Чтение онлайн

Генерал Никитченко [269] : Вы можете ответить, — до какого времени существовала оперативная группа, которую вы возглавляли?

Олендорф: Штаб оперативной группы был еще на Кавказе, затем возвратился. Насколько я помню, потом была образована боевая группа, именуемая «Биркампф», которая с этого времени вела борьбу с партизанами. Оперативная группа, насколько я помню, была совсем распущена, и «Биркампф» был переведен в генерал-губернаторство. Он взял с собой большую часть своих бывших сотрудников.

Генерал Никитченко: Чем вы занимались после того, как «Биркампф» выехал?

Олендорф: Я думаю, можно сказать, что оперативная группа перестала существовать в то время, когда началось отступление на Кавказе. Затем она выполняла задачи военного характера и находилась под непосредственным командованием на Украине и, в частности, под командованием СС и полиции.

Генерал Никитченко: Она просто перешла в другое подчинение, но функции, которыми она занималась, она продолжала выполнять?

Олендорф: Нет, она стала тогда боевой единицей.

Генерал Никитченко: Против кого она вела боевые действия?

Олендорф: Она действовала в рамках той борьбы, которая осуществлялась против партизанского движения.

Генерал Никитченко: Можете ли сказать конкретнее, что именно делала эта группа?

Олендорф: После отступления?

Генерал Никитченко: Да, после того, когда, как вы говорите, изменились ее функции, она вела борьбу только против партизан и еще против кого-либо?

Олендорф: Я сам точно не знаю. Она имела своей задачей вести разведку о партизанских отрядах и, очевидно, должна была все время находиться в боевой готовности.

Генерал Никитченко: Но казнями она занималась?

Олендорф: Я не могу сказать, как обстояло дело в тот момент, так как эта группа уже находилась в тех районах, для которых подобные задачи уже не были действительны.

Генерал Никитченко: Вы в своих показаниях говорили, что оперативная группа имела целью уничтожение евреев и комиссаров. Правильно?

Олендорф: Да.

Генерал Никитченко: По каким мотивам истребляли детей?

Олендорф: Был приказ о том, что еврейское население должно быть полностью уничтожено.

Генерал Никитченко: В том числе и дети?

Олендорф: Да.

Генерал Никитченко: Только ли детей евреев уничтожали?

Олендорф: Да.

Генерал Никитченко: А детей тех, кого вы относили к категории комиссаров, тоже уничтожали?

Олендорф: Мне не известно, чтобы когда-либо разыскивали семью комиссара.

Генерал Никитченко: Отчеты о тех казнях, которые проводились группой, вы представляли куда-нибудь?

Олендорф: Донесения относительно казней регулярно поступали в главное управление имперской безопасности.

Генерал Никитченко: Вы лично представляли отчеты о совершенных убийствах, которые были произведены группой?

Олендорф: Оперативные команды, которые проводили это мероприятие, докладывали оперативной группе, а оперативная группа доносила в главное управление имперской безопасности.

Генерал Никитченко: Куда именно?

Олендорф: Лично начальнику полиции безопасности.

Генерал Никитченко: Персонально кому? Фамилию можете назвать?

Олендорф: Тогда это был Гейдрих.

Генерал Никитченко: А после Гейдриха?

Олендорф: Но ведь я затем прекратил работу: в общем — таков был приказ.

Генерал Никитченко: После Гейдриха вы продолжали представлять донесения?

Олендорф: Я больше не работал после смерти Гейдриха. Но, очевидно, донесения продолжали поступать.

Генерал Никитченко: Вам известно, что донесения продолжали поступать или их прекратили представлять?

Олендорф: Нет, не знаю.

Генерал Никитченко: Такая деятельность по истреблению советских людей, которую вы осуществляли, соответствовала политике правительства Германии и нацистской партии?

Олендорф: Да. Однако здесь надо различать две вещи: приказ, касавшийся ликвидации, исходил от фюрера рейха, а рейхсфюрер СС Гиммлер должен был выполнять этот приказ.

Генерал Никитченко: Находилось ли это в соответствии с политикой, проводившейся нацистской партией и правительством?

Олендорф: Это и есть политика, которая была определена Гитлером. Если вы спрашиваете, имеет ли это отношение к идее национал-социализма, я ответил бы отрицательно.

Генерал Никитченко: А на практике?

Олендорф: Да.

Председатель: Как я понял, вы сказали, что ценные вещи отбирались у евреев еврейскими старостами?

Олендорф: Да.

Председатель: Решали ли старосты, кого должны были убивать?

Олендорф: Нет.

Председатель: Откуда им было известно, кого должны были убивать?

Олендорф: Старосты определяли, кто был евреем, и производили их регистрацию, каждого в отдельности.

Председатель: Когда они их регистрировали, отбирали ли они у них ценности?

Олендорф: Это делалось не всегда одинаково. Насколько я помню, старостам был дан приказ собирать ценности при регистрации.

Председатель: Следовательно, еврейские старосты не знали, будут ли они убиты или нет?

Олендорф: Это правильно.