Чтение онлайн

Сердце сжимается от боли за малышку… Я понимаю, что женщина задумала что-то плохое. И ее мне почему-то совсем не жаль… Хоть и слезы и её отчаяние абсолютно искренние. Лес вокруг размывается… Следующая картинка. Та же женщина несёт корзинку с дочерью по ночной улочке города. Вскоре останавливается около дома. Да это же мой дом! У меня от осознания перехватывает дыхание. Слезы льются по моему лицу. Я догадываюсь, что сейчас сделает со мной моя… мама? Но может быть это ошибка?! Беру себя в руки и наблюдаю дальше, затаив дыхание. Эльфийка ставит корзинку с малышкой на ступени высокого крыльца. Достаёт и складок плаща пергамент и пишет что-то, подсвечивая себе магическим светлячком. Я не стерпев, подхожу к женщине и читаю, вглядываясь через её плечо:

«Её зовут Оллиэла. Но зовите её, пожалуйста, Оливия. В ней четет эльфийская кровь, но я умоляю вас… Пусть она об этом ничего не знает… Спасибо вам большое, я знаю, что моя девочка будет в надёжных руках…» Женщина торопливо отвязывает от пояса увесистый мешочек с монетами, кладёт в ноги малышки, под одеяльце. И записку кладёт туда же. А потом снимает с себя цепочку с кулоном в виде бутона розы и надевает на малышку, осторожно придерживая головку. Затем наклоняется и целует её в последний раз. Я знаю, что в последний раз, потому что малышка — это я. И меня воспитывала с детства бабушка. И вновь картинка размывается. Декорации вокруг сменяются, теперь я в своём доме. Да, определено, это мой дом. Вот только подо мной не скрипят половицы… Я захожу в дальнюю комнату, опять вижу маленькую светловолосую девочку, она сидит у моей бабушки на коленках, а та поёт песенку, расчесывая волосы красивым гребнем:

Если духи природы к тебе пришли,

Значит узрели твою суть,

Задумайся, Олли, быть может ты,

должна выбрать в жизни другой путь?

Девочка поворачивается к пожилой женщине, и спрашивает:

— Бабушка, это что, песня про меня?

— Да, Оллиэлла, про тебя.

— Я хочу оставить только одно имя. Почему-то у всех ребят оно одно! — серьёзно говорит малышка, мне тут на вид около пяти лет, — Называй меня, бабуль, только Оливией.

Бабушка удивлённо вскидывает брови, но потом вздыхает:

— Хорошо, милая…

Слезы текут по моим щекам не переставая. Я вглядываюсь в родной образ бабушки, пытаясь запомнить выражение её глаз, улыбку, сеточку морщин вокруг голубых глаз. Перевожу взгляд на себя, и вздрагиваю от навалившегося осознания.

Почему я так похожа на Кайни?.. Только ушки у меня обычные, а не характерные эльфам, с остренькими кончиками. Грудную клетку распирает от чувств, я плачу, зябко обнимая себя за плечи. Но бабушка не обращает на меня внимания, продолжая укладывать маленькой мне волосы в причёску.

— Бабушка!

Безуспешно, они не слышат моего голоса…

У меня нет сил анализировать увиденное… Я закрываю глаза, а когда открываю, то вижу перед собой Владима. Очередная картинка? Наверное. Но почему именно он? Этот мужчина итак слишком часто в моей голове… Он подходит ко мне, и крепко обнимает, вдавливая меня в свое сильное тело. Зарывается рукой в мои волосы, лаская, а у меня кружится голова от его близости… Он так близко… и это аромат…

— Как ты приятно пахнешь, — признаюсь я, осторожно кладя руки на его широкую грудь. И не смело прижимаюсь к нему, чтобы вновь окунуться в аромат мужчины. Такой потрясающий, тонкий, пряно-мускусный, с нотками бергамота.

Владим улыбается и перехватывает мои ладони, целует каждый пальчик, касаясь своими чувственными губами. Это неожиданно так заводит, что я даже дышу через раз, начинаю трепетать у его сильных объятиях…

Я хочу, чтобы он меня поцеловал, до дрожи в теле. Жажду ощутить его губы на своих. Это же сон? Я же могу… Я сама тянусь к нему, подставляя губы для долгожданного поцелуя. И он сводит меня с ума, дурманящий, терпкий поцелуй, от которого кружится голова и подгибаются коленки. Однако, какой реалистичный сон…

— Ты же мне снишься? — уточняю на всякий случай я, отрываясь от его губ.

