала мне телефон. Так кто такая Кейт?

— Кейт моя сестра.

— Это правда? Какое отношение к этому имеет твоя сестра?

— Никакого, — защищаясь, отвечает Эмма. — Она просто моя сестра. Послушай, я не знаю, чего ты добиваешься, но мне не нравится, когда меня так допрашивают.

— Я просто пытаюсь разобраться в этих загадочных сообщениях, которые мы получаем, — говорю я, мой голос низкий и серьезный. — А ты, похоже, единственный посторонний человек в этой организации, который может быть с ними связан.

Эмма на мгновение замешкалась, явно просчитывая свой следующий шаг.

— Послушай, я ничего не знаю о каких-либо сообщениях. Я почти никого здесь не знаю. Все, что я пытаюсь сделать, это позаботиться о ребенке и получить деньги.

Я подхожу ближе к Эмме, настолько близко, что чувствую, как учащается ее дыхание.

— Заботиться о ребенке и выполнять свою работу также означает подчиняться мне, — говорю я, мой голос понижается на октаву.

— А что будет, если я этого не сделаю? — Она бросает вызов. Люблю яростных.

— Ты знаешь, Эмма, — начинаю я, убирая ее волосы с лица, чтобы я мог ясно видеть ее, — что случилось с отцом Алины?

Она заикается:

— Н-нет.

— Тебе лучше не знать. — Я ухмыляюсь, позволяя подтексту повиснуть в воздухе. Как раз когда я собираюсь продолжить, мой телефон вибрирует в кармане.

Я не разрываю зрительного контакта, когда достаю его. Не сводя с нее взгляда, я нажимаю на кнопку ответа.

— Что? — Я говорю отрывисто, не желая разрывать напряжение между мной и Эммой дольше, чем это необходимо.

Это Алекс.

— Что-то пошло не так, — говорит Алекс, и в его голосе слышны нотки срочности. У нас могут возникнуть проблемы с операцией "Ледяной укус".

Я скрежещу зубами, чувствуя, как учащается пульс.

— Что за проблема?

— Нарушение безопасности. Нас скомпрометировали. Возможно, это внутренняя работа. Сходи к Трэвису.