Няня для балбеса
Шрифт:
Ее глаза… Довольно часто он встречался с этими серыми омутами, сидя на паре. В ее взгляде он видел заинтересованность, отражающую его собственную, поэтому был совершенно спокоен, когда подошел к ней на той злосчастной вечеринке.
Они отмечали окончание первого семестра, это было в доме Финника. Толпа студентов отрывалась под веселую музыку в сопровождении немереного количества алкоголя.
Пит уже был довольно пьяным, гормоны в молодом, восемнадцатилетнем теле разбушевались и требовали, чтобы он подошел к ней. Нет, не так. Он хотел подойти именно к НЕЙ.
Вокруг нее была целая толпа, им всем было легко и весело в компании той, старой Китнисс. Провожаемый злым взглядом Хоторна, Пит выцепил Китнисс из толпы и потащил к бару. Она легко пошла за ним, вложив свою маленькую ладошку в его большую, сильную руку. Он держал ее крепко, боялся отпустить и потерять в толпе пьяной молодежи.
Хотел вообще никогда не отпускать.
По пути он нес какой-то бред, уже и не помнил, какие глупости ей там говорил… Но она смеялась. Позволяла вести себя и не оттолкнула руку, которая приобняла ее за талию.
Когда они дошли до угла барной стойки, он остановился и обернулся к девушке. И пропал.
Она смотрела на него большими серыми глазами, так нежно, так доверчиво, будто готова была пойти за ним на край света.
Так далеко не требовалось. Он предложил подняться с ним наверх, чтобы… чтобы что?
Ну чего мог хотеть молодой, полный сил, немного нетрезвый парень от симпатичной девушки, стоящей рядом?
Она и без объяснений прекрасно поняла, для чего он ее зовет.
А вот дальше что-то пошло не так.
Рука выдернулась из его ладони, взгляд изменился, ни намека на былую нежность. Разочарование? Злость? Обида?
Пит не мог понять, что вызвало у девушки такую реакцию, ведь он позвал ее, потому что она ему нравится! Что еще он должен был сделать?
И он был уверен, что нравится ей тоже, вернее, нравился. До этого момента.
Выплеснутый ему в лицо тонкой ручкой, которая так доверчиво, так ПРАВИЛЬНО до этого лежала в его руке, чей-то алкоголь недвусмысленно указывал на отсутствие симпатии с ее стороны.
Пока Пит пытался понять, где совершил промах, девушка уже на всех парах тащила Хоторна в другой конец помещения. У того был растерянный вид, но он покорно следовал за подругой.
“Подругой ли? Может, они пара, поэтому она обиделась?”
Но, независимо от мотивов ее поступка, он чувствовал себя униженным.
Пытаясь разгадать таинственную женскую душу и найти логику в поступках этих милых созданий, Пит опрокидывал одну рюмку за другой.
Ему никогда не отказывали девушки, и это немного… обескураживало. И раздражало. И хотелось допить бутылку до конца и вырвать, наконец, эту строптивицу из объятий гребаного Хоторна!
Занятый важными философскими рассуждениями, Пит пропустил немалую часть происходящего вокруг.
Оказывается, уже некоторое время рядом сидела длинноволосая фея в коротком кожаном платье, которая томным голоском шептала ему на ухо пошлости. Окинув оценивающим взглядом глубокую ложбинку, вид на которую открывался сверху, Пит решил, что эта красавица может стать неплохим лекарством для его попранного мужского самолюбия, которое эта бесчувственная стерва Эвердин втоптала в грязь катком своей гордости.
– Пойдем?..
Упрашивать его не нужно было. Обогнав Диадему на полшага, Пит потянул ее к лестнице. Мир немного покачивался, поэтому ему казалось, что ноги не очень хотят поднимать его пьяное тело на второй этаж, где и находились комнаты для уединения парочек. Еще ему казалось, что перед глазами разливаются маслянистые пятна всех цветов радуги, и что провожающие его серые глаза полны укора и грусти. Конечно же, казалось.
После этой вечеринки Пит перестал ловить на себе серые любопытные искорки. Иногда взгляд девушки проскальзывал по парню, но теперь это был только равнодушный, холодный взгляд, который никогда на нем не задерживался.
Зато Хоторн стал смотреть на него со смесью злости и превосходства.
А потом Китнисс и вовсе изменилась. И Пит перестал пытаться словить ее взгляд.
Ни до, ни после этого случая Пит не слышал отказа от женщин. Более того, большинство из них сами на него вешались, успевай только подхватывать. Поэтому обида на Эвердин засела глубоко в душе и вытеснила оттуда все хорошее, что было связано с сероглазой малышкой.
И успокаивающие слова друга имели ровно обратный эффект.
– Я не буду заниматься воспитанием этой стервы. Она вся такая правильная и чистая, что после недели общения со мной забьется в уголок и будет горько плакать над своей сломанной жизнью, это я ей устрою.
Уж лучше Китнисс Эвердин принять правильное решение.
========== 7. ==========
Войдя в фойе университета, Гейл сразу же увидел Китнисс.
Она стояла в окружении третьекурсников, которые наперебой хвалили ее работу и благодарили за удачную сдачу зачета. Было видно, что девушке приятно такое внимание: она действительно заслужила каждое слово из этих благодарностей; но при этом она умудрялась смущаться и краснеть, принимая от них заработанную сумму.
– Не скромничай, Кискис, ты честно заработала эти деньги.
Девушка посмотрела на него с благодарностью и засунула купюры в карман.
Протиснувшись мимо студентов, они вышли на улицу и направились к Энни, которая ждала их возле фонтана.
– Эй, Китнисс, наконец-то! Я уж думала, этот мистер Мелларк тебя там съел! Кстати, Гейл, а что ты так долго обсуждал со вторым Мелларком? И так возбужденно?
– рыжая девушка заинтересованно посмотрела на Гейла зелеными глазами.
Темноволосый красавец удостоился и второго внимательного взгляда, только уже дымчато-серого.
Китнисс приходилось смотреть на друга снизу вверх, он был по-настоящему высоким. Она никогда не задумывалась насчет красоты своего товарища, хоть и видела, что девушки в университете чуть шею не сворачивают, когда он проходит мимо. Прямая осанка, гордо поднятая голова, открытый, честный взгляд… который в этот самый момент старательно отводился хозяином от глаз подруги.
– Гейл? Ты ничего не хочешь мне объяснить?
– Китнисс совсем не хотела, чтобы слова прозвучали так требовательно, но его странная связь с Питом…