Чтение онлайн

Осторожно убрала руку, и прижала её к груди, боясь лишним жестом спровоцировать мужчину на что-то большее. Наверное, выглядела очень ошеломлённой и испуганной — эмоции контролировать не получалось — потому что Вий сказал, устало улыбнувшись:

— Не бойся, тэйалия. Не укушу, — но насмешка в голосе мне показалась несколько натянутой и наигранной.

Он откинулся на горку подушек, которая была довольно устойчивой, и выдержала его вес, оставшись на месте. Прикрыл глаза. Лицо выглядело таким осунувшимся, что не знала что делать, то ли вскакивать с его колен и бежать, куда глаза глядят, то ли просто пожалеть беднягу, и не трогать пока и лишний раз не беспокоить даже движением… Руку-то с моей талии так и не убрал, продолжая придерживать, притом довольно уверенно. Пока я размышляла, то ли встать мне, то ли не встать, блондин всё решил за меня… Задышал более глубоко и размеренно, кажется, заснул.

— Эй! — позвала шёпотом. Ноль реакции. Легонько шевельнулась, и пальцы на моей талии крепче сжались. — Ты спишь, что ли? — сменить положение очень хотелось. Мужчина разомкнул ресницы и посмотрел на меня мутным и больным взглядом. — Тебе плохо? Давай, кого-нибудь позову! Тебе помогут! — и собралась вскочить с места.

— Просто посиди рядом, — попросил Вий и снова прикрыл глаза, зараза.

А мне что делать прикажете? А буду то, что хочется… Аккуратно пересела с его колен на подушки и одёрнула одёжки, поморщившись. Надо избавиться от этого гадкого наряда, который напоминает не самые приятные пережитые мной минуты.

— Давай, Морока позову, а? — осторожно коснулась руки урмыта. — Он сможет помочь…

Мужчина неопределённо мотнул головой, и я хмыкнула на это. Тэйалия я, или где? И чего его спрашиваю? Решать-то мне!

«Услад, Морока сюда!» — велела Дому, с которым вежливо разговаривать даже не хотелось. С учётом некоторых вещей, которые я теперь о нём знала, за Усладом нужен был глаз да глаз… Та ещё себялюбивая личность с манией величия, преданная лишь одной единственной тэйалии.

Бывший Главнокомандующий ворвался в комнату, и выражение лица у него было… Жуткое! Будто он убивать кого-то сюда шёл, а не на мой вызов. Оно поменялось, как только он увидел меня и Вия. Морок стоял, не дойдя до нас совсем немного, и лицо его постепенно превращалось в неживую маску. Взгляд горевший, при входе в помещение, постепенно тускнел, а руки сжались в кулаки.

— Морок! — окликнула урмыта. — Помоги, пожалуйста… Вию плохо!

— Плохо? — переспросил мужчина и как-то бесцветно улыбнулся бледными губами. — Помогу… всё, как прикажет тэйалия…

Обошёл нас с Вием, присел на подушки и склонился над урмытом. И отпрянул, стоило только задеть щекой мои волосы. В волнении тоже наклонилась к Вию, вслед за Мороком и удивлённо глянула на первого урмыта, не поняв его резкого движения.

— Морок, что случилось?

— Всё прекрасно, моя тэйалия, — ответил мне равнодушным взглядом и снова склонился над Вием.

А я нахмурилась, не понимая его поведения. Что не так? Тут проблем выше крыши, а он обиженного из себя корчит! Или и на нём отразилось то, что произошло недавно со мной? Контузило его, когда вытаскивал из небытия? Или что-то ещё, вроде его фирменной ревности?

Перевела взгляд с Морока на бледного Вия, потом обратно, потом снова на третьего урмыта… Нет, так притворяться нельзя. Да и понимаю я, как бывшему Главе Совета тяжело последние дни приходилось. Лечение практически полностью легло на его плечи. И сразу два сложных случая, с которыми нянькаться необходимо чуть ли не круглосуточно… И в то же время, есть у меня сомнения в необходимости прихода Морока именно в этот момент.

— Неужели ты это специально? — спросила у Вия, который так и лежал, прикрыв глаза.

Поймала себя на том, что произнесла подозрения вслух и быстро глянула на Морока, который всё с тем же закаменевшим лицом, сидел возле Вия, полностью сосредоточившись на том, что держал ладонь надо лбом третьего урмыта и прислушивался к чему-то слышному ему одному.

— Сильное магическое истощение, — констатировал он бесцветным голосом, убрав руку со лба Вия.

— Сможешь вылечить? — поинтересовалась сухо.

— Отдохнёт, само пройдёт. Если энергию больше ни на что прокачивать не будет, хотя бы несколько часов, — подытожил первый урмыт и поднялся.

