Чтение онлайн

Азимов не выдерживает, вскакивает со стула.

— Я почти сутки летел не для того, чтобы выслушивать тут глупые обвинения, если ты и в самом деле считаешь меня шпионом, Олег, тогда мне нет смысла и дальше работать с тобой, всего хорошего, а ты…

Поворачивается к Арише.

— Ты, мелкая, жуткая вредина.

Разворачивается, быстрым шагом идёт к двери, дёргает ручку…

И не может выйти.

— Какого чёрта тут заперто?

Платон вскакивает следом, тоже дёргает за ручку двери.

— Что за фокусы, Олег, почему тут заперто?

Шахрин и сам выглядит удивлённым.

Зато Ариша спокойно наблюдает за неудачными попытками заместителей выйти из кабинета.

— Вот не зля ты мне никогда не нлавился Азимов, — заявляет малышка, — я тёте секлеталше сказала, чтобы она кабинет заклыла, а вы не могли выйти, воть…

Показывает на открытые бутылки с водой.

— А там было слабительное, от котолого животики сводит. Оно очень быстлое и сильное, мущщинки.

Олег улыбается и тут же подхватывает:

— Парни, у вас есть ровно две минуты, чтобы признаться. Будьте мужчинами и скажите, что это вы шпионите для Блио. Иначе, вас ждут очень неприятные последствия.

— И ещё пеледо мной извинитесь, — добавляет Ариша, — и скажите, что я никакая не вледина.

Олег кивает, смотрит на часы.

— Итак, парни, время пошло, жду ваши признания…

Глава 21

Оксана

Признаюсь, в моменте мне даже жалко Платона и Азимова

Шахрин грозно нависает над ними требует признания.

— Ну, я жду ответа! Осталось меньше минуты!

Первым не выдерживает Платон.

— Хорошо, ладно! Я скажу… но умоляю, открой дверь, Олег…

Шахрин мотает головой.

— Сначала признание, я жду.

— И я тоже, — добавляет Ариша с важным, — и извинения тоже.

Я даже на расстоянии стола слышу, как Платон скрипит зубам от досады и ярости.

— Ладно, тебе надо признание? Получай! Да, я работаю на Блио! И Петров тоже! И Азимов… мы все работаем на Блио! Доволен?

— Вот только меня не надо сюда приплетать, — тут же возмущается Азимов, — я к вашим делам отношения не имею!

Платон на него чуть с кулаками не набрасывается.

— Не имеешь? Чёртов лжец! Ты же нас и втянул во всё это! Ты налил в уши сиропа, что Шахрин нас не ценит и никогда не доверить самим руководить компаниями! Говорил, если докажем Блио свою верность, он каждого из нас поставит директором в своих фирмах, а ещё увеличит наши прибыли в три раза! Было такое?

Азимов упрямо мотает головой, но через секунду меняется в лице.

— Чёрт, похоже, меня начинает поджимать… умоляю, Олег, открой эту чёртову дверь…

— Сначала признание, родной, — напоминает Шахрин, — времени у тебя почти не осталось, я жду.

Бедолага чуть не кричит от отчаяния, сгибается пополам.

— Твою ма… чёрт с вами! Да, это я! Я работал и буду работать на Блио! Потому что за годы работы ты ни разу не предложил нам повышение и не дал возможности дорасти до руководителей фирм! Ты всегда принижал наши заслуги, не ценил и не дорожил! А Блио почти дал гарантии, что устроит каждого из нас, взамен попросил лишь одно: саботировать твою работу тихо и аккуратно, без лишнего шума…

— И у вас даже это не получилось, — отвечает Олег, — чего уж тут говорить, парни, вы откровенно обделались.

Азимов уже едва не кричит от отчаяния.

— Олег, ты получил признание! Открой!

Но Шахрин даже не обращает внимания на слова Азимова.

— Я не давал вам повышения и высоких должностей по одной причине, потому что вы трое были не готовы к большим должностям и большим деньгам, они бы вас испортили, сделали алчными и подлыми ублюдками… так оно и вышло, только испортил вас не я, а Блио.

Олег горько усмехается, садится на своё место.

— Добавлю лишь, что Блио – подлый обманщик, который много обещает, много говорит, но никогда свои же слова не сдерживает. Пользуется наивностью и доверчивостью людей, таких, как вы, парни. И этот случай лишний раз подтверждает, что вы трое были не готовы к повышению.

Азимов стонет, не в силах разогнуться.

С силой бьётся о дверь.

Мне даже страшно становится…

— Открой, — вопит Азимов, — сейчас же открой, или я прямо в твоём кабинете сделаю это, Олег…

Но Ариша успокаивает всех одной фразой:

— Не сделаешь, потому что в воде не было ничего.

Все смотрят на неё удивлённо.

— Я в одной пеледаче такое видела, — поясняет малышка, — там тоже сказали плохому дяде, что у него в кофе слабительное, чтобы он плизнался, что денюшки похитил. В пеледаче плохой человек во всём сознался, и я лешила тут тоже поплобовать. Сказала секлеталше, чтобы она кабюнет заклыла и… вуаля!

— Это было потрясающе, доча, — улыбается Олег, — ты мой маленький вундеркинд в колготках, с меня месячный запас мороженого, и все признания я записал на телефон, теперь наши шпионы не отвертятся.

Азимов по-прежнему не разгибается.

Смотрит с ненавистью на каждого из нас.

У меня от его взгляда даже мороз по спине!

— Вы издеваетесь? Меня из-за вас сейчас изнутри разорвёт! Если в воде ничего не было, тогда что со мной?

Олег пожимает плечами.

— Возможно, это самовнушение, других причин я не вижу.

— У меня так бываеть, — соглашается Ариша, — когда не хочу делать уплажнения, тоже говолю, что у меня лапки.

К счастью, Олег всё-таки жалеет Азимова, просит открыть ему двери.

Но в коридоре уже ждут двое охранников, и Азимов, как заключённый, уходит с ними в туалет.

В кабинете остаётся только Платон.

Смотрит испуганно на Олега, бормочет:

— Прошу, босс, не надо уголовки, я готов сделать всё, что скажешь, ты ведь знаешь, у меня, жена, дети…

— Нет у тебя детей, — отрезает Олег, — и не лги мне, а с женой ты почти полгода в разводе, поэтому не надо давить мне на жалость, но твоя готовность сделать всё, что угодно, мне нравится.

Платон нервно сглатывает, а Шахрин улыбается.