Чтение онлайн

– Сосредоточьтесь, – велела няня.

Следователь тихо застонал и откинул назад голову.

– Ладно, давайте фотографии, – произнес он.

Няня открыла альбом. С первого же снимка на нее взглянула Нинель Петровна, какой она была на свадьбе – сильная, заметная, уверенная в себе.

– Интересная девушка, – сказал следователь. – Очень красивые глаза. И талия тонкая, хотя она и не худышка.

У Нинель Петровны на фото был внушительный бюст, его рельефы обтягивал жакет. Дальше шли фотографии на море, возле новогодней елки, на работе, с подругами. И с разными мужчинами. Мужчины держали Нинель Петровну за талию, обнимали за плечи, носили на руках, целовали, выступали в роли ее водителей, дарили подарки, протягивали ей цветы и провожали домой.

– Она была, похоже, горячей штучкой, – сделал вывод следователь.

На последних фото Нинель Петровна чинно стояла рядом с Чудниковым, держа его под руку.

– А вот Федор, похоже, был скромным парнем, – сказала няня.

– Любовница в том же подъезде не есть признак скромности, – не согласился следователь. – Это признак идиотизма.

На некоторых фотографиях Нинель была в окружении подруг.

– Когда будет известно, кому принадлежали окурки? Те, что мы нашли в банке на лестнице, – спросила Елена Варфоломеевна. – Красный тонкий «Вог» и суперлегкие «Вирджиния слимз».

– Скоро будет известно, но пока еще нет, – покачал головой следователь. – А если таких образцов ДНК нет в нашей базе, то и подавно можно не найти концов. Я подозреваю, что одни сигареты принадлежат Маше, нашей брачной аферистке. А вот вторые… Подождем. Пока я не могу ответить на этот вопрос.

– Даже брачная аферистка может влюбиться, – тихо сказала няня.

Что-то в альбоме смущало ее.

– Я, кажется, видела одного из парней, – произнесла она. – Из тех, кто изображен на фотографиях.

Елена Варфоломеевна напряглась, но, как и Миша ранее на станции метро, не смогла с ходу вспомнить, откуда она знает это лицо.

– Симпатичный мужчина, – сказал следователь, – наверное… я в мужской красоте ничего не понимаю. Тем не менее тот факт, что вы его где-то видели, наводит на размышления.

– На лестнице? На улице? В магазине? Во время работы в МЧС? – гадала няня.

– Думайте, – велел следователь. – Вспоминайте. Это может быть важным.

В полете Миша одной рукой вцепился в Катю, а другую вытянул, пытаясь за что-нибудь ухватиться. Ему удалось зацепиться за цветочные горшки на ажурной решетке, это чуть задержало падение, но решетка почти сразу обрушилась вниз под тяжестью двух тел.

«Мама!» – подумал Миша, хотя мама, как он подозревал, крайне редко вспоминала о его существовании в целом и исчезновении в частности.

«Папа!» – подумал Миша, вспомнил сизый нос, бутылку пива и телефон, по которому папа постоянно трепался, договариваясь с поставщиками и покупателями, и погрустнел.

«Ася!» – подумал Миша, но сообразил, что сестра ничем не интересуется, кроме кинематографа.

– Марфа, – вздохнул он, – выпьем с горя, где же кружка, сердцу будет веселей.

Катя зацепилась за провода телевизионной антенны, и некоторое время провода натягивались, замедляя их падение, а потом оборвались. И сразу же они с шумом упали в крону клена. Миша вцепился в ветви дерева, они сломались, Катя отпустила его руку и вцепилась в другие ветви, сминающиеся и трещащие.

– Десять метров, – сказал Миша, обдирая руки о ветви, но продолжая падение. – Всего десять метров, а сколько приключений.

– Ааааааааах! – Он упал в мягкую вскопанную землю на клумбе.

Рядом тяжело рухнула Катя.

– Слава огородникам, – произнесла она, выплевывая чернозем, – все вскопали, все окучили.

– Бежим, – велел Миша, – они же с балкона смотрят, сейчас за нами побегут, видят же, что мы не убились.

– Куда? – спросила Катя кидаясь наутек вслед за Мишей. – У нас ни гроша и даже теплой одежды нет. У меня вообще майка и шорты.

– К Медузе, – ответил Миша. – Опять. Он нас в прошлый раз приютил, приютит и сейчас.

Следователь сидел в ЗАГСе на стуле, придерживая Елену Варфоломеевну за локоть.

– Вы подавать заявление, молодые люди? – умилилась округлая загорелая тетя, похожая на ржаную булочку.

Вместо ответа следователь показал тетеньке корочку.

– Мы по поводу покойной Чудниковой Нинель Петровны. Хотелось бы узнать, с кем она состояла в браке и когда.

– Покойной? – ахнула впечатлительная тетя и прижала руку к губам. – Неужели? Я ее помню, в последний раз она выходила замуж пару лет назад. Как раз за Чудникова. И каждый раз фамилию меняла. А что с ней случилось?

И тетечка с интересом уставилась на посетителей.

– Несчастный случай, – уклончиво ответил следователь.

Тетечка зашелестела амбарными книгами.

– Первый брак Курицына Нинель Петровна зарегистрировала двадцать два года назад, – начала она неуверенно.

– В восемнадцать лет, – быстро посчитала няня.

– Второй семнадцать лет назад.

– В двадцать три, – подсказал следователь.

– Потом было еще два брака – одиннадцать лет назад, шесть и два. Последний раз за Чудникова. До этого ее фамилиями были Лысокобылко, Кузнецова, Вайнштейн, Пасько и Чудникова. Еще была девичья… Сейчас посмотрю.

Тетенька снова зарылась в амбарную книгу.

– Курицына, вы уже нам сказали, – напомнила Елена Варфоломеевна.

– Ах, точно, – улыбнулась сотрудница ЗАГСа. – Вот я и рассказала обо всех ее браках. А что с ней, говорите, случилось? Совсем еще молодая женщина. И красивая.

Следователь посмотрел на амбарную книгу.

– Я хотел бы получить копии всех ее заявлений и свидетельств о браке, – сказал он. – Нинель Петровна была предположительно убита.

Тетенька охнула и испуганно захлопала глазами.

Медуза открыл дверь и вытаращил глаза. Катя плясала по лестничной площадке в майке и Мишиной олимпийке, пытаясь согреться. Миша был и вовсе в футболке с коротким рукавом. Оба они были перепачканы в земле, со ссадинами и царапинами.

– Да так, – уклончиво пояснил Миша, – вывалились с седьмого этажа.

– Заходите, – пригласил Медуза. – Бабушка спит уже, я ей звонил спокойной ночи сказать. А я… я играл.

– А чем вы сейчас заняты в игре? – спросил Миша. – У медуз вроде какая-то своя миссия, да?

– Ну да, – кивнул Медуза. – Мы на космодроме сейчас. То есть я, бабушка-то спит.

Катя вошла, стуча зубами.

– Такой тяжелый период, – печально произнесла она. – То меня пытались выдать замуж за этого…

Ее передернуло, как будто она увидела зубастую многоножку-плутонянина.

– То на свадьбе отравили тамаду, и нас искала милиция, будто это мы ее, чтобы свадьбу сорвать, – продолжала жаловаться Катя. – А сейчас вот мой бывший жених нас ищет. Ужас!

– Я так понимаю, – весело сказал Медуза, – что вы прыгали с седьмого этажа именно по последней причине.