Чтение онлайн

Домик на берегу моря и в самом деле шикарный, а уж какой пляж, какая вода… чистое наслаждение!

В первый день, правда, мы не успеваем покупаться, почти весь вечера разбираем вещи, готовим ужин, болтаем и просто весело проводим время.

Настоящая семья.

Именно об этом думаю я, когда мы ложимся спать.

Перед сном Олег спрашивает заботливо, как я себя чувствую.

Отвечаю, что всё хорошо.

После того случая, как потеряла сознание в офисе, ничего не беспокоит, к тому же срок ещё совсем маленький, и основные трудности впереди.

Но я уверена, что с такими помощниками и помощницами рядом насчёт беременности и родов можно не переживать!

Спим мы с Олегом вместе, в одной кровати, как-то само по себе так получилось, что в тот день, после больницы мы легли в одну кровать, и с тех пор всегда спим вместе, что очень радует Аришу.

— Вы такая красивая пара, — улыбается она, — а ты Оксана – совсем не пышечка, просто у тебя ето…

— Кость широкая, — подсказываю с улыбкой.

— Нет, конечно, — Ариша сразу машет руками, — душа у тебя большая, во, на красивущая-я-я…

Утром к нам присоединяются Степан и ещё пара охранников, для надёжности, как сказал Олег.

Парни охранники занимают небольшую комнатку в подвале, обустраиваются, а мы с девочками и Макушевым идём на море, загорать и наслаждаться солнцем.

Пока мама учить Аришу плавать, я устраиваюсь на шезлонге, потягиваюсь, закрываю глаза…

И не сразу замечаю, что кто-то к нам подходит.

Открываю глаза… вздрагиваю.

Рядом стоит худой мужчина в каких-то обносках, на вид ему лет восемьдесят, не меньше!

— Что вы хотели? — спрашиваю испуганно.

Вижу, что от дома к нам уже спешит охрана, а от воды бежит Макушев.

Мужчина же смотрит на меня таким странным взглядом, усмехается.

— Ты меня разве не узнала?

— Нет… кто вы?

— Я – Василенко, — отвечает мужчина, — и я давно вас ищу…

Эпилог

Спустя время

Оксана

— Так, мущщинка, торт в холодильник, если хоть немножко растает, заставлю вот его весь съесть и новы й сделать, вот такая я, дя!

Невольно улыбаюсь, слыша, как в коридоре Ариша командует поварами, официантами и даже декораторами.

— Олег, — спрашиваю у Шахрина, — ты уверен, что она – дочь Василенко, ведь девочка по характеру – на сто двадцать процентов твоя.

Он усмехается, надевая пиджак.

— Я сам сильно в этом сомневаюсь, но делать тест на отцовство не собираюсь, пусть бедный старик доживает свой век в доме престарелых. Его жизнь, по сути, окончена, а наша только начинается.

Тут я с Олегом полностью согласна.

Вспоминаю последнюю встречу с Василенко в отпуске, его взгляд безумный, его кривую ухмылку… и по спине каждый раз мороз.

Помню, как сильно испугалась, глядя на его поношенную одежду, ужасный внешний вид, думала, что старик нападёт…

А вместо этого он извинился и расплакался.

Сказал, что виноват перед нами всеми, и перед Олегом, и передо мной, и даже перед Макушевым, которого он даже не знал.

Охрана подбежала и схватила старика меньше, чем через минуту, и всё это время он плакала, твердил, что жизнь сильно наказала его за все нехорошие поступки, что жизнь отобрала у него всё, что было хорошего, оставила нищим и больным, и единственное, что он может сделать в конце своей никчёмной жизни – попросить прощения у нас за то, что едва не испортил наши с Олегом жизни.

Помню, как сам Шахрин тогда подбежал, обнял меня, закрыл от сумасшедшего старика, попросил увести Василенко, посмотрел на меня, спросил, всё ли нормально.

А я… в тот момент впервые за многие годы я наконец почувствовала себя по-настоящему свободной, поняла, что больше некого опасаться, что самый сильный и некогда опасный враг на деле оказался лишь жалким больным старичком.

Спустя пару дней после того, как Василенко доставили в ближайшую больницу, пришли результаты обследования, которые подтвердили сразу несколько диагнозов, от психического расстройства и шизофрении до старческого слабоумия, на основании этого диагноза Василенко поместили в закрытую лечебницу, где он проведёт остаток жизни.

Чуть позже выяснилось, что последние пару лет он, потеряв последние сбережения, скитался по прибрежным городкам, перебиваясь случайными заработками, все свои деньги, документы и даже компроматы он либо потерял, либо сжёг сам в надежде, что, избавившись от гнёта прошлого, сможет заслужить прощение…

Единственный вопрос, который мучил меня во всей этой истории, как Василенко узнал, куда мы прилетим и где будем жить.

Добиться внятного ответа от самого старика не удалось, но Олег предположил, что мерзавец Блио мог держать связь с Василенко и наверняка подсказал ему, где нас искать в надежде, что сумасшедший испортит или сорвёт наш отпуск… но и здесь план Блио провалился.

Самого мерзавца поймали очень быстро, спустя пару недель после того, как был найден Василенко.

Блио точно так же, как и старик, пытался сбежать из страны по поддельным документам, ему почти удалось улететь, но на таможне мерзавец начал скандалить из-за какой-то мелочи, и его скрутили, чтобы успокоить, а после тщательной проверки обнаружили, что документы поддельные и арестовали, отправив за решётку, а спустя месяц разбирательств осудили на большой срок за организацию похищения ребёнка и огромный отмыв денег, который он устраивал через те же благотворительные фонды.

Сегодня, в день нашей с Олегом свадьбы, я абсолютно спокойна и уверена, что никто не сможет испортить наш праздник.

Во-первых, все негодяи пойманы и находятся взаперти.

Во-вторых, за организацией следит сама Арина Олеговна!

— Фух, усталь я, — малышка заходит в гримёрку, где мы сами готовимся к празднику, — танец уже того, отрепетировали, тортик капелюшечку попробовала – вкусный! Осталось песню праздничную того, прогнать, и всё будет готовченко!

Мы с Олегом переглядываемся.

— Малышка, — улыбаюсь я, — присядь, отдохни, это же праздник, не надо бегать и утомлять себя раньше времени.

Ариша кивает с серьёзным видом, смотрит на мой живот, который под платьем почти незаметен.

— А тебе очень идёт свадебное, няня Оксана! Ты такая красивущая! Я на тебя смотрю… и таю!

Смеюсь в ответ, обнимаю малышку.

— Ты тоже красивая в этом белом платье, маленькая принцесса.

Олег, наблюдая за нами, вежливо покашливает.

— Так, я не понял… а мне почему никто не делает комплиментов.