Чтение онлайн

Этот процесс происходит в самом гнезде нацизма.

Председатель: Господин Джексон, будет достаточно, если вы скажете Трибуналу, что такого соглашения не было. Трибунал, безусловно, согласится с этим.

Джексон: Мне ничего не известно о таком соглашении в отношении свидетелей...

Штамер [228] : Господин председатель! Я должен еще раз вернуться к выступлению д-ра Нельте, к его утверждению о том, что перед началом процесса между Обвинением и защитой было достигнуто соглашение о том, что все представители защиты за день до заседания информируются о программе следующего дня. Такое соглашение было действительно достигнуто, и я не понимаю, как такое соглашение не было доведено до сведения всех обвинителей.

На одном из совещаний мы обсудили эту возможность и пришли к соглашению с д-ром Кемпнером [229] , который был выделен для связи с нами. Мне не ясно, почему мы не могли быть информированы о выступлении этого свидетеля... В этом я вижу совершенно необоснованное недоверие к защитникам со стороны Обвинения...

Джексон: ...Мы не можем обещать, что имена свидетелей, находящихся в Нюрнберге и не содержащихся под стражей, будут заранее сообщаться защите. Положение вещей не позволяет этого. Мы не сможем также передавать им заранее запись предстоящих выступлений свидетелей. Однако мы будем и должны передавать защите все, что необходимо для правильного ведения суда.

Уже сейчас она имеет в своих руках более того, на что может рассчитывать лицо, принимающее участие в процессе в Соединенных Штатах Америки.

Я считаю, что нельзя от нас требовать того, чтобы мы заранее сообщали им (защитникам) о личности свидетеля или о Сущности его показаний, так как часто по сущности можно определить, кого именно будут допрашивать.

Дикс [230] : Разрешите мне обратиться к Высокому Суду. Я думаю, что здесь какое-то недоразумение.

Положение следующее: во время переговоров соглашения между Обвинением и защитой заключено не было. Как ваша честь знает, в отношении документов имелось лишь решение суда, которое известно и которое мне не надо повторять.

Что касается свидетелей, то я могу сказать, что между всеми существует единодушие о том, что желание защиты заранее знать, какие свидетели будут вызваны, является справедливым.

Высокий Суд должен решить, насколько это требование не может быть удовлетворено из соображений безопасности...

Я считаю, что это недоразумение возникло потому, что по распоряжению суда нам должны были за 48 час. предоставляться документы, а также должен был быть показан фильм. Из-за этого у моих коллег возникло впечатление, что все доказательства должны нам представляться. Само собой разумеется, что мы не ждем того, что нам будут сообщать содержание предстоящих свидетельских показаний... Я хотел бы просить суд, чтобы в будущем нам заранее сообщали, какие свидетели будут вызваны, если это возможно, и к этой просьбе добавить просьбу о том, чтобы в отношении безопасности исходили из того соображения, что здесь речь идет о достойных доверия защитниках, которые хотят и способны помочь Суду в вынесении справедливого приговора; что такие случаи, когда офицер по безопасности сочтет, что нам нельзя сообщать имен свидетелей, будут ограничены минимумом.

Председатель: Трибунал рассмотрит заявление защиты... Что касается перекрестного допроса со стороны защиты, — она получит возможность проводить это самым удобным для нее образом. Так, если защитники захотят до перекрестного допроса [231] поговорить со своими подзащитными, эта возможность будет им предоставлена.

[Стенограмма заседания Международного военного трибунала от 22—23 ноября 1945 г.]

Полковник Стори: С разрешения Трибунала майор Фрэнк Уоллис представит сейчас папки документов и выдержки из них, относящиеся к разделу обвинения, озаглавленному «Общий план или заговор» и охватывающему период до 1939 года.

Майор Уоллис: Господин председатель и члены Трибунала! Моей целью является представить доказательства, относящиеся к основным разделам обвинительного заключения с параграфа IV на стр. 3 до пункта Е на стр. 6.

Сюда входят следующие темы: «Цели нацистской партии, теоретическое обоснование их; захват власти и укрепление контроля над Германией между 1933 и 1939 годами для подготовки агрессивной войны». Об этом уже говорил Главный обвинитель Соединенных Штатов. Более того, это — исторические факты, которые не могут оспариваться подсудимыми. Мы полагаем, что Трибунал примет без доказательства большую часть этих документов. Мы представляем сейчас преимущественно доказательственный материал, включающий выступления подсудимых и других нацистских лидеров, законы, декреты и т.п. Нам нет необходимости подробно останавливаться на захваченных документах или других специальных источниках, хотя некоторые из них уже были здесь использованы. Для удобства Трибунала и защиты весь доказательственный материал был собран в папки документов, а основные извлечения из этих документов подобраны в специальных папках выдержек. Я хочу только комментировать кратко некоторые из этих материалов и сделать общее заключение по главным пунктам этих выдержек.

Каково обвинение, предусмотренное разделом первым? Обвинение по первому разделу заключается в том, что подсудимые вместе с другими лицами участвовали в выработке или проведении в жизнь общего плана или заговора для того, чтобы совершить или помочь совершению преступлений против человечности (как внутри, так и за пределами Германии), военных преступлений и преступлений против мира.

Далее в обвинении говорится, что формой сплочения всex подсудимых, так же как и средством для заговора, была нацистская партия, в которой все подсудимые состояли или поддерживали ее деятельность.

Доказательства, представленные мною, подтверждают следующее:

Первое — нацистская партия имела специальные цели и задачи, включающие, главным образом, захват «жизненного пространства» для лиц, принадлежащих к германской расе.

Второе — для достижения этих целей могли применяться любые методы, законные или незаконные, и в действительности применялись методы незаконные.

Третье — были использованы самые разнообразные способы пропаганды для того, чтобы содействовать незаконному приходу нацистов к власти.

Четвертое — партия полностью захватила правительственную власть в Германии.

Пятое — она использовала эту власть для установления окончательного политического контроля в государстве, для уничтожения всякой оппозиции, а также в целях подготовки нации психологически и во всех других отношениях для внешней агрессии, что было задумано с самого начала.

В общем, мы собираемся в пределах материалов, относящихся к обвинению, показать, что произошло в Германии в течение довоенного периода, предоставив остальным обвинителям привести доказательства, касающиеся военных лет.