Владим на секунду хмурится, но тут же вновь улыбается, правда с какой-то затаенной грустью:

— Я тебе снюсь, Олли.

Я мгновенно успокаиваюсь, ведь Владим не может знать, как меня звала бабушка. Это просто игра моего воображения… Но вдруг краем глаза вижу как на правой руке сверкнуло кольцо. Я отдергиваю руку от мужской груди и отступаю на шаг.

— Мириан…

И снова проваливаюсь в темноту, только уже без сумасшедших картинок…

Владим

— Мириан!

Это имя как плетью ударило. Владим дернулся, как от удара. Стиснув зубы, кое как взял себя в руки и осторожно довёл девушку до кровати. Аккуратно уложил её, укрыл одеялом. Девушка заворочалась, поудобнее укладываясь на постели. И, наконец, затихла. Кайниэль унесли в лазарет, за ней ухаживал дворцовый лекарь, Магстер Шаган. Король доверял ему, да и у Владима не было причин ему не доверять. Он поклялся в верности королю магической клятвой.

Владим вышел из комнаты Оливии, аккуратно прикрыв дверь. Хотя хотелось так долбануть ею… Злость все ещё клокотала внутри, порываясь выплеснуться наружу. Мужчина за доли секунд преодолел расстояние между комнатами, и вошёл в свои покои. Сел в кресло и охватил голову руками.

«Мириан…»

Имя, услышанное впервые, и уже такое ненавистное! Владиму стало больно, как будто нож в сердце повернули! Ей виделся он, этот Мириан, и потому девушка так горячо целовала Владима, прижималась к нему всем телом, тянулась к нему сама… Годра подери! Марониец стукнул кулаком об стол, срывая свою ярость. Сам виноват! Зачем поддался искушению? Она ведь была не в себе! Но сейчас, будучи один на один с собой, он понял, что сильно испугался за Оливию. Эта голубоглазая нимфа, такая нежная и беззащитная, не давала ему покоя с того самого дня, как появилась тут с ребёнком на руках. Но у неё есть жених. Откуда возникли чувства к чужой женщине? Владим нервно стал прохаживаться по комнате. Невесело покачал головой. Как? Как эти двое постоянно впутываются в передряги? Владим вновь поделился с Оливией резервом, как раз через поцелуй. Но она даже не заметила этого. Сначала он её на руках внёс в комнату и уложил на кровать. Оливия была в забытье, стонала и плакала. Он не мог её оставить в таком состоянии! А потом вдруг она сама встала с постели. И он, желая её успокоить, прижал её к себе. Ну а что из этого вышло… Да ничего хорошего не вышло! Годре под хвост всё его хваленое самообладание! Тогда он как мальчишка млел от её нежных прикосновений.

— Как ты приятно пахнешь, — неожиданно сказала она, доверчиво прижимаясь к его груди и утыкаясь хорошеньким носом прямо в его рубашку. А затем сама потянулась за поцелуем. У него сорвало крышу… И отрезвило его только это дурацкое имя! Хотелось рычать, метать, рвать! Почему это так ранило?! Уязвленное самолюбие, или что-то ещё? Стоп! Надо отвлечься. Пойти проведать Кайниэль и усилить её охрану. Что-то не поддающаяся контролю нечисть очень сильно напугала. И не на шутку разозлила, он без сожаления разорвал годру на куски. Конечно, он потом выслушает от Вольфа… Но Владим не был из рода Воевых, по-этому, нечисть не слушалась его. Только самого Вольфа и его жену. Только их.

Скоро приём в честь дня рождения короля. И этот приём уже казался такой блажью… Какие гости, если тут такое под носом творится?! Нет, им с Вольфом серьёзно нужно поговорить! Итак, первым делом он отправится на аудиенцию к королю Нечистомы, потом проведает малышку. Ну и Роймар сказал зайти к нему, может малец что-то посоветует дельное! Его нестандартное мышление не раз выручало управляющего безопасностью королевства. Да, решено. Долой из головы это белокурое наваждение! И да, надо попросить Кэри поухаживать за Оливией. К ней он больше не подойдёт ближе чем на метр! Владим принял решение максимально увеличить между ними дистанцию. Может быть, опять вернётся на «вы». Так было проще… И ему, и ей, зачем сам все испортил? Ведь знал же, что она не для него…? Или на что-то, все-таки, надеялся? Ээх… Владим тяжело вздохнул, и вышел из своих покоев.