Нюрнбергский процесс, сборник документов (Приложения)
Шрифт:
Университеты.
Официальный «Бюллетень» генерал-губернаторства опубликовал 2 ноября 1940 г. декрет, устанавливавший особого попечителя университетов и школ, задачей которого было заботиться об их ликвидации. Университеты в присоединенных областях были закрыты немедленно. Таким образом, 4 университета и 12 школ университетского типа прекратили существование. Их средняя посещаемость до сентября 1939 года достигала 45 тыс. слушателей.
Средние учебные заведения.
На занятой немцами территории имелось около 550 средних учебных заведений. Было приказано закрыть их. В присоединенных территориях они были закрыты совершенно. В генерал-губернаторстве им было разрешено продолжать деятельность, но в ноябре 1939 года был издан приказ прекратить обучение. Единственными школами, которым было разрешено продолжать работу, были коммерческие и ремесленные училища. Образованные поляки не были нужны. Поляки должны были стать ремесленниками и рабочими — вот какова была официальная линия германской политики.
Начальные училища.
На присоединенных территориях польские школы были совершенно упразднены. Они были заменены немецкими школами. Польские дети воспитывались на немецком языке и в немецком духе.
В генерал-губернаторстве начальные училища были вновь открыты. Они состояли, однако, под строгим контролем германских властей: запрещено было развивать польскую культуру. Все учебники польской географии и истории были запрещены.
Печать.
Накануне возникновения войны, в Польше было около двух тысяч периодических изданий, в том числе 170 журналов. По немецкому приказу печать была почти совершенно уничтожена.
На присоединенных территориях издания польских газет были переданы новым немецким газетам... Ни один польский журнал не мог распространяться в присоединенных областях. В генерал-губернаторстве были разрешены только те польские газеты, которые являлись официальными публикациями генерал-губернаторства. Они должны были быть орудиями пропаганды антипольской политики генерал-губернатора.
Книги.
Издание, печатание и распространение польских книг было запрещено уже с октября 1939 года.
5 ноября 1940 г. немецкий «Ферорднунгсблатт» опубликовал нижеследующий декрет:
«Запрещена, впредь до отмены, публикация всех без исключения книг, брошюр, периодических изданий, журналов, календарей и нот, за исключением тех, которые издаются властями генерал-губернаторства».
Польским книгопродавцам было приказано развернуть антипольскую пропаганду. 3 тыс. польских книг были признаны запрещенными. И их числе находились шедевры польской литературы. Даже Коперник был запрещен. Все книги польской истории культуры, социологии и экономики были запрещены. 6 апреля 1940 г. был издан приказ — изъять из обращения все французские и английские книги, карты и атласы, все публикации с польской эмблемой. Польское общество книгопродавцев было отдано в руки немецкого доверенного.
В присоединенных областях вопрос о польских книгах и библиотеках был решен сразу. Все без исключения библиотеки были закрыты, а их склады конфискованы. 397 книжных складов было таким же образом ликвидировано. В генерал-губернаторстве было конфисковано 118 книжных складов...
Нападение на польскую книгу почти совершенно уничтожило польскую книжную торговлю, огромнейшие склады книг в стране. Снабжение населения книгами в немецком и гитлеровском духе стало орудием германизации.
Театр, музыка и радио.
Основная линия немецкой политики в Польше была изложена в циркуляре особой секции народного воспитания и пропаганды в генерал-губернаторстве. В нем говорится:
«Само собой разумеется, что ни один немецкий чиновник не будет содействовать развитию польской культурной жизни, каким бы то ни было образом».
Единственная цель, к которой следовало стремиться, — удовлетворение примитивной потребности развлечения и увеселения, тем более, что это было вопросом отвлечения внимания интеллектуальных кругов по возможности дальше от конспирации и политических дискуссий, которые могли способствовать развитию антинемецких чувств.
Культурная продукция и спектакли должны были лишиться всякой артистической ценности, глубокой мысли и национального элемента. Это было низведение к уровню низшего человеческого существа и подчинение нацистской теории о том, что немцы являются высшей расой.
Музыка: Польские музыкальные произведения должны были разрешаться лишь постольку, поскольку они служат развлечению. Концерты, которые высоким уровнем программы дают публике эстетические переживания, запрещались. Польские марши, национальные и народные песни и все классические произведения также запрещались.
Театр: До начала воины в Польше было 30 постоянных театральных групп, в том числе три оперных. 9 театров в присоединенных областях были конфискованы и превращены в немецкие. В генерал-губернаторстве — театры в Варшаве, Кракове, Люблине и Ченстохове были закрыты, а затем отданы немецким компаниям. Запрещались все серьезные пьесы, в том числе Шекспира и Мольера. Разрешены были исключительно примитивные и вульгарные развлечения... Они имели обыкновенно заглавия, вроде: «Сорок супругов мадам Илоны» и т.п.
Радио: В Польше было 11 радиостанций с более чем 1 млн. слушателей. Все станции были конфискованы. Станции в Варшаве, Кракове, Катовицах, Лодзи и Познани были отданы и пользование немцам. Уже 16 ноября 1939 г. всем полякам было приказано сдать приемники как в присоединенных областях, так и в генерал-губернаторстве. Всему населению запрещено было слушать радиопередачи. Слушание «Би-би-си» наказывалось многолетним заключением в тюрьме и даже смертью.
Борьба с польским языком.
Несколько недель спустя после вторжения немцев в Польшу на присоединенных территориях был издан приказ устранить все публичные извещения и надписи на польском языке. Приказ относился к железнодорожным станциям, автобусам и столбам для объявлении; даже почтовые ящики и умывальники должны были быть снабжены немецкими надписями. Польский язык был изгнан из всех учреждении, судов и школ. Он был изгнан также из костела: проповедь и гимны следовало исполнять по-немецки.
В генерал-губернаторстве германизация велась тоже, но не так строго. Названия улиц и главных площадей были переименованы; официальным языком стал только немецкий, хотя пользование польским языком в низших административных присутственных местах было дозволено. Немецким чиновникам было запрещено учиться польскому языку. Польским городам даны были немецкие названия: Гдыня стала Готенхафеном, Лодзь Литцманштадтом, Колло — Вартбруменом, Плоцк — Преттербургом, Блоцлавек — Леслау и т.д.