— Значит, специально, — процедила сквозь зубы, начиная понимать, кажется, почему так зол Морок и к чему этот спектакль. — Нам необходимо поговорить, — тоже поднялась с колен. — Услад! — потребовала у Дома. — Отправь третьего урмыта в его комнату. И сделай так, чтобы нас с Мороком какое-то время никто не беспокоил!

— К чему это? — процедил сквозь зубы бывший Главнокомандующий.

— Услад! — вновь позвала Дом. — А Морока не выпускай из моей комнаты, пока я не разрешу!

— Тэйалия решила снизойти до своего раба? — холодно спросил мужчина, как только Вий, успевший на прощание насмешливо нам улыбнуться, исчез стараниями Дома.

— Я хочу понять, какая муха тебя укусила? — повернулась к стене, на которой, помнила, должно было располагаться зеркало, и мысленно ахнула, заметив то, в каком растрёпанном состоянии нахожусь.

Одежда в беспорядке и местами порвана, ну да, я сдирала её с себя, помню, хоть и смутно. Волосы спутаны, а на запястьях красуются синяки… Хорошо, что на шее их нет, Вий метить таким образом меня не стал. А вот когда удерживал меня, в момент истерики, явно не рассчитал силу. Впрочем, вырывалась я довольно-таки сильно, не удивительно, что следы борьбы на теле остались. И что мог подумать ревнивый Морок, увидев меня в таком виде? Тут и семи пядей во лбу не нужно быть, чтобы догадаться.

— Меня ничто не кусало, — вежливым, до зубовного скрежета, тоном отозвался Морок. — Я просто выполняю приказания моей тэйалии.

— Морок! Ты маг разума, но при этом так слеп, что мне приходится тебя тыкать носом в то, что очевидно? — разозлилась не на шутку. Мне было страшно, от того, что со мной происходят странности. От того, что безумие может вернуться, от того, что отпечатки личностей других тэйалий сотрут мою навсегда, от того, что просто поеду крышей из-за слишком большого объёма информации, что и сейчас бушевал хаосом за внутренней, невидимой перегородкой, которую поставил Вий. — Знаешь, что? — тоже перешла на вежливый и холодный тон общения. — Раз уж ты решил вот так со мной, тэйалия — урмыт. Приказ — выполнение приказа… Приказываю, посмотреть, что там у меня в голове наворотил Вий, и не грозит ли мне это серьёзными последствиями. Это-то ты сделать сможешь, если не в состоянии справиться с собственной ревностью и мыслить здраво?

— Как прикажет тэйалия, — урмыт подошёл ко мне, при этом умудряясь смотреть куда угодно, только не в глаза.

— Надеюсь, доложишь результаты без дополнительного приказа и указания на необходимость это сделать? — не удавалось сдержаться, обидел Морок своим поведением.

Тут Яр чуть не умер и сама я чуть не превратилась в овощ, а он только своё больное самолюбие лелеет и глупости придумывает… И это что-то как-то начинает напрягать. Мне поддержка нужна, в сложный момент. А её нет. Ни от кого. Один интриги плетёт, другой ревностью балуется, а третий… Третий — мальчишка самонадеянный, для которого слово «риск» и слово «жизнь» суть есть одно. И… странное такое чувство возникает, что я среди пацанов глупых нахожусь сейчас. Так и не выросших, и не наигравшихся в свои мальчишеские игры. Они просто не повзрослели, наверное. Да и как им взрослеть, если детства в привычном понимании этого слова, у них не было? Что из них могло вырасти? Из тех, кто лишён ласки с детства? Тех, кто живёт в безликом и бедном на эмоции мире мальчишеских игрушек? Девочки — игрушки, магия — игрушка, спорт — игрушка, война — игрушка… Возможно ли то, что ни один из них, на самом деле не любит меня? И не получится ли так, что ни один из них на самом деле не способен на глубокие чувства? А любит ли меня Морок? Или тот же Яр? Сказать-то можно всё, что угодно… и легко принять страсть за любовь… Как понять, что ни один из нас не ошибается в оценке собственных чувств?

— Морок, — позвала шёпотом мужчину, глядя с тревогой в холодные зелёные глаза. — Этот мой приказ полностью выполнишь позднее… — стало как-то очень холодно от понимания того, что одиночество, как было, так и осталось. И что иллюзия каких-то там отношений со здешними мужчинами, просто заглушала его. А по факту, я чужая этому миру… — У меня другой имеется. Поцелуй меня, пожалуйста!

— Как прикажет тэйалия, — отозвался он безэмоционально и неохотно заключил меня в объятия.

И это было жутко, и больно одновременно… Ему важнее самоутвердиться за мой счёт? Или лелеять свою ревность? Или его просто обидело то, что не так давно вытворяла другая личность в моём теле?