Чтение онлайн

Я прошла за ней в ее кабинет, где на столе были разложены бухгалтерские книги.

— Боюсь, ничего не знаю. Ты чем-то занята?

— Да просто разбираюсь в бумагах. Пытаюсь подсчитать, сколько мы тратим. И сколько еще сможем оставаться на плаву. Как ребенок?

— Девочка, крошечная и прелестная.

— Дофина уже звонила тебе?

— У меня телефон не работает, разрядился. Ох, боже мой! У нее же прошлой ночью была фантазия с Марком! Я совершенно забыла! Как все прошло? Ты с ней говорила?

— Она ушла отсюда около часа назад.

Я посмотрела на часы. Около двух дня.

— Фантазия на восемнадцать часов? Ну… я так понимаю, все хорошо?

— Может быть, даже слишком хорошо.

Она обрушила на меня массу подробностей, и должна признать: я позавидовала Дофине. Хотя я и знала, что Марк — мужчина ее типа, но представления не имела, что они оба созреют для чего-то более серьезного, да еще так быстро.

— Такое же случилось с Полин два года назад, с одним новобранцем, — сказала Матильда. — Нечто похожее. Но Полин осталась с нами. А Дофина ушла, как ни печально. И Марк тоже. Они оба невероятно счастливы… А теперь мне почему-то кажется, что мы и тебя потеряем. Я угадала?

— Ты имеешь в виду Джесси? Нет, мы до такого не дошли. Пока нет. Или ты подразумевала Уилла? С Уиллом, пожалуй, ничего не выйдет.

— Ты уверена?

Я рассказала Матильде о драме отцовства и о странной головоломке, с которой я столкнулась. Уилл или Джесси? Я ведь не могла иметь их обоих.

— Уилл просил тебя быть с ним?

— Нет.

— А Джесси?

— Вроде того. Я хочу сказать, он… Мы… Ну, у нас все хорошо, понимаешь? Мне действительно нравится Джесси, а секс с ним просто потрясает. Но думаю… что люблю я все-таки Уилла.

— А ты сказала Уиллу об этом?

— Нет.

Матильда в задумчивости сложила пальцы домиком:

— Ну и чего ты ждешь? Ты не должна позволять ему метаться между двумя женщинами.

— А как же Джесси?

— Что-то мне подсказывает, что Джесси это переживет. И у него всегда есть мы.

У меня все сжалось внутри при мысли о том, что Джесси окажется с кем-то другим… Матильда испытывала к нему особую привязанность. «Что я натворила? Что я делаю?»

— Когда ты в этом разберешься, дай нам знать. Я надеялась, что ты скоро войдешь в Комитет. По крайней мере с твоим голосом мы бы наконец смогли заполучить того рыжего… Ну а пока мы приглашаем прессу и разных важных гостей на некое событие… — продолжила она, плавно выдвигая ящик письменного стола. И протянула мне какую-то карточку. — Надеюсь, ты со всем справишься. Но подумай, прежде чем назначать свидание. Любому из них.

На карточке было написано:

Общество С.Е.К.Р.Е.Т. с удовольствием приглашает Вас на торжественное открытие нашей новой благотворительной инициативы в пользу неимущих женщин и детей по адресу: Латробс-он-Роял.

Вечерний костюм, галстук-бабочка.

Я была потрясена, увидев название «С.Е.К.Р.Е.Т.», написанное знакомым затейливым шрифтом на публичном приглашении.

— Матильда! Но это же особоеназвание! Я хочу сказать, ты так откровенно выставила его напоказ! Я даже не могу ничего сказать Уиллу! Он тут же начнет задавать кучу вопросов!

— А, ты об этом! Не беспокойся. Мы собираемся жертвовать деньги под нашим официальнымназванием: «Сообщество Единомышленников по Креативному Равноправию, Единению и Трансформации личности». Ты вполне можешь состоять в такой организации, разве нет?

Она перевернула одну из бухгалтерских книг, чтобы показать мне написанное на обложке официальное название общества — совсем не то, к которому я привыкла.

— Мы платим налоги. У нас есть недвижимость. Мы благопристойные горожане. И когда люди нас спрашивают, чем мы занимаемся, мы говорим, что помогаем нуждающимся женщинам. Ты можешь привести человека вроде Уилла на наше публичное мероприятие без всяких опасений, а наша тайная жизнь охраняется очень серьезно. И конечно, если ты решишь пригласить Джесси, а не Уилла — это твое личное дело.

— Тут я действительно в затруднении.

— Понимаю. Но это прекрасное затруднение. Я назвала бы его прогрессом, — сказала Матильда. — А ты?

И в самом деле…

Глава двадцатая

Кэсси

После встречи с Матильдой я была как выжатый лимон, но я знала, что Делл к этому времени, скорее всего, уже едва держится на ногах, потому что ей пришлось вчера закрывать кафе, а сегодня утром — открывать. А потому, вместо того чтобы забраться в постель, я приняла душ, переоделась и отправилась на работу. К тому же мне нужно было выяснить, как там Уилл.

Его грузовика не было на обычном месте ни за кафе, ни на парковке перед ним, на звонки он не отвечал, и я решила: Уилл куда-нибудь поехал, чтобы проветрить мозги… или поплакать подольше, чем он это позволил себе в моем присутствии.

В кафе было пусто. Клэр выскочила из кухни в изящно сидевшем на ее голове чепчике, ничуть, впрочем, не сдерживавшем светлые растрепанные кудри; ее руки были измазаны маслом и крошеной капустой. Мне нравилось открытое, простодушное лицо Клэр и то, что несколько недель жизни в доме Уилла как бы сдули с нее всю ее угрюмость и превратили в нормального болтливого подростка. И она просто обожала Делл, мгновенно научившись у нее готовить многие блюда, на что мне лично понадобились долгие месяцы.

— Где то дезинфицирующее мыло для рук? Розовое, которым Делл пользуется?

— Я тебе покажу, — ответила я. — А ты что, одна здесь?

— Ага. От Делл уже никакого проку не было после утреннего наплыва, так что она ушла домой.

Клэр была физически слишком зрелой для своих семнадцати лет, что, решила я, вряд ли было очень уж хорошо. Конечно, я сама немного запоздала с сексуальным созреванием (до тридцати с лишним лет), но Клэр и ее новые подружки из школы уж как-то чересчур быстро развивались. Они даже немного пугали меня, когда приходили в наше кафе с сигаретами, разукрашенные пирсингом, невероятно уверенные в себе и сексуальные.

Неделю назад я спросила Клэр, как это она позволяет себе курить, будучи вегетарианкой.

— Да так же, как ты умудряешься быть слишком любопытной и при этом очень милой, — поддразнила она меня.

Я нашла на полке над раковиной бутылку с розовым дезинфицирующим мылом, лежавшую на боку, и выдавила немного на руки Клэр.

— Уилл появлялся? — спросила я.

— Я его не видела, — ответила Клэр, вытирая вымытые руки о джинсы и тут же доставая из кармана завибрировавший телефон.