Чтение онлайн

– Привет, Наташ. Ты случаем Ингушека не видела?

– Нет. Она еще не пришла.

– Хорошо! Скажи ей тогда, если они подойдет, что я ее искал.

Она кивнула головой в знак согласия и моргнула своими большими глазками. Когда же моя рука легла на ручку двери нашей аудитории, услышал, как согруппники говорили преподавателю, что я на лекции, но пока только в виде большой черной сумки в третьем ряду слева. Но через несколько мгновений наши, с преподавателем, взгляды повстречались, и тот сам удостоверился, что я присутствую. Маленькая комнатка под номером 1120 была полностью заполнена. Пройдя к моему "заместителю", и пожав руку соседу Юре, понял вновь, что встретился с совсем ненужным мне предметом. Легкое ощущение дремоты подступило ко мне через первые пять минут. Потом я начал проваливаться в сон.

Сначала ты ощущаешь, как внутри тебя становиться тепло и уютно, медленно твое тело перевоплощается в единый кусок сладкой ваты. Веки наливаются свинцом. Хочешь заставить себя не спать, но организм все равно берет над тобой вверх. Остается надеяться на свою сознательность, на моральные качества твоей личности: на совесть, на уважение к преподавателю, задумываешься, что сам будешь таким, и какой-нибудь бессовестный парень также будет не стыдясь храпеть на твоей лекции. Ничего не помогает. Я просто не понимаю смысла предмета. Нет, конечно, это важно и нужно, это просто необходимо, но не могу понять, зачем он мне как философу-религиоведу нужен. Не могу терпеть этого старика, который заставляет нас высчитывать зоны возможного поражения от аварии на каком-то там химическом комбинате. Этим... а-а-а-а... должны заниматься отдельные службы, а не студенты... А-а-а-а-а... И веки захлопнулись...

Посреди уже начавшегося полусна я осознаю, что это не реальность. Нет, это точно не реальность, но чертовски приятно. Совершенно случайно, когда мой супер-пистолет был направлен на преподавателя, а тот меня спрашивал о направлении ветра на момент аварии. Соскользнув с ладони руки, моя голова могла бы столкнуться с поверхностью стола, но я вовремя понял - сплю. В моей тетради страница покрылась сетью маленьких чернильных змеек от моей ручки - следы моих "засыпаний".

Под бубнеж преподавателя я поворачиваюсь в сторону и замечаю Антона. Вот радость то. Есть чем заняться. У нас уже давно возникла идея написать что-то типа новой Божественной комедии.

Антон, прочитав в моем пристальном и вопрошающем взгляде то, что было мне необходимо, присылает листочки с отложенной на время работой:

То было утром. Средь ночи

Я вдруг услышал крик предсмертный.

Он умер здесь. Друг мой несчастный.

"Зачем?
– подумалося мне,

Коньки отбросил ты, о Пантон?

Зачем оставил ты меня?!

На этой суше, тверди грешной.

О друже, где ж твоя душа?"

И горем смертным из дому гоним

Я принял дальнюю дорогу,

Чтоб отыскать его себе,

Добыть ушедшего из жизни,

Хотя и знал, что умер он недавно.

Так шел я долго средь печальных древ,

Среди камней, холмов, болот, полей.

Там, где восходит солнце на востоке.

Там, где моря заканчиваются молча.

И вот я оказался среди скал.

Ночь опустилась. Холодно вокруг.

Меня окутал полумрак,

Затем и мрак густой, кошмарный.

Вдруг тьму прорезал свет внезапный...

И вижу впереди себя пещерку с исходящими лучами.

"Быть может, здесь откроются Небесные Врата?"

Подумал я и влез туда...

Нечто подобное было на одном из тех листочков. Это позволяет хотя бы не спать на лекции. Я положил его перед собой и попытался что-либо написать, но в голове моей было пусто. Мысли не рождались, не изливались в божественном откровении, и даже фантазия не работала на меня.

Так прошла лекция. Мы с Юрой посмеивались над преподавателем, но кончилось все достаточно плачевно, потому что он стал показывать какой-то прибор и объяснять его бессмысленное предназначение. И мы это все должны будем знать и уметь показывать.

Но он закончил, и все ринулись кто куда. На самом деле, до официального конца лекции оставалось еще минут пятнадцать. Большая часть группы исчезла в конце длинного коридора, там, около аудитории, где будет следующая пара. Некоторые ожидали лифта, чтобы достичь второго этажа, а там насытить свои пустые животики. Я же направился на десятый в другую столовую, где хотел купить что-нибудь попить. Полчища филологов маленьких, милых, реактивных, измученных толстыми томами в руках - девушек, и сквозь них пробирается огромный философ с целью испить водички...

"Хочу железнодорожной воды".

Так я добрался до кафе, простоял очередь, а теперь, прокладывая себе дорогу как атомный ледокол "Ленин", потягивая фанту из двух трубочек, я достиг створок лифта и нажал кнопочку, которая в свою очередь подмигнула желтеньким светиком, оживая на время. Для меня особый шик подниматься на одиннадцатый с десятого не по лестнице, а на лифте. Обычно между лекциями в лифт не пробраться, им не воспользоваться, только если с боем, но сейчас ведь еще уйма времени до конца лекции... Вскоре отворились створки. Довольный вхожу в кабину и жму одиннадцатый. Лифт поехал. От переполнявшей меня радости я слегка подпрыгнул. Просто решил взять и подпрыгнуть, что и сделал. Мой "перевозчик" внезапно отреагировал - остановился, дернулся, начал медленно ехать, как будто пуля пронзила его в самое сердце, и предсмертные судороги пробегали по его телу.

"Сейчас ведь упадет", - легкая дрожь передалась и мне. Но тот не падал, а двигался по указанному мной ранее "маршруту", чуточку вздрагивая.

Дверцы открылись, и я быстро выбежал из кабины. В коридоре нет ни души. Ничего особенного - факультет философии и мудрости!? Так. Теперь аудитория. Ага... Здесь. Ставлю свою сумку на пол, раскрываю ее и достаю интересную книжку - "История Ирана". Чтение время от времени прерывается, и взгляд устремляется на деревянную дверь передо мной.

"Так. Иран мне надоел", - и я подошел к двери. Некий абстрактный умный человек проделал в ней маленькую дырочку... Все внутри внимательно всматривались в надписи на доске, а сам лектор что-то писал.

"Пора бы уже заканчивать", - и машинально начинаю ходить туда обратно. Прошло еще несколько минут. Все также: ни души в коридоре, из аудиторий никто не выходит, лифтов не слышно, даже не видно моих согруппников. Все это немного странно, хотя, когда ожидаешь кого-либо, всегда такие фокусы случаются: время растягивается, слух обостряется... Пробежало как кажется еще минут десять. Вообще никто не появился... Гробовая тишина окутала весь этаж. Заглядываю в аудиторию с Ингушкой.

"Странно", - эта мысль зависла в моем сознании на несколько минут, на все то время, пока не отрываясь наблюдал за происходящим за дверью. Точнее было бы сказать за не происходящим за дверью. То есть ничего и никто там не двигался, как будто все остановилось, как будто это была фотография.

"Странно", - я не сказал бы, что испугался, но способность мыслить меня покинула. Стою и не могу сдвинуться с места. Ну, хотя бы маленькое движение:

"Ну, чуть-чуть", - но все тщетно.